Вопрос выживания

Вода в селе – синоним жизни. Пока есть чем напитать огороды и напоить скотину, люди держатся за землю и привычный деревенский быт. В Клочково водопровод построили еще в 70-х годах. Чугунные трубы пережили разруху 90-х, но в последние годы возраст давал о себе знать – из-за порывов край деревни периодически напоминал Венецию в миниатюре. Сельчане давно просили залатать дыры, и в этом году наконец чудо свершилось – из местного бюджета выкроили 60 млн тенге на текущий ремонт. Однако получился он, скорее, вялотекущим: лето подходит к концу, а ремонт – нет. Уйти в зиму без функционирующего водопровода – это приговор деревне, считают сельчане. Их и без того осталось немного – всего 130 человек.

Местные жители забили тревогу и написали обращение акиму Костанайской области Кумару Аксакалову:

«Уважаемый Кумар Иргибаевич! К вам обращаются жители поселка Клочково Камыстинского района с глубокой обеспокоенностью и надеждой на вашу помощь. 6 мая текущего года ТОО «Камысты» начали ремонт водопроводных сетей. На сегодняшний день ремонт длится уже более трех месяцев, и все это время в наших домах и уличных колонках отсутствует вода. Когда работы только начались, осуществлялся подвоз воды, но вскоре он был прекращен.

Ситуация стала критической. Многие жители содержат личные подсобные хозяйства, ухаживают за огородами, а в летний период потребность в воде особенно высока. Особенно тяжело пожилым людям – пенсионеры вынуждены ждать привоз воды раз в неделю, что совершенно недостаточно для нормальной жизни.

В одном из своих выступлений перед населением вы отметили, что одной из важнейших задач является обеспечение сельских жителей водой, и что в этом вопросе не должно быть различий между городом и селом. Сегодня мы столкнулись с ситуацией, когда это принципиальное положение нарушается, и просим вас лично вмешаться.

Объем и характер ремонтных работ, по нашему мнению, позволяют завершить их в кратчайшие сроки, особенно учитывая, что впереди – зима. Если проблема не будет решена в ближайшее время, нас ждут еще более серьезные последствия.

Мы, жители поселка Клочково, просим Вас взять этот вопрос на личный контроль, обеспечить завершение ремонта и восстановление стабильного водоснабжения. Для нас это вопрос не только комфорта, но и здоровья, а в условиях сельской жизни – выживания».

В сухом остатке

Письмо запустило маховик событий. В тот же день в Клочково отправилась делегация из представителей районной власти – заместитель акима района Салтанат Баекен и глава отдела ЖКХ, пассажирского транспорта и автомобильных дорог Олжас Умурзаков. Побывали на сходе и корреспонденты «КН». К нашему приезду признаков ремонтных работ обнаружено не было – ни техники, ни рабочих. Только местами изрытые улицы, разбросанные по поселку барханы грунта и километры неуложенных труб. И это при том, что ремонт идет уже несколько месяцев. Все это время жизнь сельчан прочно привязана к графику водовозки.

– Последний раз несколько дней назад воду привозили, – говорит местная жительница Екатерина Малышева. – И то только питьевую. А технической, чтобы напоить животных – нет. У меня 15 голов. Телята неделю за мной ходят с пеной у рта, за одежду дергают и орут! А что мне делать? Плачу и пытаюсь хоть по глотку им выделить, котлованов в округе нет. А мыться как? Под дождь с мочалкой выходить?

Анна Яцышина прошлой осенью взяла кредит, чтобы переехать в дом, куда заведена вода. Миллион с лишним – сумма внушительная, но у женщины маленький ребенок, хотелось пожить в комфорте.

– В итоге и года с удобствами не прожили, – возмущается Анна. – Теперь выбирать приходится: воду на огород пустить или помыться. Естественно, второе более важно. Огород забросили в этом году.

У 74-летней Надежды Остапчук во дворе набор разнокалиберных ведер, корыт и кастрюль. В эти емкости она собирает дождь, чтобы напоить барашков. Баба Надя живет одна, пенсия маленькая. Подворье кормит не только ее – женщина помогает детям, которые живут в городе.

Баба Надя без лишних слов ведет делегацию к своему дому – показывать ноу-хау рабочих. На углу улицы стоит колодец. По водопроводной логике в него должна заходить труба, но … она заканчивается за несколько метров до бетонных колец. Мало того, траншею уже закопали, а вместе с ней и конец трубы. Если пустить по ней воду, можно напоить разве что грунт.

– Согласен, это вина рабочих, – не стал спорить директор ТОО «Камысты» Галымжан Ортаев. – Тракторист не разобрался и зарыл преждевременно траншею, будем раскапывать и переделывать.

Вызывает много вопросов и сама технология прокладки. Трубу диаметром 50 мм «хоронят» в землю без всякой подложки и теплоизоляции.

– Зимой это все перемерзнет, гидроударом разорвет весь водопровод! – шумят сельчане.

Форс-мажоры

К слову, ремонт изначально не задался. Закупки проводили из одного источника. Победителем объявили ТОО «Камысты» – бывшее ГКП со 100-процентным участием государства, которое оказывает услуги по подаче воды по магистральным трубопроводам и распределительным сетям. Ремонт водопровода в Клочково ТОО «Камысты» делегировало субподряду. Как пояснил начальник отдела ЖКХ Камыстинского района Олжас Умурзаков, причина в дефиците кадров:

– Работать некому. Мы в Камысты даже не можем людей найти. А здесь – тем более.

– Товарищ подал документы на тендер, у него должна быть техника, специалисты, где это все? – справедливо заметила местная жительница Зоя Демисенова.

Сельчанам все равно, кто будет прокладывать трубы, главное – в срок и качественно. Но субподрядчик сразу показался им сомнительным – пару человек и экскаватор-петушок. По словам сельчан, эти люди больше пили, чем работали. В итоге пришлось поменять бригаду. Интересно, что название предприятия, которому был делегирован ремонт трубопровода, директор ТОО «Камысты» припомнить не смог.

– ИП, бригада из Рудного, – ответил Галымжан Ортаев на вопрос журналиста. – Название не могу сказать.

– А где они сейчас? Сельчане говорят, уже несколько дней рабочих не видели…

– Экскаватор сломался, чинят. Как только устранят неполадки, работы возобновятся.

И это не единственный форсмажор в этой водопроводной эпопее. Не так давно на подходах к селу перевернулась водовозка. А до этого сельчанам не возили воду по причине того, что у ТОО «Камысты» не было денег на счету.

Коммуникации без коммуникации

Что думают по этому поводу власти? Заместитель акима Камыстинского района Салтанат Баекен считает, что сельчане паникуют преждевременно: –

Согласно договору, срок окончания работ – сентябрь. Поводов переживать нет. Осенью у вас будет водопровод.

– Я считаю, что тут проблема вовсе не в водопроводе, а в отсутствии коммуникации, – добавляет начальник отдела ЖКХ Олжас Умурзаков. – Аким сельского округа ничего не объяснил жителям, не провел с ними сход. Недостаток информации породил слухи и недовольства.

– Вам хорошо говорить: у вас вода есть в доме! – вступает в разговор баба Надя.

Перекрыть кран общественного недовольства чиновники решили повышением прозрачности и народным контролем. Они предложили жителям села Клочково выбрать несколько сельчан, которые «что-то в этом понимают». Их задача – инспектировать ход работ, выявлять огрехи и докладывать о них заказчику – акиму Клочковского сельского округа. Своеобразный сельский технадзор. К слову, хотя производится полная замена чугунных труб на пластиковые, конкурс был разыгран на текущий ремонт, который в соответствии с казахстанским законодательством технического надзора не требует.

Проблему с подвозом воды районный акимат тоже пообещал решить. Сельчан заверили в том, что отныне он будет работать, как часы, и водовозка будет приезжать в поселок через день.

По ту сторону закона

– Рашид, а вам звонят мошенники?

– Буквально неделю назад позвонили якобы из «Казпочты», назвали мои личные данные и сказали, что пришло заказное письмо. Предложили перейти по ссылке. Это классический фишинг – мошенники создают специальные фальшивые сайты, чтобы получить личную информацию. Поэтому мы всегда предупреждаем людей, что нельзя переходить по сомнительным ссылкам и называть коды.

– Какие еще схемы сейчас в ходу у интернет-преступников?

– Очень часто звонят якобы от службы безопасности банка. Мошенники говорят, что на счету происходят подозрительные движения: переводят деньги, берут кредиты на ваше имя… Просят продиктовать код. Отмечу, что на этом этапе вашим деньгам ничего не грозит. Мошенники просто получили доступ к данным. А в дальнейшем они уже давят на психику человека, убеждая его в том, что он потеряет деньги. Звонят люди, которые представляются полицейскими, сотрудниками КНБ или антикоррупционной службы. Могут даже по видеосвязи, чтобы было более правдоподобно. Мошенники используют искусственный интеллект и генерируют изображение человека в форме. Он говорит, что расследует дело о мошенничестве и настоятельно рекомендует перевести все деньги на «безопасный счет», уверяя, что после совершения «спецоперации» государство вернет деньги. Некоторые идут еще дальше. Спрашивают, оформлено ли на человека какое-то имущество. Если есть, к примеру, квартира, то потом присылают фейковые договоры о продаже и вынуждают жертву побыстрее продать недвижимость, пока этого не сделали «преступники», а деньги перевести все на тот же «безопасный счет».

– Неужели люди верят в такие истории?

– К сожалению, да. В начале года жительница Костаная продала две квартиры и перевела мошенникам деньги. При этом родственникам она ничего не говорила, потому что преступники убедили ее в том, что она не вправе разглашать данные о «спецоперации». И таких случаев много. В сутки мы регистрируем в среднем по региону пятьшесть киберпреступлений. С начала года их уже больше тысячи. Схемы разные: есть онлайн-магазины, которые продают несуществующие товары. Есть инвестиционные платформы, куда заманивают людей, обещая быстрый прирост денег. Есть фальшивые объявления на сайтах объявлений, таких как OLX и Крыша. Люди выкладывают фото квартир с дешевой арендой и просят предоплату. Добрались даже до магазинов на Kaspi, поэтому мы советуем смотреть отзывы на предмет того, доставили ли товар. Часто звонят от имени операторов связи, говорят, что срок действия карты истек и просят назвать код.

О дропах

– Есть ведь и совсем нетривиальные случаи. Например, в этом году пенсионерку из Костаная обманул фейковый Киану Ривз. Чем закончилась эта история?

– Женщина познакомилась в соцсетях с мошенником, который выдавал себя за известного актера. Он пожаловался, что оказался в трудной ситуации и попросил выслать ему денег. Жительница Костаная общалась с ним полгода, перевела порядка 30 миллионов тенге. К сожалению, такие преступления очень сложно раскрыть, особенно, если человек обратился к нам поздно. Мошенники перекидывают деньги с одного дропа на другой, а потом выводят на криптобиржу. Когда средства ушли за границу, раскрыть преступление становится очень сложно. У нас не со всеми странами есть меморандумы и соглашения. В таких случаях мы советуем людям обращаться в суд в гражданском порядке и взыскивать сумму ущерба с дропперов.

– То есть теоретически дроппер может заработать на аренде своего счета несколько десятков долларов, а потом по решению суда отдать несколько миллионов тенге?

– Да. Люди гонятся за легкими деньгами – в основном это молодежь и безработные – и не задумываются о последствиях. С 1 сентября казахстанцам, которые предоставляют мошенникам доступ к своим счетам за вознаграждение, будет грозить еще и уголовная ответственность по статье 231 УК РК. Наказание суровое, но, думаю, такая мера будет эффективной.

– Сейчас люди «сдают в аренду» не только банковские счета, но и аккаунты в мессенджерах. Таких тоже можно назвать дропперами?

– Да, конечно. На днях мы установили трех 15-летних подростков из Житикары, которые продали свои аккаунты WhatsApp за 30 долларов. С помощью этих аккаунтов мошенники обманули двух жительниц Костаная почти на 12 млн тенге.

– Мошенников удалось установить?

– Пока нет. Преступники общались с подростками через Telegram. Это иностранный мессенджер, и наши запросы, даже санкционированные судом, они не всегда обрабатывают. Это серьезно усложняет раскрытие преступлений. Цифровой след теряется.

Следствие ведут

– Что из себя представляет цифровой след?

– Обычную кражу раскрыть легче. Мы знаем, что на месте преступления в любом случае был человек. Его можно отследить по камерам или найти свидетелей. Здесь же мы имеем дело с виртуальной личностью, которая оставляет только цифровой след. Например, человек подключился к Wi-Fi, у которого есть IP-адрес. То есть мы теоретически можем установить его местонахождение. И если деньги все еще находятся в Казахстане, мы их найдем. Недавно, например, раскрыли пять эпизодов мошенничества, связанных с продажей несуществующих детских вещей через Instagram. Подозреваемого задержали в Алматы. Деньги он опять же принимал на карты дропперов.

– Я вижу у вас на столе только ноутбук… Это все, что вы используете для раскрытия преступлений?

– По сути, да. Программы, которая могла бы помочь отследить мошенника, нет. Есть обеспечение, которое помогает получить данные, установить местоположение. Анализирует и сопоставляет уже человек. Очень важно сотрудничество с банками. Они всегда идут нам навстречу и даже помогают предотвращать преступления. Например, сообщают, если человек, который пришел снять деньги с депозита или оформить кредит, ведет себя подозрительно. Мы выезжаем, разговариваем с клиентом банка, поясняем, что он стал жертвой мошенничества.

– Раньше жертвами мошенников были преимущественно пенсионеры. Как обстоит дело сейчас?

– Сегодня это женщины 45- 55 лет. Но в последние два месяца тенденция немного изменилась. Жертвами интернет-мошенничеств становятся молодые люди. Думаю, дело в отсутствии финансовой грамотности. Мы со своей стороны стараемся ее повышать: проводим профилактические встречи в школах, колледжах и вузах.

– Должны ли полицейские, которые работают в киберполе, быть айтишниками?

– Если у сотрудника есть образование в сфере IT, это очень помогает, но таких людей мало. Гражданские IT-специалисты могут заработать гораздо больше в частных компаниях. Поэтому мы постоянно совершенствуем свои навыки, проходим обучение, изучаем новые базы и криптобиржи, чтобы противостоять мошенникам, которые, в свою очередь, тоже не стоят на месте.

– И все-таки, как обезопасить себя и защитить свои деньги?

– Во-первых, поставить везде двухфакторную аутентификацию. Во-вторых, установить запрет на оформление кредитов в eGov и банках. В-третьих, не переходить по подозрительным ссылкам, даже если они приходят от родственников. Мошенники могут взломать аккаунт и рассылать такие сообщения, а потом, получив доступ к вашему мессенджеру, писать вашим контактам с просьбой о деньгах. В последнее время они даже используют в сообщениях казахский язык, вводя в заблуждение граждан. И повторюсь – никогда никому не сообщайте свои личные данные.

Большое спасибо

Алмагуль КАБДУЛЛИНА стояла на сцене, замирая от волнения: Президент страны Касым-Жомарт Токаев вручил ей медаль «Шапағат» и, пожав руку, сказал: «Спасибо за вашу работу». А она не верила, что это происходит с ней наяву. Ей и сейчас сложно передать словами весь спектр эмоций, что, как цунами, захлестнул ее с головой перед медицинской общественностью. Перед глазами в мгновение ока пролетел весь ее путь в здравоохранении. Она украдкой вытерла слезы радости. «Я поняла, что значит быть на седьмом небе от счастья! – признается мне Алмагуль Турсунбаевна. – И я благодарна Всевышнему за пройденный путь».

Алмагуль Кабдуллина вот уже как 37 лет медицинская сестра Костанайской городской онкологической многопрофильной больницы. За годы накопилось немало наград, грамот, благодарностей, но медаль из рук Президента – первая.

Не поле перейти

Она – позитивный человек. Родилась 1 апреля 1967 года в Наурзумском районе в простой, но очень дружной семье. Папа работал трактористом, мама трудилась разнорабочей. В семье подрастало шестеро детей. Алмагуль была второй по счету. Она обожала читать. В школе хорошо училась. Когда решила пойти в медицину, родные переживали: труд нелегкий, справится, получится ли? Но выбор поддержали. Работа же должна быть по душе.

– А почему именно медицина? – уточняю.

– Наверное, потому что с ранних лет люблю помогать – старшим, младшим, домашним питомцам, животинке любой… Хотелось всем приносить пользу. Но желание возникло не с ранних лет, гораздо позже, когда пришло время подумать о специальности. Тем более, в сельской местности медработник – на вес золота. Уж кто как не он помогает всем?

Вот и поступила в 1982-м в костанайское медучилище. Через три года по распределению уехала работать патронажной медсестрой в Октябрьскую сельскую врачебную амбулаторию в Семиозерный район (ныне Аулиекольский). В амбулатории Алмагуль была за всех – приходилось и роды принимать, и раны зашивать. Три года опыта справедливо можно было счесть за десять. Научилась всему. И при этом сохранила свою позитивность. Она не мешала – помогала, давала силы и ресурсы.

Партком района предложил перспективному работнику продолжить учиться на педиатра и даже выдал направление в алматинский мединститут. Но то ли так распорядился его величество случай, то ли сама судьба выбрала ей дорогу – Алмагуль Турсунбаевна не успела вовремя подать документы, и о таком, казалось, отличном шансе на карьерный рост пришлось забыть. Так она осталась медсестрой.

И слёзы на глаза

В костанайский онкодиспансер Алмагуль Кабдуллина пришла 13 сентября 1988 года. Медсестрой. Вот на календаре 2025. И она по-прежнему медсестра. С большим опытом. И большим сердцем. При этом ни о чем не жалеет.

– Нашим пациентам нужно больше внимания, чем другим, – делится мыслями Алмагуль Турсунбаевна. – Это с одной стороны работу делает сложной, но с другой – важной. Люблю своих пациентов. Радуюсь вместе с ними их хорошим результатам анализов. Понимаю, что тяжело пропускать каждого пациента через себя. Но иначе не умею. Порой, – Алмагуль Турсунбаевна быстро смахнула слезы, но совладать с дрожащим голосом не смогла, – пишешь справку, что показано лишь симптоматическое лечение, а пациенты говорят: «Прощайте». И слез сдержать не могу. Внутри так становится тяжело, что жалеешь, что нет в руках волшебной палочки, чтобы сделать всех здоровыми и счастливыми. Приходится, как бы ни было тяжело, брать себя в руки: пациенту нужна уверенность, а не моя слабость. Иногда простое слово помогает не хуже медикаментозного лечения. Хотя бы облегчает боль душевную.

Конечно, работать в онкобольнице непросто. Пациенты разные. Но чаще всего они как раз самые спокойные. Агрессивные – сопровождающие. Они часто жалуются, готовы чуть ли не с кулаками на медработника наброситься. Хотя в онкополиклинике внимания пациенту изначально больше. На пациента выделяется по стандарту 30-40 минут. В обычной поликлинике – 15.

– Порой даже не до обеда, – говорит Алмагуль Турсунбаевна. – Такой поток пациентов, что и головы поднять некогда, не то что чай попить в промежутке. Когда за дверью кабинета напряжение накаляется, выхожу и спокойно стараюсь уговорить: «Примем всех. Не переживайте». Ведь шум в коридоре и негативные эмоции врача от работы тоже отвлекают, мешают сосредоточиться на самом пациенте.

Оазис безопасности

Вопросы безопасности медработников нынче стали актуальны как никогда.

– Это в советское время люди в белых халатах были в почете и имели авторитет, – вздыхает Алмагуль Турсунбаевна. – Сегодня нас воспринимают как обслуживающий персонал. Но здоровье – не горячее блюдо в ресторане, а врачи, медсестры и санитарки – не официанты, желающие угодить. Здоровье, в первую очередь, зависит от самого человека, а мы – помощники. Только в общей команде, совместной борьбе можно победить.

– Что может переломить сложившуюся ситуацию, как думаете?

– Больше говорить и писать о врачах и медсестрах, которые спасают жизни. Нужна поддержка государства – достойная зарплата и современные условия работы. Тогда в нашу профессию с удовольствием придут молодые специалисты.

Своим оазисом безопасности и мира Алмагуль Кабдуллина считает свою семью. Муж, трое прекрасных детей! Не жалеет о несостоявшейся карьере врача.

– В целом благодарна миру, небу, Аллаху за свой путь, который прошла. Мне осталось три года до пенсии, и коллеги и пациенты спрашивают, буду ли работать позже. Буду, если здоровье не подведет, если запас энергии не кончится, чтобы могла везде все успевать…

Главное для нее – семья. Старшие дети уже создали свои семьи, нашли свое место в жизни, за них сердце матери и бабушки спокойно. Младшая дочь только поступила в вуз.

– А я желаю всем жителям региона здоровья и счастья. Будет здоровье – будет все, – уверила меня Алмагуль Турсунбаевна и помчалась домой, к семье.

Вывести из тени

Как уточнила руководитель пресс-службы холдинга Перизат Шакенова, поправки внесли для решения системных проблем в сфере долевого строительства, но прежде всего – для борьбы с теневым сегментом на этом рынке:

– Благодаря изменениям, вопервых, удалось значительно повысить прозрачность рынка долевого строительства и надежность защиты прав дольщиков. Во-вторых, поправки поддерживают легальное строительство и ужесточают требования к застройщикам. Каждое направление представляет собой большой блок изменений, но ключевые меры направлены на защиту прав дольщиков.

Одно из важных нововведений – ужесточение порядка предоставления ипотечных займов на этапе строительства. Говоря простым языком, теперь взять ипотеку для покупки жилья, которое только возводится, можно лишь в том случае, если строительство дома официально одобрено. То есть у застройщика должна быть гарантия единого оператора в лице Казахстанской жилищной компании (КЖК) на завершение строительства дома. Или разрешение на его возведение от местного исполнительного органа в лице акимата.

Кроме того, введен дополнительный контроль. Ипотечный договор можно будет подписать только при условии, что застройщик зарегистрировал договор о долевом участии в жилищном строительстве в системе «Казреестр».

По информации КЖК, в прошлом году в стране порядка 67% домов, а это более 145 тысяч квартир, продавали на стадии строительства без разрешительных документов, то есть без гарантии КЖК или без «добра» акиматов.

– Такая высокая доля так называемых «серых» объектов формировала серьезные риски как для граждан, вкладывающих средства в строительство, так и для устойчивости строительной отрасли в целом, – отметила руководитель пресс-службы НУХ «Байтерек».

По информации холдинга, с момента запуска механизма гарантирования в 2016 году КЖК выдала более 260 гарантий на сумму 1,3 трлн тенге. Это позволило построить 6,3 млн квадратных метров жилья или порядка 70 тысяч квартир.

– Цифры говорят сами за себя: государственные инструменты поддержки работают, рынок становится прозрачнее, а участие дольщиков – безопаснее, – отмечают в НУХ «Байтерек».

Новшества, прописанные в законодательстве, должны защитить казахстанцев от долевого участия в сомнительных компаниях, которые могут заморозить строительство со всеми вытекающими из этого проблемами для дольщиков. Представители НУХ «Байтерек» призвали всех граждан внимательно подходить к выбору застройщика, всегда проверять наличие разрешительных документов.

Нет – наличным

Еще одна важная норма, внесенная в законодательство о долевом участии, – это запрет на любые формы предварительных договоров при продаже строящегося жилья. Теперь будут запрещены:

• договоры бронирования;
• предварительные договоры купли-продажи;
• договоры инвестирования;
• иные формы привлечения средств, не предусмотренных законом о долевом участии.

– Как правило, такие формы договоров нигде не регистрируются, а значит, не обеспечивают защиту прав дольщиков и инвесторов, – подчеркнула Перизат Шакенова. – Введенный запрет направлен на ликвидацию схем, с помощью которых застройщики ранее обходили законодательство, привлекая средства граждан, в том числе под ипотеку с промежуточным залогом. В Казахстане законодательно разрешена продажа жилья на этапе строительства только через заключение договора о долевом участии. Такой договор оформляется по типовой форме, утвержденной приказом министра национальной экономики и подлежит обязательной регистрации в системе «Казреестр».

И еще одно ключевое изменение – с момента вступления поправок в силу расчеты между дольщиками и застройщиками будут разрешены только в безналичной форме. Как отметили в НУХ «Байтерек», при действующем законодательстве застройщики могут получать деньги напрямую «в руки» или через неофициальные схемы. Это может вести к злоупотреблениям, использованию денег не по назначению или их хищению, что грозит ударить по дольщику.

– Согласно поправкам, если дольщик приходит в банк второго уровня и хочет внести деньги застройщику, БВУ обязан проверить, есть ли у компании гарантия Казахстанской жилищной компании или разрешение местного акимата. И если проверка показывает, что в «Казреестре» нет данных об этой строительной фирме или о конкретном проекте, то банк не имеет права перечислять взнос застройщику.

Кроме того, поправки запрещают рекламу строящихся объектов, на которые нет разрешения акимата или гарантии КЖК. Ведь в том числе реклама с привлекательными ценами на жилье стала одним из основных инструментов тех, кто намерен обмануть народ. Вот вам большие скидки на этапе котлована, а в итоге большие проблемы.

КОНВЕЙЕР НЕ ТЕРПИТ ПРОСТОЯ

«Мне нужны такие вещи: молоток, тиски и клещи, ключ, напильник и ножовка, а всего нужней – сноровка!»

Слесари камвольно-суконного комбината устраняют неполадки.

С ПОДВЕТРЕННОЙ СТОРОНЫ

«Все, что высеем, все, что вырастим, нам по осени будет впрок…».

Это стихи, а вот проза из инструкции: «Сеяльщикам запрещается работать без респираторов, рукавиц и защитных очков. Одежда должна быть заправлена, без развевающихся концов».

НЕ ВЯНЕТ КРАСОТА

«Где стебли гордые ложатся на лоток, где у цветочницы букеты нарасхват, а ей так хочется себе один цветок…».

Удивительно, что цветочные салоны были одним из распространенных видов бизнеса в 90-е. Стремление к прекрасному никогда не увядает.

ЛОЖАТСЯ СТРОЧКИ НА ЛИСТОК

«Одна учительница тихо смотрела вглубь седых полей, где ночь плясала, как шутиха, где плавал запах тополей…».

Тридцать лет назад работать в школе оставались самые стойкие и преданные своей профессии педагоги.

НА ПОСТУ ЗИМОЙ И ЛЕТОМ

«…Ведь недаром сторонится милицейского поста и милиции боится тот, чья совесть не чиста…».

Патрульные присели выпить лимонада в жаркий день. За год до переименования милиции в полицию.

МЕДНЫЕ КАСКИ РЯДАМИ БЛЕСТЯТ

«Третий этаж, и четвертый, и пятый… Вот и последний, пожаром объятый. Черного дыма висит пелена…».

Профессия пожарного оставалась востребованной во все времена, даже в период лютой безработицы.

СТАРИННЫЕ ВЕСЫ ЕЩЁ ИДУТ

Как ни странно, магазинные весы со стрелкой называли циферб латными, как часы. На полках за спиной продавца можно разглядеть растворимые порошковые соки Yupi и котлеты в консервных банках.

ТОРГОВКИ ГРУСТНЫЕ ГЛАЗА

«Часовня встреч-разлук – вокзал. Дрожащий гул, бег паровоза. Тревожность оживленных зал, разлуки пламенная роза…».

Ремесло вокзальной торговли возникло в незапамятные времена. Но отчего-то она кажется приметой именно 90-х.

ПЕКУТСЯ УТРОМ СОЛНЕЧНЫМ ОЛАДЬИ

«Весело на противне масло зашипело… То-то поработает, сливочное, белое…».

Ни одно учреждение в мире не может работать без обеда. А значит, самый необходимый человек в любой компании – повар.

Если вы узнали себя или своих знакомых на снимках, пишите на наш редакционный WhatsApp 8-777-442-11-22. Поделитесь воспоминаниями, и мы их обязательно опубликуем.

Герой труда Казахстана накануне юбилея вместе с корреспондентом КН обсуждал «некоторые мысли» — такая рубрика год назад стартовала в «Костанайских новостях» с подачи сегодняшнего юбиляра.

Мальчишник вместо тоя

— Если широко отмечать событие, готовиться надо загодя. Извините за нескромность: распоряжения отдали, гостей позвали, ресторан заказали?

— В гостях недавно Мешков Виталий Алексеевич был, мы вместе в институте на агрономов учились, он после службы в Морфлоте, я — после окончания средней школы. Он начинал главным агрономом в совхозе «Викторовский» в Тарановском районе, позже ему доверили пост первого секретаря Урицкого райкома партии – заметный был человек, сейчас в Германии. Не хотел от нас возвращаться, но если уехал, назад хода нет. Здесь еще остались друзья-товарищи. Давал ему на неделю машину, чтобы поездил по родным местам, куда хотел, многие приглашали. Знает все мои даты, первый спросил, как буду отмечать юбилей. Планирую мальчишник, 20- 30 человек. Не то время сейчас, чтобы широко «гудеть».

70 лет тоже не отмечал — из-за коронавируса. Когда 60 лет исполнилось, мать умерла, какой там юбилей. А еще уборочная страда стартует, так что мальчишник — в самый раз.

Сроки урожая и его цена

— Представляю: вы директор совхоза, уборка начинается, праздновать некогда, вдруг, дождь…

— Не так август, как сентябрь имел значение. Помню 70- 80 годы: сентябрь всегда сухой, комбайн работает, молотильный аппарат шуршит. Даже жарко было, сейчас этого нет: как уборка, дожди начинаются. Кто хорошо оснащен техникой, у кого люди есть, уберут, наше хозяйство, ТОО «Каркын», крепко стоит. И новые подходы к посевным культурам помогают. Начинаем с зерновых – у нас их только 50 процентов. Зернобобовые, лен подождут, подсолнечник позже созревает. Сперва одна культура подходит, потом вторая, третья. Трагедии большой не вижу, если дождь. Сейчас и за урожайностью не сильно гоняются. Нужна цена. Это волнует людей больше, чем сроки уборки.

«Мало вспоминают тех, кто заслуживает многого»

— Однажды хотела подсчитать, сколько фамилий упомянуто в ваших мемуарах. В первой книге «По дорогам жизни нашей» сбилась со счета посредине, во второй «Родная земля в судьбах и лицах» — уже на 20-й странице, где перечисляются погибшие и без вести пропавшие в годы Великой Отечественной войны земляки.

— И сам, конечно, не считал, но не хотел кого-то упустить из виду, из памяти, особенно рядовых тружеников. Это обидно было бы не только им, но и мне. Главу от автора я назвал «Большие маленькие люди», потому что о простых людях мало написано, но они заслуживают многого. В 2009 году я получил звание Героя труда Казахстана, но даже Героем войны нельзя стать, если за тобой не стоит масса людей.

«Награждают не только за прошлое»

— Хорошо, что вспомнили 2009 год. Когда вы вернулись из Акорды с наградой, я была первой, кому вы отвечали на вопросы. Вы сказали, что понимаете: отныне люди будут обращаться, просить, что нужно будет выходить на трибуну. Вы это делаете, хотя, наверное, не всегда просто дается. В области есть и другие Герои, и кавалеры высоких государственных наград, но никого не слышно. Как думаете, почему?

— Это к ним вопрос. Я и раньше знал людей, которые замыкались в себе, в своих делах, хотя могли бы кого-то научить, кому-то подсказать. Должности, даже бывшие, а также награды и звания – это авторитет, который должен работать на общество. Награждают не только за прошлое – это и будущему должно служить. Моя землячка, Герой Социалистического Труда Камшат Доненбаева, была образцом такого служения. К ней потоки шли, журналисты, в том числе. Ни от кого не слышал, чтобы она отказалась от беседы или не попыталась помочь, если была просьба. Понимала журналистов: они выполняют важную для общества работу.

Народная экология

— В мемуарах вы рассказываете, как казахи берегли землю и воду. Думаю, что молодежь, студенты даже не слышали о народной экологии. Вы могли бы выступать с лекциями?

— Не так давно аким области Кумар Иргибаевич Аксакалов сказал мне, что было бы полезно выступать в университетских аудиториях. Мне есть что сказать, и о народной экологии, в том числе. Казахи и душевное свое состояние держали в чистоте и землю уважали. Не селились на побережьях рек и озер, чтобы овцы своими катышками не загрязняли места, где живут люди, откуда берут воду. Постоянно меняли стоянки, чтобы не вытаптывались пространства. Предки наши не были беспечными. Бережливо охраняли степь от завистливых глаз. Не поджигали траву, не рубили деревьев, берегли урочища.

У казахов есть такая поговорка «даже вода требует откупа». Смысл ее точно передает отношение народа к природе. Но смогли ли мы передать такое же чувство к ней нашим потомкам? Если говорить честно, то алчность нельзя не заметить. Весной приехать посеять, осенью собрать урожай и на этом закончить полевой сезон – современные технологии позволяют работать и так. Но даже опираясь на научные достижения, надо оберегать землю, рационально ее использовать.

Иногда стремление заручиться деньгами инвесторов затмевают другие потребности. Инвестиции крайне нужны, но не любой ценой, они НЕ должны быть безусловными, нужно от всех требовать заботы о земле. Меня очень беспокоит эта мысль. Я мог бы говорить об этом с молодежью.

Со студентами я встречаюсь, но редко. Были от университетов приглашения, но я ни разу с большой аудитории не встречался – только в узком кругу. Причины этого не знаю, но уверен: до молодых не доходит наш опыт. А разве руководители учебных заведений этого не знают? Может, не хотят знать? Тогда зачем жаловаться, что их студенты не хотят работать в селах? Государство тратит большие деньги на образование, каждый год вузы выпускают, например, ветеринаров. А на производстве их нет. Зачем тогда их учить? На эту тему можно и нужно говорить много.

«Я хотел открыть Америку»

— Лично вам доходили слова учителей, запоминались?

— На уроках географии учитель навешивал на школьную доску политическую карту мира. От частых сгибов многие страны, моря и горы казались потертыми, но школяров это не затрудняло. Мне хотелось открыть Америку. Много читал про Колумба, интерес к миру и сейчас не угас, но на карте моего детского сердца в те годы были окрестности Пресногорьковки, березовые рощи, растянувшиеся по степи, как конские гривы, маленький аул с названием Маркс, затерявшийся в глубинке.

В большую жизнь я отправился из маленького двухкомнатного домишки. В упомянутом поселке имени Карла Маркса аульные сородичи построили его за один день. Это был небольшой, но вполне благополучный дом, в котором происходили хорошие события. Всего нас там проживало пятеро. Верно говорят, что если есть лад, то теснота не помеха. Жили мы здесь до 1980 года.

Не только для себя

— Меня всегда приятно удивляла ваша начитанность, слово старомодное, но объективное, если оно встречается в характеристике человека. Можно быстро заработать деньги, некоторым это удается, начитанность же требует многих лет, любви к чтению, осмысления и «примерки» полюбившихся героев на себя самого, особенно в детстве, особенно у мальчишек. Это рождается вместе с человеком или прививается школой, а чаще семьей.

— Балкен, мой отец, был человеком сметливым и на все руки мастер. Возьмет домбру, сядет, скрестив ноги, наигрывает мелодию, о чем-то думает. Аклима, моя мама, часто вспоминала, каким добрым и заботливым был Балкен. Часто сетовала: он так много делал для людей, и они ему были благодарны, но почему же он прожил короткую жизнь, если нам говорят, что получивший много благословений, много живет? Но потом добавляла, что благословение Аллаха, если человек заслужил, все равно придет — к детям, внукам. В нашей семье так и получилось. Доброе имя отца сослужило нам службу: все получили образование, добросовестно трудились, хлеб на столе всегда был, и сегодня мы стараемся не только для себя. У хорошей литературы своя огромная роль в воспитании человека.

У бабушки была своя высота

— В мемуарах вы очень тепло, с гордостью, отзываетесь о казахских женщинах вообще, и в частности, о матери, бабушке, супруге Кабырге-апай, тогда как женщина на востоке никогда или почти никогда первую скрипку не играет.

— Это стереотип. Не буду говорить о положении женщин во власти, но в семье без них проку не будет. Моя бабушка Гаухар была из тех казахских женщин, которые не склонялись перед трудностями. Происходила она из рода Уак, подрода Кытай – издавна этот род заселял узынкольские земли. Отца ее звали Нурпеис, семья жила в ауле Жанатлек, от него и места сейчас не осталось.

Бабушка отличалась от аульских женщин – красивое лицо, манера разговаривать, одежда выделяли ее и внушали уважение окружающих. Сельчане называли ее, если по-русски, «зеленоглазая старуха» — и цвет кожи, и черты лица ее были не чисто азиатскими. Близкие утверждали, что это были родовые отличия бабушки, в том числе, богатство ее предков.

Где бы я ни жил, став взрослым, бабушка всегда жила в том же доме, где моя семья, общалась с теми, с кем мы общались. У нее была своя высота – все это понимали.

Память – не сито

— Знаю людей, которые с удовольствием ищут знаменитостей, которые родились с ними в ту же календарную дату. С кем вы в один день, 19 августа, отмечаете день рождения?

— Специально никого не искал, какой смысл. Но так совпало однажды, что 19 августа пришлось на совместную командировку в Тюмень — договариваться о поставках солярки — с Бертаном Иосифовичем Рубинштейном. С нами еще был Болатай Каримович Асатов, позже первый сенатор от Костанайской области – у него 17 августа день рождения, у нас с Рубинштейном – 19-го. Я подарил Бертрану Иосифовичу бутылку коньяка, и сам забыл про этот подарок. На 90-летие получил от него приглашение, тогда в последний раз с ним встречались. Великий человек и сейчас это скажу. Я о нём всегда вспоминаю в этот день. А на своем юбилее он говорит: «Сайран, ты мне бутылку коньяка подарил, помнишь? Я не выпил, до сих пор стоит, на память, если не веришь, пойдем ко мне». Помню, что жене Кулагина – Галине Дмитриевне — 20 августа 70 лет. Память – не сито

«Жизнь в селе стала дороже, чем в городе»

— Уж так получается, что даже молодежь больше интересуется прошлым, чем будущим. Покинули село ради города, а потом по рассказам старших сожалеют, что не сохранились истоки.

— Село пустеет, какие условия там ни создавай. Это трагедия. Раньше был лозунг: поедешь в село с голоду не умрешь. Жизнь в сельской местности была намного дешевле городской — сейчас наоборот. Уголь дрова купить — в 200 тысяч не уложишься. В городе коммуналка дешевле выходит.

Заболел — надо в район ехать, а там врач не принимает. Недавно одна женщина мне рассказывала: приехала – моего терапевта нет, пошла к другому, он отказал, потому что «не своих» не принимает. Она на такси назад, домой.

Свежайший пример, я часто разговариваю с женщинами из нашего посёлка — надо было сдать анализы, в район поехала. Там не было нужного реактива — езжайте в город. В городе не могли понять, что написали в районе. Надо было туда звонить, специалиста искать, который писал — эти мытарства и доводят людей до мысли, что надо уезжать, потому что нет другого выхода. Это больное место: сколько бы ни говорили об этой проблеме, лучше не становится.

Правда, жалобы на образование поутихли. Медицина — самое больное место. Стали ФАПы строить, но нет специалистов, хирургов, терапевтов не хватает и в районных больницах. Я давно хотел наладить стоматологию в Харьковском, оборудование купил. Но в деревне стоматолог не заработает денег, клиентура маленькая. Если что- то купить надо — опять же в городе приходится искать, и все это — затраты. Вот и переселяются в город: ради детей, из-за медицины, дорогой коммуналки. В этом вся соль.

Капитализм — хуже этого строя нет. Вот когда ходишь пешком, воспоминания – как река. Почему–то больше светлых воспоминаний о советском времени. Всё перелистываешь, как было, и кто был.

Фото Сергея МИРОНОВА из архива «КН»

Новые решения

– Батырбек Амангельдинович, почему возникла необходимость внести изменения?

– Было поручение Президента, чтобы создать единый пакет медуслуг. На сегодняшний день 93,7 млрд тенге – бюджет здравоохранения Костанайской области, который администрируется Фондом медстрахования. Из этой суммы 40 млрд тенге – ОСМС, остальное в ГОБМП. Правительство и Президент поручили привести это соотношение в соответствие с международной практикой. То есть большая часть должна финансироваться в рамках ОСМС. В идеале – 70% ОСМС, 30% – ГОБМП.

– При этом соотношении будет хватать средств на потребности граждан и развитие медорганизаций?

– Чтобы это стало реальностью, и были внесены изменения. Остановимся на них детальнее. Во-первых, что касается оплаты взносов и отчислений в ОСМС за граждан из социально незащищенной категории. Условно население делится на пять категорий – A, B, C, D и E. Последние две – кризисные и экстренные уровни благополучия. Речь о неработающих гражданах, не имеющих постоянного дохода. Таких в РК порядка одного миллиона, в нашей области – 37 тысяч. В следующем году по мере обращения граждан из этих категорий в поликлинику за них ежемесячно будут поступать взносы в фонд из местного бюджета. Алгоритм разработан. На сегодняшний день в области незастрахованных по разным причинам жителей – порядка 143 тысяч.

Сохранение статуса реализовано еще одной инициативой – лица, которые в течение пяти лет работали и за них регулярно проводились отчисления и взносы, но по каким-то обстоятельствам потеряли работу, с 1 января 2026 года будут иметь статус застрахованных не три месяца, как раньше, а шесть. Отмечу, что задолженность за пропущенные месяцы надо будет погасить.

Еще одно изменение – повышение верхнего предела для исчислений взносов. Если сегодня он ограничен 10 МЗП, то с 2026 года для работодателей станет 40 МЗП (3,4 млн тенге, максимальная сумма платежей – 102 тысячи тенге), для работников – 20 МЗП (1,7 млн тенге, максимум 34 тысячи тенге). Сегодня те, кто получает зарплату, например, свыше 850 тысяч тенге, платят взнос 25,5 тысяч тенге. И столько же при зарплате в три миллиона. Возникает диссонанс. Новшество – компромиссное решение, позволяющее сохранить баланс между устойчивостью системы и налоговой нагрузкой. Данная мера позволит не только укрепить финансовую стабильность системы, но и реализовать принцип справедливости и равенства в распределении ответственности за расходы на здоровье среди всех граждан. Кроме того, ожидаемый прирост доходной части ОСМС составит порядка 200 миллиардов тенге в год.

Также поэтапно будут повышать ставки взносов государства: с 2,2% в 2027 году до 4,7% в 2037 году. При этом ставки взносов работников и отчислений работодателей останутся прежними – 2% и 3% соответственно. В этом есть необходимость, поскольку при действующих объемах финсистема может не справиться с растущими потребностями населения. Ведь в Казахстане одни из самых низких ставок взносов и отчислений – 2% в 2025 году, тогда как в других странах 9-14,5%. Хотя изначально при моделировании системы закладывались другие ставки, но при запуске были значительно снижены.

Несладко?

– Заболевание сахарный диабет вычеркнули из списка социально значимых, пациенты заволновались. Но, по сути, если ты застрахован, для тебя ничего не изменится, верно?

– Информация о том, что пациенты с сахарным диабетом якобы столкнутся с ограничениями в доступе к медпомощи и лекарствам, не соответствует действительности. Новый список социально значимых заболеваний изменен и будет действовать с 2026 года. В нем 11 заболеваний, включая онкологические, психические расстройства, гепатиты, ВИЧ, осложнения после инфаркта. Что касается диабета, то 96% пациентов с этим диагнозом в нашей области относятся к льготной категории (пожилые, дети, инвалиды) и застрахованы. То есть изменения коснутся лишь 4% трудоспособных граждан, которым нужно застраховаться. В Костанайской области на учете с сахарным диабетом состоят 31,7 тысячи человек, из которых 261 – дети. Все они получают необходимые лекарства бесплатно.

В год государство тратит на одного пациента с диабетом от 618 тенге до 6,5 млн тенге – в зависимости от тяжести состояния. Если посчитать расходы на всех больных, то выходит до 46 миллиардов в год. Поэтому чтобы обеспечить всех нуждающихся и покрыть растущие потребности, лекарственное обеспечение при сахарном диабете с января следующего года будет осуществляться через систему ОСМС, что позволит обеспечить стабильное и своевременное финансирование. Кстати, Минздрав пересмотрел и лекарственную политику: в перечне препаратов для лечения сахарного диабета только те, что имеют доказанную эффективность, введена линейка инсулина нового поколения – деглудек. Он будет доступен для всех категорий пациентов, включая беременных и детей.

– На качество медуслуг жалобы были?

– Не без этого. За первые шесть месяцев текущего года по различным каналам связи (единый контакт центр 1414, мобильное приложение Qoldau 24/7, официальный сайт) в адрес филиала Фонда поступило 1082 обращения. Из них 492 (45,4%) жалобы на 42 медорганизации. В прошлом году за этот период было 549 жалоб на 40 медорганизаций. Такая динамика свидетельствует о более качественной работе службы поддержки пациентов. Сегодня она есть во всех медорганизациях и позволяет пациентам решить свои вопросы по принципу здесь и сейчас. Не дали направление, долгое ожидание и тому подобное. Правда, чаще жалобы необоснованные.

Высоко сижу, далеко гляжу

– В июле был введен мониторинг оказанных медуслуг. Но вы и раньше его проводили, разве нет?

– Да, но сегодня внедрен новый подход. Раньше около 10% оказанных услуг или случаев проходили через мониторинг сотрудников Фонда. Эксперт филиала проверял медорганизации в информсистеме, дефекты, которые попадали в поле его зрения, он был вынужден сам опровергать или соглашаться с тем, что выдала система. Вся нагрузка и ответственность ложились на эксперта. Кроме того, трудно было исключить его личную заинтересованность. Поэтому теперь все медуслуги проходят через сито информсистем фонда, которые проверяют на наличие всех дефектов – от постановки диагноза до фактов приписок. К этой задаче подключен ИИ.

– А что принципиально изменилось?

– Дефекты сначала отрабатывает эксперт медорганизации. Если имеется обоснованное возражение – вписывает его в базу. Эти данные попадают в поле зрения экспертов филиала. А чтобы исключить заинтересованность местных специалистов, ввели принцип территориальности. Наши услуги мониторят эксперты Фонда из других регионов. Мы тоже мониторим рандомно другие регионы. Так растет объективность рассмотрения случаев.

Все зависит от обоснования самого поставщика. Сможет грамотно оформить и доказать обоснованность оказания медуслуги – дефект снимается, и сумма идет к оплате. Если у эксперта возникают возражения, то медорганизация может повторно внести обоснование, которое рассмотрит другой эксперт другого филиала. Раньше такой возможности не было.

– Почувствовали эффективность нового подхода?

– Отработали пока только месяц, но уже могу сказать, что есть увеличение объемов снятия дефектов. Потому что система теперь может не часть услуг рассмотреть, а весь спектр. Также есть возможность на уровне информсистем предотвратить приписки. Раньше было невозможно их отследить. Попробуйте обработать пять миллионов услуг, которые оказывают поставщики в год! Вручную нереально. А с искусственным интеллектом и информсистемами стало возможным. Так улучшится и ведение документации, и качество услуг.

В целом, активное внедрение цифровых технологий помогает сделать систему медстрахования прозрачной и позволяет сберечь ресурсы. Конечно, есть немало противников новшеств, но как бы мы от них не отмахивались, нам придется шагать в ногу вместе с миром.

Домбра, гитара и баян

Есть таланты от Бога. Обычно они проявляют себя еще в раннем детстве. Так случилось и с маленьким Гусманом. При каждом звуке домбры ребенок замирал, его глаза наполнялись светом. Отец понял, что в этом ребенке есть искра, и смастерил для него первую домбру. Гусман учился музыке быстро, и вскоре уже концертировал перед сверстниками, а после на смотрах школьной самодеятельности. К домбре добавились гитара и баян. На ноты легли первые строки стихов.

– Гусман Жунусович родился в Убагане Узункольского района. Но основные годы жизни жил и творил у нас в Карасу, поэтому считаем его своим земляком, – рассказал заместитель директора по художественной части Карасуского РДК Бердымурат Сайлаубек (на снимке с Махаббат Наурзбаевой). – Несмотря на отсутствие образования, был виртуозным домбристом, акыном, непревзойденным импровизатором. Помимо своих стихов, писал музыку на слова Акылбека Шаяхмета, Жолбарыса Баязида, других поэтов края, с которыми очень хорошо дружил. Всего его дети родились здесь, мы постоянно поддерживаем связь с дочерью Махаббат, сыновьями. Всегда исполняем песни Гусмана Наурзбаева на районных и областных смотрах самодеятельности. Сегодня на юбилейный концерт приехали артисты из Костаная, а также родственники композитора из Астаны и Алматы. Считаю, что мы не имеем права забывать наших достойных деятелей искусств.

Гусмана Наурзбаева его коллеги музыканты и поэты считают истинно народным композитором. Он глубоко чувствовал характер народной музыки. Песенное наследие нашего талантливого земляка сравнивают с творчеством легендарных акынов Біржан-сала, Ақан-сері, Естая, Мұхита, Әсета.

Хочу оставить след

Карасуляне подошли к организации юбилейного концерта с вдохновением. Основой программы «Махаббат пен сезімді, саз бен жырды тоғыстырған өшпес тұлға» стала музыкальнолитературная композиция, практически полноценный спектакль о жизни и творчестве Гусмана Наурзбаева. Талантливый актерский состав (Е. Бөлтіріков, С. Несипбаев, Б. Абдихан, Б. Арқабаев, Б. Тасбулатов, Е. Токубаев) перенес зрителей в 1977 год, когда молодой 22-летний парень организовал в доме культуры вокально-инструментальный ансамбль «Обаған таңы». Это был разгар эпохи ВИА, когда все участники группы были обязаны играть вживую на всех инструментах: от гитары до ударных. Причем профессионально, потому что требовательный слушатель не прощал малейшей фальши. Оттого, наверно, песни Наурзбаева удивляют своей выверенной гармонией, полным соответствием музыки и слова.

Такова песня, открывшая концерт – «Аққуым менің». Композиция, захватывающая с первых нот. В постановке эта песня представлена как первая, которую поэт сочинил и представил своим друзьям по ансамблю.

– Это потрясающе! Ты эту песню только что написал? Я в восторге от твоего творчества, – говорит друг. – Срочно запиши ее! Повезло же нам родиться в эпоху наших великих поэтов, писателей и знаменитых композиторов!

– Да, они – настоящие художники, герои своего времени, – задумчиво отвечает Гусман. – Мастера искусств, оставившие свои творения в наследие будущим поколениям. Вот и я хочу оставить след в этой жизни, пусть небольшой, но памятный…

Эти слова музыканта и поэта сбылись. Автора нет уже более тридцати пяти лет, а его песни живут, радуют и наполняют душу светом.

Мастер на все руки

На самом деле свою первую песню Гусман Наурзбаев написал в девятом классе. Это была романтическая композиция «Сен де сондай нәзіксін». Затем появились другие: «Достарыма», «Туған жер», «Обаған таңы», «Обағаным менің».

Творчество достойно оценили на уровне района и области. В 1982 году поэт получил благодарность за работу с молодежью, в 1985 – почетную грамоту областного управления культуры. В 1986-м – грамоту за участие в районном айтысе. Тогда же Гусман занял второе место как исполнитель-инструменталист. В 1987 году пришла серьезная победа – он стал лауреатом II Всесоюзного фестиваля народного творчества, а в 1988 – Всесоюзного смотра, посвященного 40-летию Великой Победы.

В январе 1989 года в Алматы вышел сборник песен казахских композиторов, куда были включены две песни Гусмана Наурзбаева. В 1989-м же его не стало.

И при всем при этом музыкант не был белоручкой. Работал в транспортном предприятии, был слесарем, электромонтером, машинистом котельной установки, водителем. В свободные часы увлекался народными ремеслами. Был способным резчиком по дереву, владел сапожным ремеслом. В последние годы жизни Гусман носил ичиги собственного изготовления. И не было ни одного тоя, где бы Гусман не был тамадой. На свадьбах проводил беташар согласно всем казахским обычаям.

Всегда рядом с ним была верная Жаксылык. В 1979 году молодая семья переехала в Карасуский район, где вскоре Гусман становится художественным руководителем районного дома культуры. В Карасуском районе родились дети – дочь Махаббат, сыновья Ербол и Тимур.

Талант в наследство

На юбилейный концерт приехали дочь, сын, внук, супруга. Сын и внук вышли на сцену, чтобы исполнить песни любимого отца и деда. Зал был единодушен: певческий талант унаследовали. Дочь Махаббат Наурзбаева поделилась с нами воспоминаниями:

«С самых малых лет отец учил правильно держать домбру, охотно показывал аккорды на гитаре. Помню, мне было девять лет, и я захотела научиться играть на гитаре. Пальцы маленькие, для аккордов не хватало растяжки, и папа сказал: не переживай, на гитаре ты еще научишься, все впереди. А сейчас возьми в руки домбру. Я пела вместе с отцом, выступала на различных смотрах. С особым интересом наблюдала, как он работал над песнями по вечерам. Запишет строчку, начинает играть, и так, строчка за строчкой, аккорд за аккордом, рождались мелодии. Часто я была первой слушательницей его песен. Отец играл, а я после пыталась повторить. Он слушал и говорил: «Здесь, пожалуй, надо поменять, неважно ложится на слух». Я очень гордилась, что помогаю отцу в его творческом процессе.

Замечательный был отец. Во всем. Помню вечер, когда папа принес кинопроектор, и мы, повесив экран на стену дома, смотрели фильм. В ту пору никто даже не знал, что такое кинотеатр под открытым небом. А у нас собиралась вся улица, все соседи. Смотрели индийские фильмы, а после них с ребятишками из соседской цыганской семьи мы устраивали концерты для всех желающих».

Махаббат унаследовала от отца и художественный талант. Уже в пятом классе рисовала портреты знакомых, создавала узоры для гобеленов. Сегодня дочь композитора играет на домбре, гитаре и фортепиано, исполняет песни отца. В свободное время делает украшения из бисера, шьет, вяжет. Преподает музыку в школе.

Верно говорят: дети – отражение родителей, рисунок с натуры их педагогического таланта, трудолюбия и внимательности. Гусман Наурзбаев прожил всего 33 года. Он успел много. Воспитать прекрасных детей, написать незабываемые песни. В наших краях никогда не забудут его славное имя.

Письмо в редакцию

В марте Елена Фомина потеряла мужа. Жительница села Красносельское (район Б. Майлина) написала в редакцию письмо: «Обращаюсь к Вам с просьбой опубликовать статью о человеке, который всю жизнь проработал на земле – о моем муже, о таких же тружениках села, которые проработали всю жизнь и остались забыты. После смерти мужа ему так и не выплатили премию за последний отработанный год. И речь не столько о материальной стороне, сколько о человеческом отношении. О том, как легко забывают тех, кто отдавал свою жизнь тяжелому, но такому важному труду. Своей статьей я хочу напомнить: за каждым хлебом на столе труд – незаметный, но важный. Такие люди достойны памяти и уважения. Пусть она станет голосом не только моего мужа, но и всех простых сельских работников».

Елена Фомина отправила эссе о муже Василие Фомине, которое начала с того, что 2025 год объявлен годом рабочих профессий. Мы решили приехать в Красносельское.

До и после

– Я работаю библиотекарем, сейчас в отпуске. Для всех это праздник. Для меня же – наказание возвращаться домой, – рассказывает Елена на кухне квартиры. Она кормит нас тушеной картошкой с курицей. – Каждый уголок здесь напоминает о Васе. Это, наверное, трудно понять…

Василий Фомин умер 20 марта 2025 года, на работе, в ТОО «Сулу». Он ушел из дома, когда Елены не было, и уже не вернулся. Причиной смерти стал инфаркт. Вскрытие показало, что больше года назад у мужчины уже был «немой» инфаркт. Он его перенес на ногах. – Я уже многое передумала. Завидую людям, которые теряют близких на больничной койке. Ведь у них столько времени все обговорить, вспомнить лучшие моменты жизни. В конце концов, проститься! Для меня же тот телефонный звонок с сообщением о том, что Васю везут в больницу, стал как удар топора. Он разрубил жизнь на до и после. Морг, подготовка к похоронам, похороны, в общем и жизнь сейчас – как в тумане.

За мужем

Василий вместе с мамой переехал в Тарановский район из Украины. Мама работала свинаркой, воспитывала сына одна. С детства Василий начал подрабатывать. После школы поступил в Николаевское СПТУ (Николаевка – соседнее село с Красносельским), где выучился на тракториста-машиниста широкого профиля. В конце 80-х на танцах в Тарановке познакомился с Еленой. В 1989 году пара заключила союз. Вместе они прожили 35 с половиной лет.

– Есть женщины замужем и есть за мужем. Мне выпало счастье быть за мужем. Василий даже яблоко делил и одну половину отдавал мне. Приезжал на обед и голодный ждал меня с работы, – Елена обводит руками квартиру в которой чувствуется хороший ремонт. – Смотрел ролики на «YouTube», а потом разраз – и все сделал. Ванную переложил до кирпичика, потолки натянул. А видите это место на линолеуме?

– Нет.

– Нам не хватило 80 сантиметров. То есть, расчеты были верными, в накладной в магазине все правильно было указано. А отрезали неправильно. Я записала ситуацию в TikTok. Вася возмущался: «Зачем этот позор снимать?» А я говорю – будет другим наука. В «TikTok» я записываю ролики во многом из-за работы, надо детям любовь к книгам прививать на понятном им языке. Думала шкаф поставить на это место, как все делают. Но Вася не умел чтото делать наполовину или плохо. Вся техника у него всегда была в лучшем виде. Поступали иностранные комбайны – он дома обложится инструкциями и корпеет над документацией… В итоге, нашел нужный кусочек линолеума, заклеил. Но я вижу это место.

– Я не вижу. Ювелирная работа…

Герою

Елена смотрит на линолеум и задумчиво улыбается. Стали понятны ее слова о том, что каждый уголок в доме напоминает о муже. Два простых человека честным трудом обустроили дом и двор. Василий за рекорд на уборке получил в 2002 году машину ВАЗ «21065». До сих пор как новая. Пара вырастила сына и дочь. Владимир работает в сфере энергетики в Темиртау. Анна – врач, также живет в Темиртау. Есть внучка. Казалось, что Василий и Елена получили накладную по всем правилам простого человеческого счастья. Но кто-то отрезал жизнь Василия коротко и равнодушно. И эту пустоту ничем уже не заполнишь, ни шкаф, ни диван на нее не поставишь, чтобы закрыть.

– Шоколадные батончики очень любил. Хожу на могилку, приношу ему. Говорят, часто нельзя ходить, удерживаю себя. И еще ни разу не приснился… Я ведь и не попрощалась с ним. Скажу, как люблю, как жалею, что бурчала на него иногда… Сейчас переслушиваю голосовые в WhatsApp.

– Какое было последним?

– «Ну что, как дошла? Ноги промочила?» У нас ведь не как в городе. Весной и осенью – не пройти…

Елена показывает альбом. В нем много грамот и благодарностей, трудовая книжка. Василий Владимирович Фомин 1967 года рождения начал трудовой путь с 11.07.1984 в племсовхозе «Красносельский» им. Б. Майлина. Вот грамота «Герою жатвы». Указаны показатели Владимира Фомина за сезон (не указан год). Намолот – 563 тонны. Обработка паров – 331 га. Посев – 744 га.

Попалась заметка районной газеты «Маяк» под рубрикой «Почетная доска». После короткой биографической справки сказано: «Свою трудовую деятельность Василий Фомин начинал в селе Красносельское на 1 отделении. За добросовестный труд он неоднократно награждался грамотами и ценными подарками. В коллективе пользуется заслуженным уважением. Благодаря усилиям Василия Владимировича и его товарищей можно быть спокойными – будет хлеб на столе казахстанцев самого лучшего качества!»

Вот и все, что можно было узнать о Василии Владимировиче…

– 24 августа Васе исполнилось бы 58 лет. Может быть, заметка о нем выйдет в августе? – спрашивает Елена.

– Я надеюсь… Какие у вас планы на жизнь теперь?

– Планы были раньше… Вася всегда в поле, в работе. Все говорил – вот выйду на пенсию, Лена, будем с тобой гулять по нашим лесам, хоздвор построю крепкий… Может, на море рванем. Мы ведь нигде не были. Но однажды на мой день рождения он повез меня в Костанай. Хотя очень не любил ездить в город, прямо категорически. И сделал сюрприз – мы провели чудесный, счастливый день в Therma Park… План у меня теперь один, дети зовут в Темиртау. И я уеду. Подала объявления, куда только можно. Больно мне в этом доме… Я зиму в нем не переживу.

Уточните, пожалуйста

Елену навещает только соседка Марина Плахута. В селе родных у женщины нет. Из ТОО «Сулу» на похороны Елене вручили конверт с деньгами, а затем на крыльце она нашла ключи Василия, которые оставались на работе. Почему-то лично вручить их посетитель не решился. Хотя Елена была бы рада поговорить с кем-нибудь из коллег Василия. Ей хочется узнать, какими были последние минуты жизни мужа. Она написала в редакцию о премии за уборку, но из разговора стало ясно, что ей было бы достаточно и благодарственного письма, которое бы подвело итоги верному, безвестному служению Василия Фомина хлебу и людям. Но пока же рядом с горем женщины по комнатам дома ходят тишина и одиночество.

Газета связалась с Жанатом Жильгильдиным. Он был руководителем ТОО «Сулу», когда умер Василий Фомин. Сейчас на другой работе.

– Василий Владимирович был мастером своего дела. Передовик и на посеве и на уборке. Зимой ремонтировал сельхозмашины. Получил ли он премию за уборку? Я сейчас не могу говорить, так как не принимаю участия в работе предприятия. Но надо решать.

Максим Мельников, бригадир первого отделения ТОО «Сулу», работал с Василием Фоминым с 2007 года.

– Потеря потерь, сейчас таких комбайнеров и трактористов не найдешь. «Наездники» в основном – договор подписали, технику отшатали, сезон прошел – деньги получили, уехали. А мы зимой ремонтируем все, что наворотили эти работники. Да, премии у нас вручают за прошедшую уборку в апреле-мае следующего года. Списки формировались из действующих работников. Может быть, Василий выпал из них? Я могу уточнить…

– Уточните, пожалуйста…

Пятьдесят оттенков оранжевого

Это окрестности Аркалыка. Город моей журналистской молодости, откуда в середине 70-х годов я наблюдал кипучую деятельность градообразующего предприятия под названием Тургайский бокситовый рудник. Без ТБРУ не было бы на пустынном месте 60 тысяч горожан, собранных со всех концов СССР под кличем Всесоюзной ударной комсомольской стройки. Чешское пиво. Венгерский студотряд. Колония зэков, построившая в городе первый широкоформатный кинотеатр и шестиэтажную гостиницу «Аркалык». Аэропорт, из которого самолеты летали прямиком в Москву и Ленинград. 20 процентов бокситовой руды из всего того количества, что добывал весь Союз. Наконец, Аркалык – адмцентр Тургайской области и космическая гавань, принявшая в своих степях не один десяток космонавтов…

«Все проходит. И это пройдет» – написано на кольце мудрейшего из мудрых библейского царя Соломона. Как раз в тему. Осенью 2014 года вицеминистр по инвестициям и развитию Альберт Рау (наш земляк и бывший глава Лисаковска) на заседании в Мажилисе Парламента сказал, что боксита в Аркалыке осталось на восемь лет… Город, изрядно похудевший во всех смыслах, сполна отдал лучшее, что у него было на славный исторический период развития – залежи бокситов.

Глинозем – оксид алюминия, главный компонент бокситов. Чем больше его в руде – от 40 до 60 и более процентов – тем продуктивнее/ценнее считалось это сырье для производства алюминия. Благодаря тому, что в руде содержались и другие примеси, например, оксид железа, то город всегда выглядел немножко оранжевым. Когда ветер неистовал особенно (а он неистовал почти всегда, не зря были планы поставить тут ветрогенераторы), то он сдувал с гребней карьерных отвалов краску намного щедрее, предлагая взору аркалыкчан расцветки от красно-кирпичных до слегка беловатых. Идешь по асфальту, как по загрунтованному холсту художника. Правда, в отличие от глины (внешне по структуре они похожи), боксит не так сильно цепляется к подошвам. Пластичностью не вышел.

Но это мое прошлое. В нем же и остались попытки фантастически мыслящих рыбаков разводить в карьерных водных безднах что-то живое. При той минерализации, что содержала в себе эта вечно ледяная вода, рыбакам, в случае удачи, светила бы Нобелевская премия. В последние годы бокситовые карьеры Аркалыка подверглись технической рекультивации – выравнивание, засыпка, далее идет этап биологической рекультивации, т. е. засеивание почвы растительностью. Процесс долгий, так что если мы хотим увидеть, как «И на Марсе будут яблони цвести» (это из песни комсомольцев), придется сильно потерпеть. Ну, а пока карьерный ландшафт, думаю, Джеймса Кэмерона устроит… Мечтать не вредно.

Ершом по трубам

Мечта – это производное от любопытства. В любом из нас в большей/меньшей степени заложено это качество. До тех пор, пока в нас живет эта батарейка, мы будем двигаться, любопытствуя, а что там – за зеркалом, за линией горизонта. Передвигаясь по оранжевым аркалыкским карьерам в чистейшем безлюдье и неземной тишине, я чувствовал себя Нилом Армстронгом, первым из людей ступившим на поверхность Луны. Потом у меня была Великая китайская стена, потом Гранд-каньон (Аризона, США) – я перечисляю вещи, которые по своей эмоциональной заряженности действуют на человека, как солнечный душ. Все худшее, что накопилось в повседневных трубах памяти, сметается эдаким ершиком куда-то прочь.

Я не придумываю. Мы все живем чувствами. Если их не менять, не будоражить, не разбавлять свежим притоком, они застывают, как застывает пленочка на остывшем чае. Поэтому, будь у меня дети-подростки, я бы взялся показать им аркалыкский Марс – уверен, это было бы для них одним из ярких воспоминаний детства на всю оставшуюся жизнь. Марат Кабдысалыков, многолетний руководитель костанайского клуба ветеранов, рассказывал мне о реакции людей преклонного возраста, которых он возил на смотровую площадку Рудненского ГОКа. Их реакция бесподобна – так реагируют на вещи, о которых мечтал или хотел увидеть всю жизнь, но понимаешь, что такое уже невозможно в силу многих объективных причин… И вдруг оно тебе открывается. И ты впитываешь эту картину не просто глазами, а буквально душой, сердцем… Не знаю, согласятся ли со мной геронтологи, но такое средство омолаживает. Испытано на себе.