«Оркестр – это моя болезнь»

Неудивительно, что оркестр Губенко, не раз подтверждавший свое звание «Народный», называют брендом областного центра. На протяжении всего творческого пути этот коллектив неизменно пользуется большой популярностью у костанайцев. Драйв, творческий азарт, постоянные арт-находки…

Мне удалось запечатлеть один из последних выходов маэстро на публику. Он был таким энергичным, жизнелюбивым, в хорошем смысле огненным. Своими музыкантами управлял с такой легкостью – буквально один взгляд и… стройность звучания и движений (а оркестр отличается от других тем, что часто свои композиции исполняет в процессе еще и строевых, шаговых рисунков) приходили в норму.

Алексей Губенко был и создателем, и руководителем оркестра. Профессионал-духовик, военный дирижер, майор запаса в отставке, дипломант республиканских и международных конкурсов, лауреат премии Клуба меценатов, отличник культуры РК, обладатель правительственных наград. А еще музыкант с авторской лицензированной Программой обучения духовой музыке. За разработку собственной методики ему присвоили звание «Педагог дополнительного образования высшей категории».

В одном из интервью «КН» он признался, в чем секрет его успеха: «По сути, оркестр – это моя болезнь. Если я вошел в это дело, то с головой ухожу: наполовину – это не мой подход». Так вышло, что в одно и то же время сразу два журналиста нашей редакции готовили материалы об оркестре Губенко. И моя последняя встреча с музыкантом оставалась неизданной, словно ждала своего часа.

О дружбе с музыкой

– Как справляться с таким огромным разношерстным коллективом? – задумался Алексей Алексеевич. – Ведь принято говорить, что молодежь сегодня неуправляемая. Наверное, помогла армия. 25 лет в ней – это что-то дает. Начинал с солдата, дальше по нарастающей… Служил военным дирижером. Уходил майором запаса, дальше был Костанайский юридический институт.

Музыкальное образование получил во время службы. Родина – Мариуполь, Украина, и там был филиал Донецкого муз училища, его и окончил. Ну а в армии хотел, конечно, в консерваторию поступить, на факультет военных дирижеров. Но помешала операция: у меня была прободная язва желудка. А после операции туда не брали. Мне коллеги сказали, мол, зачем тебе консерватория, ты за это время уже десять таких окончил. Но сам я чувствую, что что-то недоучил, чего-то не добрал, там бы дали мне больше.

А с музыкой «подружились» еще в детстве. Наверное, еще до школы. У нас был квартирант – баянист. Он постоянно играл застольные – «Вот кто-то с горочки спустился»… Потом уехал, а баян оставил. Я к инструменту, и давай наяривать самоучкой. Но! Квартирант вернулся за баяном. А я уже на нем играю. Он послушал и сказал: толк будет. И к моим родителям, мол, надо его в музыкальную школу. Отдали по классу трубы.

С пятого класса школы в мою жизнь пришел детский духовой оркестр Житикары. Туда переехали с родителями, на целину. В шестом классе уже ходили колонной – «Смело, товарищи, в ногу», «Песня тревожной молодости», «С нами Ленин впереди»… Кстати, музыкальную школу не окончил, потому что там платить надо было. А нас у родителей девять братьев и сестер, жили очень скромно.

От трубача до дирижёра

– После восьмого класса пошел в школу рабочей молодежи, на завод, где был оркестр. И работали, и музыкой занимались. Приезжали, помню, в Кустанай на областные фестивали и брали первые места.

Потом армия. Построили в ряд солдат-музыкантов, а тогда духовиков было много. Военный духовой оркестр считали писком моды. Из 75 выбрали только троих, меня в том числе. Краснознаменная Кушка, южный бастион, там на сопку поднимешься – уже Афган виден. Самая южная точка Туркмении, а тогда и Советского Союза. Там довелось мне срочную службу проходить. Затем нас, мотострелковую дивизию, перекинули в степи под Семипалатинск, жили в палатках и летом, и зимой.

В военном оркестре служил. За это время поменял массу инструментов, освоил – в основном самоучкой – аккомпанирующий тенор, баритон, труба, тромбон. Музыканты как раньше говорили? Два года службы в штате настоящего военного оркестра приравнивают к музучилищу. А у меня не два года, а двадцать – вот и считайте. Подчеркиваю, в настоящем военном оркестре.

Перед тем как в Кустанай приехать, служил в Державинске, в те годы Тургайская область. Ракетные войска стратегического назначения. Был дирижером в военном оркестре десять лет. Большую практику получил. Потом перевели сюда, в Кустанай, здесь тоже военный оркестр внутренних войск, небольшой в 15 человек. И снова десять лет работы. Вышел на пенсию, но с музыкой не расстался: пригласили в КЮИ, за полгода создал там оркестр.

О республике ШКИД

– Свой сегодняшний оркестр собрал в 1983 году на базе ДК «Строитель» параллельно основной работе. Мне тогда обещали, мол, соберешь большой оркестр из трудных подростков – получишь квартиру. Жилье так и не дали, сославшись на сложные времена. А я обещание свое выполнил – оркестр собрал. У меня получилась настоящая республика ШКИД. Не сразу, но нашел с ребятами общий язык. Все мои музыканты на начальном этапе были проблемные: у кого с учебой нелады, у кого с законом… Сразу человек 20 набрал, потом оброс до 50. Это потом уже 85 стало.

Со временем состав оркестра изменился. Ходил по школам в поисках талантов. Конечно, помогла школа-интернат для одаренных детей своими музыкальными воспитанниками. Очень способные ребята, играли как от бога. Все самоучки. Астана, Алматы, где мы выступали довольно часто, удивлялись: мол, у нас есть музыкальные школы, музучилища, академии, консерватории, ну никак не могут создать оркестр. А у нас вот он! И какой замечательный!

Секрет, возможно, в том, что я и сам «заболел» этим делом, и их «заразил». Думаю, мои ребята поняли одно: если они не будут меня слушаться, то мы будем долго мучиться и ничего не получится. И наоборот, при высокой дисциплине, как говорится, «организованная сотня побеждает неорганизованную тыщу». Полководцы когда-то так говорили.

Когда все разваливалось в когда-то большой стране СССР, было дело – пошел в бизнес. У меня в месяц доход был 12 тысяч долларов, я ездил «базар-вокзал», прошел все этапы. Все шло нормально. Но совмещал коммерцию с любимым делом, не бросал оркестр ни на день. Зато бросил бизнес. Понял, что это не мое. Деньги есть – все, казалось бы, есть, но радость жизни не в этом. Главное, чтобы в душе все было в порядке. А с моим оркестром и душа разворачивается как меха баяна!

Фото Сергея МИРОНОВА и автора их архива редакции «КН»

Показать себя

Корпоративный университет ERG с самого утра гудит как настоящий улей. Еще бы! На два дня рассчитан первый Инженерно-технический форум, собравший единомышленников разных поколений. Перед жюри свои проекты предстоит защитить работникам АО «ССГПО», АО «Качары руда», рудненского ремонтного управления филиала ТОО «ERG Service», студентам РИУ. Порядка 70 человек поделятся своими идеями по организации и улучшению производственных процессов и ремонтных работ, организации безопасности и т.д.

Идея организовать мероприятие такого формата родилась не на пустом месте. Каждый год в ERG проходит Форум инноваторов, и каждое предприятие Группы готовит проекты. В последнее время в АО «ССГПО» обратили внимание на низкое погружение специалистов в научную работу. Как изменить это? Как вовлечь технарей и практиков? Вот и решили предварительно провести своего рода отборочный тур, посмотреть идеи, привлечь специалистов. Кроме того, разрыв, который образовался между потребностью предприятия и нынешними образовательными программами, необходимо сократить. Так что настала пора работать вместе и со студентами.

– Перед собой ставим определенные задачи, – сказал гендиректор АО «ССГПО» Сергей Кузьменко. – Во-первых, вовлечь наших технических специалистов в те новые веяния, которые есть у молодежи, так как из-за текущей работы они не всегда могут увидеть потенциальные улучшения. Во-вторых, привлечь студентов, наш будущий ресурсный фонд, в АО «ССГПО», чтобы они ощутили себя частью большой производственной семьи. Если не будем готовить кадровый резерв, то сложно потом говорить о стратегических планах и их реализации. В-третьих, имидж компании. Сложная геополитическая ситуация влияет и на нас. Но мы четко видим куда идем. И, конечно, в Группе есть поощрение тех, кто предлагает идеи. Ряд проектов, чей экономический эффект был подтвержден, внедряется на производстве. Каждый работник должен понимать степень своего влияния на конечный продукт. Наш Форум – площадка для тех, у кого есть потенциал показать себя.

Море идей

Шесть направлений работы были разнообразны, даже немного растерялась, куда пойти. Охрана труда и промышленная безопасность, рациональная организация рабочих мест, автоматизация и цифровизация производства, проекты с инновационной составляющей, с экономическим эффектом и без… В итоге полюбопытствовала сначала охраной труда.

Чувствовалось, что не все уверенно держатся выступая публично. Многим, понятное дело, привычнее работать в цехе. Но ребята старались, до последнего борясь с волнением. Рафаэль Сайфутдинов после презентации своего проекта по внедрению цветовой системы наряд-допуска, как инструмента предотвращения аварий и травматизма, храбро отвечал на вопросы экспертов. Каждого участника оценивали сразу же по QR-коду. Так что второго шанса произвести впечатление не было. Павел Рыжков рекомендовал использовать дроны для осмотра разрыва ЛЭП после проведения взрывных работ, чтобы сэкономить время и ресурсы. Причем эту практику успешно уже внедрил в работу своей группы.

В коридоре сталкиваюсь с выступившим руководителем по надежности диагностики инжеренига дивизиона Железо Владиславом Мазиёвым. Он с воодушевлением рассказывает о проекте.

– Наш проект – PipeLine Control. Это контроль технического состояния мониторинга основного оборудования стратегического участка хвостового хозяйства на фабрике, который транспортирует воду на дамбу. Ранее на участке отсутствовала единая система мониторинга техсостояния сети насосного оборудования. И решение о ремонте или замене принималось на основе визуального осмотра, ориентировочных наработок, устаревших графиков и просто субъективного мнения «пора менять». Мы же создали единую цифровую базу по мониторингу, которая включает в себя и наработку, и толщинометрию, и остаточные ресурсы.

– Больше параметров оценки? – уточняю.

– Скорее, объединение всех функций. Такой центр по управлению всеми данными оборудования. Например, порыв магистрального трубопровода чаще связан с затоплением машинного зала. Убытки колоссальные. А причина – в отсутствии единой базы. Один работник сказал другому, тот третьему… Теперь создали культуру повышенной коммуникации между всеми участниками процесса, и в режиме реального времени есть схема, в которой зеленый цвет показывает, что все хорошо, желтый – надо провести профилактику, красный – принимать решение – остановка или замена. Это помогает прогнозировать аварии и снизить затраты на ремонты. Дает устойчивость производственной среды к отказу трубопроводной сети и насосного оборудования. Риск снижен.

Владислав с коллегами проект внедрил на производстве уже как восемь месяцев. Проект уникальный и достаточно универсальный.

Александр Киселев, начальник железнодорожного цеха АО «ССГПО», 30 лет работает на предприятии и несказанно рад Форуму, который помогает раскрыть потенциал сотрудников.

– Все начинается с мысли, идеи, затем реализуется и отрабатывается на производственных площадках. Мы выбрали лучшие проекты и помогли своим ребятам с подготовкой. Есть предложения, которые мы апробировали, – делится Александр Киселев. – Например, подготовка тормозной магистрали поезда. Перед тем как он отправляется, заряжается тормозная магистраль. В одном случае сам локомотив это делает, нагнетая воздух и создавая определенное давление, в другом – локомотиву можно помочь с помощью компрессорных установок. Эту идею Егора Павлова будем внедрять. Еще проект Виталия Честных про контроль техсостояния боксового узла. Видели, как на станции вагонники стучат по боксам: проверяют нагрев боксового узла, сдвиг подшипника. Есть техсредства, которые помогают определить состояние этих узлов – специальные датчики.

Нестандартный подход

Александр Маслов, энергетик отдела главного энергетика горно-добычного цеха, ранее не раз участвовал в Форуме инноваторов в команде и персонально. В этот раз тоже решил поделиться своими идеями. К примеру, заметил, что эффективнее использовать прежний двигатель к новым насосам Warman. Можно сэкономить миллионы. А еще с коллегами нашел метод, как улучшить работу двигателя вентилятора обжиговой машины и минимизировать ее износ. Просто применить другой тип полумуфты, в которой вибрация гасится.

– Сегодня руководство больше уделяет внимание инновационным идеям, – подчеркнул энергетик. – Рынок нестабильный и надо находить эффективные решения, чтобы пережить непростые времена. Любой инженер обязан находить нестандартные решения. Иначе зачем он нужен? Я, к примеру, с 1993 года работаю на предприятии и всегда что-нибудь улучшаю.

В одной из секций три проекта принадлежали студентам РИУ. Артемий Александров, преподаватель Высшей школы металлургии и горного дела РИУ, участвует в подобных научных презентация не в первый раз, но впервые как участник. Уверенный, собранный, его речь на защите свободно льется.

– Мой проект по повторному использованию отходов горного производства. В команде три студента – выпускники четвертого курса. Они помогли в подготовке и, думаю, помогут в реализации проекта, – Артемий Александров погружается в детали. – Первое, что приходит на ум, когда речь заходит об отходах горного производства, – это отвалы. И тема использования отвалов рассматривается не первый год. Мы же обратили внимание на воду в карьере. Первые в Рудном, а, возможно, и в мире, кто решил использовать воду повторно. Предложили поставить гидрогенератор для выработки дополнительной электроэнергии на нужды предприятия. Экономический эффект огромный. Предприятие закупает электроэнергию у поставщика по определенному тарифу. Наш экономический расчет по электроэнергии, которую может предоставить гидрогенератор – в семь с половиной раз дешевле. Так что будем дальше работать над проектом. Как преподаватель, рад, что в Инженерно-техническом форуме такого масштаба участвуют и студенты. Для них услышать положительные отзывы – большой толчок для дальнейшего развития.

Первокурсник группы «Строительство зданий и сооружений» РИУ Рахат Нугманов улыбается. Рад, что его идею услышали и, возможно, ее можно будет воплотить жизнь. Его проект «Второе дыхание» по переработке и вторичному применению использованной электронной техники.

Новый поворот

Директор по капитальному строительству дивизиона Железо АО «ССГПО» Кирилл Титаренко был членом жюри в секции «Проекты с инновационной составляющей».

– Могу точно сказать после заслушивания всех работ, что идеи, которые принесли не только работники предприятия, но и студенты университета, можно внедрить в жизнь. Проекты участников затрагивали тему техники безопасности, технологические сложные вопросы – по насосному оборудованию на предприятии, по переработке, добычи. Приятно, что студенты РИУ подняли вопрос о «зеленой энергетике». Идеи ребят были инновационными. Мы посмотрели, как можно применить ИИ на производстве. Новая формация молодежи может и хочет работать по-новому. – В целом все прошло в дружелюбной обстановке. И надеюсь, Форум станет традиционным. Потому что идеями важно делиться. Меня заинтересовал один проект. Мы огромные деньги затрачиваем, чтобы поднять воду из карьера, потом отправить ее в накопитель. А можно на промежутке между этими процессами поставить генераторы, вырабатывающие электроэнергию. Да, есть небольшие замечания, которые просто надо доработать.

Доволен результатами Форума и другой эксперт – Мурат Избембетов, директор по ТАИР АО «ССГПО».

– Хорошая подготовка участников! В целом уровень проектов серьезно подрос, – делится впечатлениями член жюри. – Есть понимание задач, целей, методик. Поразил один участник, который с таким воодушевлением говорил, с такой глубокой вовлеченностью в проект! Его работа мне понравилась. Знаете, есть понятие рабочего и инструментального времени. Инструментальное время дает добавленную стоимость, и все стремимся его долю увеличить в рабочем. Думаю, такой Форум важен. Он дает дополнительный импульс к росту инициатив и творчества у сотрудников.

Вся наша жизнь – игра

После защиты и определения победителей для участников организовали квиз, а на следующей день – бизнес-игру. Надо провести время с пользой! Директор по операционной эффективности и производственной системе дивизиона Железо АО «ССГПО» Асылхан Боккарин – один из организаторов. В Рудном работает всего год. До этого трудился в столице в Евразийской Группе. О переезде не жалеет, ведь моногорода для него как родные. Сам родом из Хромтау, где и начал свой трудовой путь электрослесарем и электромехаником в шахте.

– Коллегам всегда говорю: делаете что-то – делайте качественно. Тогда будешь получать удовольствие от того, что делаешь. Наша команда несколько месяцев работала над организацией Форума. Одна из задач – определить амбициозных сотрудников, готовых менять обычные процессы к лучшему, – рассказывает Асылхан Боккарин. – Было подано порядка ста проектов, к итоговой защите допущено около 70. С ребятами тренировались неделю, учили правильно стоять, говорить. Старались участникам во всем помочь. Ведь что мотивирует человека? Когда он начинает видеть результат того, что делает. Тогда захочет свернуть горы.

Инженерно-технический форум дивизиона Железо, по словам организаторов, обязательно пройдет и в следующем году. Будут новые участники, будут и новые полезные для производства проекты.

ПОБЕДИТЕЛИ:

• Победителем среди проектов с экономическим эффектом стал начальник цеха буровзрывных работ АО «ССГПО» Артем Коротыч.
• Среди авторов проектов с инновационной составляющей лучшим признан гидрогеолог горно-добычного цеха АО «ССГПО» Азамат Байжанов.
• Лучший проект по рациональной организации рабочих мест представил мастер бурового участка Соколовского карьера цеха буровзрывных работ АО «ССГПО» Олег Лукманов.
• Лидером среди авторов проектов без экономического эффекта стал руководитель по надежности АО «ССГПО» Владислав Мазиёв.
• Победитель среди проектов по ОТиПБ – начальник депо цеха ремонта подвижного состава Рудненского ремонтного управления филиала ERG Service Михаил Зайцев.
• Лучший проект по автоматизации и цифровизации производства представил директор департамента по ОТиПБ АО «ССГПО» Александр Бондаренко.
• Среди студенческих разработок лучшим признан проект, над которым работали Сергей Копачевский, Асылзат Нурмуратова и Ильяс Жаркинбаев под руководством Артема Александрова.

Фото предоставлены пресс-службой АО «ССГПО»

начало здесь

Торговля без участия денег

– Владимир Михайлович, предыдущий выпуск «Центральной полосы» мы закончили словом «бартер». О том, как он свалился на редакцию и на эпоху, длиною в десяток или более лет. Впрочем, торговлей без участия денег выживали и в первые сталинские пятилетки. Правда, газеты тогда об этом не писали.

– А мы не просто писали – были в процессе. В «святые девяностые» рухнула вся наша привычная жизнь. Государство кинуло на произвол судьбы село, и у нас стало меньше подписчиков. Не сразу, конечно. Еще пытались выжить некогда могучие совхозы, директора еще считали делом чести чтение газет. Традиционные читатели – рабочие, учителя, медики, культработники, домохозяйки… Директора, которых мы почти всех знали в лицо, изворачивались как могли, чтобы удержать людей, сохранить производство, вовремя платить зарплату. Но таких становилось все меньше.

Сейчас в это трудно поверить, но пенсии приходили с опозданием на месяцы. О какой подписке могла идти речь? Конечно же, газета писала об этом и получала в свой адрес немало «теплых» слов сверху. Но что нам могли сделать недовольные нашими публикациями власти? Зарплату они нам не платили, мы уже не были органом партии или акимата, сами зарабатывали деньги на подписке и рекламе. Сейчас за такую рекламу засудили бы, ведь печатали все, что хотел заказчик. Рекламировали табачные изделия, алкоголь, сомнительные медицинские услуги. Помню удивительное в своей наглости объявление: «Куплю баксы!». Бабушки давали бесплатные объявления о продаже алоэ. У всех в доме были эти алоэ, но они решили, что столь целебное растение разом удвоит их пенсию.

Богатые тоже плакали

– Областная газета по сравнению с «районками» жила шикарно. Я начала работать собкором с 1 мая 1995 года. Тогда в каждом районе и в городах были собкоры. Мы писали в свои газеты и в областную. К примеру, в Урицке (Сарыколе) собкором была Ирина Винникова, она что видела, то и рассказывала, на злобу дня. Смешно было читать, как при веерных, мягко говоря, отключениях электричества, люди по вечерам семьями убегали на те улицы, где лампочки еще горели, чтобы досмотреть «Рабыню Изауру», «Просто Марию» или «Богатые тоже плачут». Чем не бартер: сериалы вместо денег – получите удовольствие. Я не смотрела: у нас и телевизор накрылся, и мысли были только о «форме 13», которой аграрии рассчитывались за все на свете, включая подписку. Мне, как редактору, надо было и на «районку» читателей подписывать, и, как собкору, – на областную газету. Каково же было мое удивление, когда в ответ на инициативу провести встречу с читателями в санатории «Сосновый бор», мне ответили: у нас с подпиской перебор, тираж 100 тысяч, бумаги в типографии не хватает…

– У народа все еще была сильна привычная тяга к печатному слову, люди не забыли почтовые ящики, забитые газетами и журналами. А тут вдруг обвал, и почта еле жива, и радио замолкло. Газета с относительно свежими новостями, и тем более с критическими публикациями, была на вес золота. А денег, чтобы ее выписать, у народа не было. Держались за счет бартера – и мы, и читатели.

Однажды позвонил знакомый директор еще живого совхоза, к которому мы не раз ездили на рыбалку, и предложил бартер. Кустарным способом они научились делать рапсовое масло и предлагали нам его в обмен на подписку. Понятия не имели, какое оно, рапсовое масло, но поскольку в продаже не было никакого, заинтересовались. Надо ли напоминать, что интерьеры продуктовых магазинов в то время украшали только банки с березовым соком? Вот мы и согласились на такой бартер. Дело было зимой, после хорошей метели, но поехали, подписали договор, погрузили не помню куда эту бочку с маслом и привезли в редакцию. Раздали всем как бонус к невеликой зарплате. Помню это масло, зеленоватое и на ред кость вонючее. Но съедобное.

В другой раз приехала из не очень отдаленного села женщина с коллективным письмом по поводу задержанных пенсий. Просила опубликовать, еще верила, что газета может помочь. С собой привезла истрепанную до дыр областную газету. Выписали одну на все село и читали по очереди. Конечно же, мы это письмо напечатали, но помогла ли публикация, не скажу: не знаю. Скорее всего, помогла, потому что остановить подобные письма не мог никто. Даже областная администрация, как тогда назывался акимат.

Куда уходила зерновая расписка?

– Надо внести ясность: куда уходила вырученная за подписку бартерная продукция? Из своего опыта: совхозы поручали элеваторам выдать зерновую расписку редакции. Ту, что для «районки», я везла в типографию, которой тогда руководил ныне покойный Леонид Шевченко. Он то печатал газету, то останавливал: деньги, точнее, бартер исчерпан. С ужасом вспоминаю, что договоров на такой обмен не было, сколько раз выпустят газету за тонну пшеницы, не оговаривалось, и какой-либо документации не предусматривалось. Объяснялось это так: цены каждый день меняются на зерно, на бумагу, на топливо. Какие цифры ставить в договоры? Всеобщая мутная водица, в которой утонули многие районные газеты. Однажды хотела «подбить клинья» к директору типографии, предложила сделать с ним интервью для областной газеты. Он сразу сказал: они не напечатают, но на вопросы ответил. Материал, действительно, не опубликовали, из чего я сделала вывод, что все еще «Ленинский путь» с типографией тоже в контрах.

«…и публикации о разгуле демократии»

– Самому стало любопытно: как мы могли реализовать все то, что нам предлагалось? Однажды могучий некогда совхоз, имевший на своем знамени даже орден, предложил нам за подписку зерноуборочный комбайн СК-3. Немного поломанный, но его, уверяли нас, несложно починить.

– Между тем в 1997 году я уже работала в штате, а в соседнем со мной кабинете вела корпоративный бизнес Ирина Савельева. Она регулярно спрашивала, что я хочу под зарплату? Первым делом я захотела телевизор, потом мягкий уголок. Рассчитываться можно было и полгода, и больше. Мой семейный бюджет умещался в брючном кармане, поэтому была рада и новым вещам, и рассрочке.

– Ну, этот ассортимент нам предлагали за рекламу. В те годы каждый выживал как мог. Очень популярны вдруг стали самодельной лепки пельмени. Их выносили на улицу старушки, продавали безо всяких прилавков и прочих условностей. Вот и мы хотели было пойти по этой неверной дорожке, имею в виду опять же бартер и причины отказа от него. Свободное помещение у нас было, муки и мяса предлагали немало. Но если старушек никто не трогал, то нас быстро бы прижали к ногтю согласованиями, санитарными книжками, проверками. Поэтому остались с нашим традиционным бизнесом, со своей газетой, которая пользовалась спросом, как надежный источник новостей и публикаций о разгуле демократии. Других доходов у нас не было.

«Ещё одна эпоха»

– Владимир Михайлович, вместе с бартером развивалась конкуренция в медийной сфере.

-Это еще одна эпоха. Как-то приехала в редакцию сельская учительница с жалобой на задержку пенсий и зарплат. Просила опубликовать коллективное письмо, но фамилии подписантов не указывать. А к тому времени расплодилось немало мелких газетенок, которые на огульной критике властей и перепечатках из центральной прессы находили себе подписчиков. Спрашиваю: «А какие вы газеты выписываете?». Она честно ответила, что «Спид- Инфо». «И что же вы не пошли туда за защитой?». Она не сразу поняла: «Они помогут?». Пришлось популярно объяснить, что нелогично помогать своими деньгами одним газетам, а за помощью идти в другую. «Но вы же орган!». Чей? Я посоветовал внимательно посмотреть первую полосу газеты, на которой еще был призыв к пролетариям всех стран соединяться, но никакой орган там не значился. Но и это письмо мы опубликовали: как не помочь человеку? И сейчас подобные письма и обращения простых людей к власти публикуем. Потому что это все еще надежный способ добиться если не правды, то хотя бы огласки ситуации, в которую попал человек. Мы и сейчас выслушиваем всех, кто приходит к нам со своей бедой. Публикуем по мере возможности. Иногда спрашиваем: «А вы «КН» выписываете?». Чаще всего отвечают: «В Интернете читаю, мне достаточно». Но правду ищут все-таки по реальному адресу.

Продолжение следует.

Архаичное клеймо

– Владимир Алексеевич, главным барьером для обращения за помощью нарколога часто называют постановку на учет. Чем она на самом деле грозит обычному человеку?

– Это не просто формальность, а клеймо с самыми тяжелейшими последствиями. Постановка на учет сопровождается целым комплексом социальных и экономических потерь. Человек сталкивается с рядом законодательных ограничений: он не может работать во многих сферах, лишается права владеть транспортным средством и управлять им.

Сегодня практически любой работодатель, вплоть до ИП, нанимающего грузчика, требует справку об отсутствии учета у нарколога или психиатра. Этот штамп вычеркивает человека из полноценной социальной жизни. Именно этот страх, эта стигма отпугивает людей. И совершенно обоснованно, потому что архаичная система сохранилась до сих пор. Ведь наркологическая помощь стала доступна людям только с 80-х годов прошлого века. До этого алкогольная зависимость считалась просто пьянством, а не заболеванием. И так было во всем мире.

Но потом ВОЗ внесла наркоманию и алкоголизм в международную классификацию болезней. Подчеркну, это именно заболевание, такое же, как сахарный диабет, гипертония и так далее, которое нуждается в лечении. Схожая ситуация сложилась и в сфере психиатрии. С советских времен ее политизировали, придали ей карательный оттенок. И эта генетическая память сейчас мешает многим обратиться в государственное учреждение.

– И все же пациенты в психиатрических больницах и наркодиспансерах есть…

– Фактически, да. Однако посмотрите на контингент. Стационарную помощь получают в основном те, кто уже потерял все – работу, семью, жилье. Их ставят на учет и отправляют на лечение, но зачастую это уже стадия невозврата, паллиативная помощь. Причина в существующем механизме: если ты на учете, то государство заплатит за твое лечение. Если нет — плати сам. Человек, который осознал проблему и хочет ее решить, но боится клейма, бесплатной помощи лишен. Это порочный круг.

К барьеру

– Можете проиллюстрировать этот разрыв цифрами?

– Конечно. Возьмем Костанайскую область. Взрослого населения около 400 тысяч человек, из них примерно 200 тысяч мужчин в репродуктивном и работоспособном возрасте. На учете состоят всего около 2 тысяч алкозависимых – это около 1% от примерного числа граждан, более или менее регулярно употребляющих алкоголь.

А если мы посмотрим на реальную картину, разница колоссальная. По оценочными данным, в разных регионах доля граждан, особенно среди мужской части взрослого населения, злоупотребляющих алкоголем, может достигать до 30 и более процентов. Они на учете не состоят, но уже нуждаются в оказании наркологической помощи как в амбулаторной форме, так и в стационарной. Однако повторюсь, эти виды помощи для них практически недоступны.

Для сравнения, в той же Швеции самые низкие показатели наркологической заболеваемости, потому что любой гражданин может рассчитывать на бесплатную помощь. Ее оказывают за счет бюджетных и иных форм финансирования – страхование, благотворительность, пожертвования и т. д. Там нет понятия наркологического учета, помощь специалиста можно получить в любой лицензированной клинике. Причем можно лечиться амбулаторно.

– А с какими еще практическими проблемами сталкивается человек, решивший обратиться за помощью к наркологу?

– Проблема номер один – катастрофическая нехватка кадров и инфраструктуры. В ряде районов нет врачей-психиатров и наркологов. Прием ведут фельдшеры или медсестры, часто без профильной специализации. То есть помощь формально есть, а фактически – не к кому обратиться. При этом Костанай – единственный областной центр в Казахстане, где не оказывают стационарной психиатрической и наркологической помощи. Госучреждения есть только в соседнем городе Тобыл. Представьте: костанайцу нужно добираться туда на автобусе, который делает 3-4 рейса в день, да еще и с пересадками. Для многих такая поездка сродни героическому поступку. Логистика и транспортная недоступность – это серьезнейшее препятствие.

Переосмысление подходов

– В последние годы люди стали больше обращаться к частным врачам. Этому немало способствуют очереди в поликлиниках и нехватка узких специалистов. Что мешает развитию частных наркологических центров?

– Примерно 10 лет назад президент Казахстана заговорил о том, что нужно развивать не только государственный сектор в медицине: человек должен иметь право выбора. Начался сдвиг в сторону демократизации всех видов помощи, в том числе и психиатрии, и наркологии. Эта реформа идет медленно, спотыкаясь на каждом шагу, но все же идет. На сегодняшний день в Костанае есть только одна негосударственная медицинская организация, оказывающая стационарную наркологическую и психиатрическую помощь, – центр ментального здоровья «Альтернатива». Здесь пациент может в полной мере воспользоваться своим правом лечиться анонимно в комфортных условиях. Чтобы после человек мог вернуться к нормальной жизни, не боясь, что его заклеймят.

– Если говорить о наркотической зависимости, сейчас структура потребления сильно поменялась. Как это отразилось на подходах к лечению?

– Классические героиновые наркоманы, которые составляли 90% контингента, практически сошли со сцены. Это дорого, рискованно и связано с инъекционными инфекциями. Место опиоидной группы заняли синтетические наркотики. Их ключевая опасность – формула меняется каждые несколько месяцев, а внести их в список запрещенных средств – долгая бюрократическая процедура. То есть постоянно появляются новые наркотики, которые легальны какое-то время. Зависимость от синтетики развивается молниеносно и разрушает психику за считанные месяцы. Человек деградирует и переходит из разряда наркоманов в категорию тяжелых психических больных с деменцией и шизофреноподобной симптоматикой. Контингент сменился радикально, и сама наркология требует переосмысления подходов.

Выйти из тени

– Но ведь существуют же современные эффективные медикаментозные методы лечения? Они доступны в Казахстане?

– Здесь мы сталкиваемся с парадоксальной ситуацией. Возьмем алкоголь. Государство, с одной стороны, создает все условия для его доступности – практически любой продовольственный магазин, в том числе в сельской местности, специализированные алкомаркеты, а с другой – не дает инструментов для лечения. Существуют недорогие и высокоэффективные препараты, которые используют во всем цивилизованном мире. Тот же дисульфирам для имплантаций, который вызывает стойкую непереносимость алкоголя на 150 дней. Стоит он копейки, цефтриаксон сейчас обойдется дороже. Но у нас он не зарегистрирован! Ввозить и использовать препарат нельзя. В итоге человека могут лишь «прокапать», чтобы он протрезвел, но саму зависимость не лечат. Инфраструктура есть, а работать нечем. В результате позволить себе реальное лечение могут только состоятельные люди.

– К каким последствиям приводит эта системная недоступность квалифицированной помощи?

– Самый тревожный результат – расцвет подпольной наркологии. В том же Костанае достаточно ввести в поиске «детоксикация на дому», и вы получите десятки предложений от шаманов, медсестер и фельдшеров, которые за два часа «проведут детокс и закодируют». Огромные потоки людей идут к псевдоспециалистам, которые оказывают непрофессиональные, а порой и опасные услуги. Они делают вид, что помогают, имея под рукой две бутылки физраствора и глюкозы. Это прямой уход отрасли в тень. И он процветает именно потому, что легальная, безопасная и анонимная дверь для большинства закрыта.

Получение наркологической помощи должно осуществляться только в лицензированных медицинских организациях, имеющих официальное разрешение на оказание наркологической и психиатрической помощи. Обращение в непроверенные или нелицензированные центры может быть опасно для здоровья и жизни, а также привести к отсутствию законной медицинской документации и потере конфиденциальности.

Солнечный материал

Фойе костанайского Дворца студентов превратилось в большое арт-пространство. Каждый уголок был заполнен работами декоративно-прикладного творчества. Авторы – люди с инвалидностью, пенсионеры, подопечные городских и районных Центров оказания специальных социальных услуг.

«Это вам, в подарок!» – протянул мне маленького верблюжонка парень в костюме и бабочке. «А что это?». – «Игольница, я сам такие мастерю. Будете пользоваться и нас добрым словом вспоминать!». Молодой художник Кирилл Гульваков, подопечный рудненского Центра оказания спецсоцуслуг №2, предстал на выставке самым плодовитым мастером. Не один десяток его работ украсил экспозицию. Одна из самых заметных – портрет Абая, выполненный в необычной технике.

«Очень тонкая работа – ниткография, – пояснил автор. – Когда нитку нарезают мелко-мелко и разбирают на кусочки в пух. Потом с помощью клея эту массу наносят на полотно, предварительно с очерченными контурами и штрихами. Подбирал разноцветные нитки, а это гораздо сложнее, чем красить. Работал над этим портретом две недели».

Самым трудоемким, как признался парень, было сделать лицо, подобрать оттенки. Если присмотреться к картине, их очень много. Вместо кисти тоненькая палочка, которой еще можно передвигать ниточный пух по свежему клею. И таких работ у Кирилла много: «Хотя вначале думал, что эту технику не смогу освоить. Не один месяц пытался, тяжело шло. Но потом понравилось – и все стало получаться! Уже три года создаю такие картины. Еще люблю вышивать, собирать игрушки из папье-маше, раскрашивать блюда. Хочу научиться мастерить поделки из соломы: это материал очень солнечный, теплый».

От 18 до 70

– Портреты в этом году, действительно, пользуются у наших подопечных популярностью, – подтвердила Динара Сейдалина, трудоинструктор рудненского Центра и наставник Кирилла. – Не только известных людей изображают, но и образы от увиденного, к примеру, после просмотра кино. Мы не впервые участвуем в этой выставке и каждый раз подбираем новые работы.

Насколько активны сегодня подопечные таких центров в творчестве? И не перехватили ли их внимание соцсети? Работа, как пояснила Динара Куанышевна, идет весь год, и картин, поделок для таких поводов – показать себя – много. Например, в этом году у Абая юбилей, у Дулатова. Педагоги тематически настраивают своих учеников, предлагают варианты, но и их предложения учитывают. А Интернет оборачивают в помощника – находят во всемирной паутине эскизы, разработки, новые техники.

Заметим, среди авторов люди разных возрастов – от 18 до 70 лет и старше. Жанры на этой выставке были представлены в полном спектре творчества – будь то декоративно-прикладное направление или классическая живопись, графика. В их адрес нередко звучит – «с особыми потребностями», «с ограниченными возможностями». Однако посмотрите на эти работы: у авторов возможности безграничны, также, как и фантазия.

Положительные эмоции

Посетители этой выставки сразу же отметили выбор красок, ярких, сочных, создающих позитивное настроение. И образы тоже настраивали на романтический лад. Будь то парусник, летящий по морю на всех парусах. Или белогривая лошадь, которая скачет по бескрайней степи. Или бабочки, выполненные в технике модульного оригами, – подойдешь к ним ближе, и кажется, что они вот-вот вспорхнут…

– Я занимаюсь со взрослыми, раскрываю их творческое начало, – рассказала «КН» Айгуль Султангазина, инструктор по трудотерапии Костанайского областного реабилитационного центра для лиц с инвалидностью. – Ко мне приходят и те, кто уже самостоятельно что-то в творчестве освоил, и те, кто только первые шаги делает.

Особый интерес в последнее время проявляют к войлоковалянию – работа с шерстью. А это развитие и мелкой моторики, и воображения. Плюс положительные результаты на эмоциональном фоне. Это очень важно! Особый интерес, как заметили соцработники, приехавшие на эту встречу со всех уголков Костанайской области, их подопечные стали проявлять к рисованию пластилином в виде аппликации – пластилинография. Плюс работы с фетром, природным материалом – семена, листья, ветки – все на полотно. Также в спросе бисероплетение и относительно новая техника – алмазная вышивка. Что удивило, мужчины увлечены сейчас вязанием из аlize puffy (специальная пряжа) крупными петельками, без спиц и без крючка, только пальцами. «А вот автор этой удивительной красоты маков на картине – Галина Бубликова, мы подали эту работу на областной конкурс, и сейчас ее будут награждать!» – сказала инструктор.

Особый повод

Выставка художников-самородков проходила в рамках Форума «Аялы алакан» («Заботливые руки»), посвященного Дню лиц с инвалидностью и Дню работников системы социальной защиты. Этот проект не первый год объединяет инвалидов и одиноких пенсионеров с теми людьми, для которых соцработник – больше чем профессия. Забота, милосердие, понимание – как основа.

Об этом же в концертном зале Дворца студентов говорил и заместитель акима Костанайской области Берик Танжариков:

– День лиц с инвалидностью – это напоминание о том, что рядом с нами живут люди с особыми потребностями, нуждающиеся в поддержке и помощи. Это особый повод задуматься, как общество может и должно быть по-настоящему инклюзивным, справедливым и внимательным к каждому человеку, независимо от его физических возможностей.

Он также напомнил, что сегодня немало делают для трансформации оказания специальных социальных услуг и повышения статуса соцработника. В нашей области уже 43 организации получили лицензии на оказание спецсоцуслуг. В этом году был разработан и внедрен сервис «Life Helper – Өмір көмекшісі» в мобильном приложении. Его цель – сделать доступными цифровые сервисы для людей с ограниченными возможностями через мобильное приложение Smart Qostanai. В том числе и сервисы, затрагивающие повседневную жизнь этой категории.

Помимо того, в рамках развития функционала приложения планируют в пилотном режиме до конца года запустить два интеллектуальных информационных агента на базе технологий искусственного интеллекта. Они будут предоставлять адаптированную под конкретного человека информацию с учетом группы инвалидности по доступным мерам поддержки.

– Сегодня люди с особыми потребностями доказывают обществу, что они в силах преодолеть многое, – подчеркнул Берик Танжариков. – На Форуме собрались люди с активной жизненной позицией: талантливые художники, поэты, певцы, спортсмены. Ктото осваивает новые профессии, кто-то открывает собственный бизнес. А сколько лиц с инвалидностью работают в образовании, здравоохранении и многих других сферах. Вот и в системе социальной защиты трудятся особенные люди – профессионалы с добрым сердцем, для которых забота о других стала настоящим призванием.

«Мы – лучик света»

В этом году в Костанайской области свой профессиональный праздник отметили четыре тысячи работников и специалистов соцобслуживания. Лучших из них наградили медалями, знаками отличия, грамотами, денежными призами и благодарственными письмами.

Первой на сцену поднялась Татьяна Никитюк, социальный работник отдела занятости и соцпрограмм акимата Аулиекольского района. Ей вручили медаль «Ерен еңбегі үшін» («За трудовое отличие»). Она работает с людьми пожилого возраста в Аулиеколе 31 (!) год. Почему остается верной своей профессии?

– Прежде всего, сочувствие, доброжелательные отношения с подопечными, – ответила Татьяна Николаевна. – Чему-то у них и мы учимся. Они – одинокие люди. Мы для них лучик света. Они сами так говорят. Некоторым ведь даже поговорить не с кем. Дети далеко, родственников поблизости никого… А мы приходим каждый день, стали уже родными!

Сегодня в основном у подопечных аулиекольской сферы соцзащиты газовое отопление. Не нужно возиться с печами: дрова, уголь, зола… Плюс водопровод провели. Так что подопечных у Татьяны Никитюк стало больше – семеро. «Раньше печами занимались, фляги возили. Сейчас намного легче», – отметила соцработник.

Самое главное качество в этой профессии, по мнению Татьяны Николаевны, – это умение сопереживать. Именно сопереживать, а не сочувствовать: «Потому что даже те, у кого инвалидность, стараются где-то что-то сами сделать, ведь это стимул к жизни, стимул двигаться. К ним нужно относиться, прежде всего, как к людям, не как к инвалидам. Он такой же человек, нужно только ему вовремя помочь».

«Лучшая терапия – это семья!»

Кроме того, на Форуме подвели итоги областного и республиканских конкурсов среди лиц с инвалидностью по нескольким номинациям – «Самый успешный социальный проект», «Лучший творец», «Лучший социальный работник», «Лучший социальный педагог», «Лучший работник Центра трудовой мобильности» и т. д. Также наградили инвалидов с активной жизненной позицией, которые своим примером доказывают, что жизнь без границ возможна.

«Серебро» в конкурсе соцпроектов вручили инициативной группе родителей детей с особыми возможностями здоровья. Они представили проект «Бала Бокс». Это цех по производству «Юрт-конструкторов», «Ұршық юла», «Пазлов ою-өрнек» и других развивающих игр в национальном стиле для детей с ментальными нарушениями.

– Мы уже несколько лет занимаемся проектами, направленными в помощь семьям, которые воспитывают детей с аутизмом, – рассказала «КН» руководитель проекта Жупар Дуйсекова. – В этом году создали бизнес-проект для детишек из категории «от 0 до 5 лет». Родители открывают бокс, в Карте развития отмечают то, что умеет ребенок и где у него «западает», мы же в ответ даем авторскую методичку с разными играми, все индивидуально. Эдакие игры, помогающие развивать ребенка. У меня тоже такой ребенок, и мы перепробовали много программ. Но если мама сама заинтересована, значит, и толку больше будет. В этом случае лучший учитель – это мама, а лучшая терапия – это семья!

Примечательно, что первое место в этом конкурсе дали общественному объединению «Федерация паралимпийских видов спорта Костанайской области». Их проект – Открытый Кубок Костанайской области на призы мастера спорта международного класса по паранастольному теннису Дуйсенгали Оспанова – направлен на развитие и популяризацию адаптивного спорта среди лиц с инвалидностью, укрепление их физического и психологического здоровья, а также интеграцию в общество через спортивные достижения.

Опыт показал…

В Костанайском районе воплощают в жизнь крупный инвестиционный проект, который планируют завершить до 2026 года. Новые ветрогенераторы будут выше и мощнее аналогичных конструкций, которые уже установлены и работают в нашей области. Специалисты отмечают, что проект сможет укрепить энергетический потенциал региона.

Наряду с традиционными источниками в стране все больше внимания уделяют возобновляемым источникам энергии (ВИЭ) – ветру, солнцу и газу. По этой теме в последние годы в регионе успешно реализованы крупные проекты. В 2022 году в Костанайском районе была запущена ветроэлектростанция мощностью 50 МВт, построенная компанией «Жел электрик». В 2023 году в окрестностях Аркалыка заработала еще одна ветряная станция мощностью 48 МВт от компании KazWindEnergy.

Целый парк

В ближайшие два года запланировано строительство еще шести таких объектов. В районе Б. Майлина возведут солнечную электростанцию мощностью 22,6 МВт. Инвестор – ТОО «Altyn Solar Energy» уже завершило проектирование и получило положительное экспертное заключение. Стартовало строительство в мае, завершение – в первом квартале 2026 года. Там же, в районе Б. Майлина, компания «ГПЭС «Варваринское» построит газопоршневую электростанцию мощностью 40 МВт. Сдача объекта ожидается во втором квартале будущего года.

В окрестностях Аркалыка компания Aspan Energo начала строительство ветроэлектростанции мощностью 50 МВт. По плану запуск в июне.

Кроме того, в планах возведение ветропарка – 160 ветрогенераторов, которые в общем объеме будут выдавать мощность 1 ГВт. Победитель аукциона по выбору исполнителя проекта – компания TuranWindEnergy.

Это мегапроект в развитии зеленой энергетики. Именно такую оценку дают эксперты новой ветроэлектростанции. 160 генераторов установят в трех районах – Федоровском, Костанайском и Б. Майлина. Общая сумма инвестиций – 900 миллионов долларов. К реализации масштабной идеи подрядчик уже приступил. За 6-7 месяцев планируют смонтировать все турбины. Отличие проекта от всех других в том, что станция сможет аккумулировать энергию с помощью специальных батарей-накопителей.

Погодные условия

Еще два крупных проекта реализуют в Костанайском районе. Компании Mars Wind и Jupiter Wind начали строительство двух ветряных станций общей мощностью 100 МВт. Ввод объектов в строй планируется в конце 2026 года. Побывать на стройплощадке удалось и корреспонденту «КН».

– Мы ставим для себя срок – сдать проект «Марс и Юпитер» уже весной. Наша цель – чем раньше, тем лучше. Также мы хотим презентовать и другой наш проект, который уже на стадии подготовки. Контракт подписали с Министерством энергетики, идет работа с областным акиматом по земельному участку и подключению сети, – рассказал заместитель генерального директора Universal energy Kazakhstan Тамерлан Разбеков.

Контракт, о котором говорит Тамерлан Разбеков, можно именовать «Каинды»: ветростанция мощностью 100 МВт в Ждановском сельском округе (окрестности Рудного). После завершения строительства ее подключат к подстанции Костанай.

– Проекты идут под ключ, полностью за счет компании, это гарантия для государства, что мы без задержки построим и введем в эксплуатацию объект. Если мы вовремя не сделаем работу, то и контракт сгорает, – отметил Тамерлан Разбеков.

Один ветрогенератор специалисты собирают за три дня. Состоит он из трех частей, каждую доставляют на четырех фурах, длина одной лопасти 95 метров, размах 98, общий вес 600 тонн. Один ветрогенератор вырабатывает 6,2 тыс. киловатт в час. Эти установки в два раза выше тех, которые уже работают в регионе. А значит, говорят специалисты, генераторы будут вырабатывать гораздо больше энергии.

Стимул для работы

Почему ранее в стране активно не использовали энергию ветра? Дело в том, что не было механизма стимулирования для инвесторов. Теперь он есть. Последние 15 лет в Казахстане успешно реализуют программу поддержки инвесторов по этому направлению. Минэнергетики разыгрывает аукцион. По его итогам действует гарантия, что в течение 20 лет энергию у компании будет покупать государство.

Отметим, что у Министерства энергетики есть перечень требований для участия в конкурсе – не менее 51% доли компании должно быть у резидента Казахстана.

– Для нас это шикарные условия. Кстати, такие стимуляторы применяют Германия, Америка и так далее. С учетом нынешних аукционов можно сказать, что эта среда стала конкурентной. Хотелось бы, конечно, повыше тариф на элетроэнергию. Но мы не жалуемся. Через 7-8 лет проект окупится, – отметил Тамерлан Разбеков.

Кстати, в последние годы ветроэлектростанции стали строить с накопителем. Для чего? Чтобы сохранить баланс. Такие условия государство стало выставлять в этом году. Из общего количества полученной электроэнергии 30% уходит на хранение. К примеру, утром и вечером потребление электроэнергии в разы больше. Тогда и нужен запас.

В Костанайской области проживает более 800 тысяч человек. Проблема дефицита энергии стоит очень остро. Государство планирует, что реализация всех этих проектов позволит увеличить производство электроэнергии из возобновляемых источников в 10 раз – с нынешних 0,12 до 1,27 ГВт. Это укрепит энергетическую независимость региона, снизит потери при передаче энергии и создаст условия для развития бизнеса.

СПРАВКА «КН»

По мнению экспертов, в Костанайской области благоприятные погодные условия для установки ветряных электростанций, что подтверждает и так называемая Всемирная карта ветров. Это веб-сервис, разработанный Техническим университетом Дании (DTU) и Группой Всемирного банка. Обеспечивает доступ к мировым данным о ветровых ресурсах, помогает разработчикам и политикам принимать обоснованные решения о проектах ветроэнергетики.

Фото автора и Болата САГЫНДЫКА

Рискуют непонятые

– Екатерина Петровна, подростки не обладают достаточным жизненным опытом и проницательностью, чтобы распознать вербовщиков – понять, что контент аккаунта на самом деле противоречит религиозным канонам и содержит деструктивные и экстремистские лозунги. Это ведь бомба замедленного действия для будущего поколения.

– Интернет перестал быть просто средой общения. Он превратился в пространство формирования мировоззрения. Вербовщики это прекрасно понимают и активно используют. По статистике, подростки проводят онлайн до шести-восьми часов в день, и за это время могут столкнуться с контентом, который выглядит безобидно, но содержит элементы идеологической обработки. Причем вовлечение происходит постепенно – человек сам не замечает, как из обычных обсуждений переходит к радикальным идеям и меняет свои взгляды. Поэтому эта проблема по-прежнему актуальна.

– Все ли подростки в зоне риска? Или вербовщики делают мишенью определенные категории молодежи?

– Группа риска есть. Прежде всего, это те, кто чувствует себя непонятым, одиноким или ищет признания. Вербовщики умеют «слышать» такие сигналы. Они активно проявляют внимание, поддерживают, создают иллюзию дружбы и заботы. Так постепенно втягивают в совсем небезобидную среду. Поэтому подростки, которые испытывают эмоциональные трудности или находятся в кризисе самоопределения, особенно уязвимы. И им необходимо со стороны взрослых уделять как можно больше времени, понимания.

Попасться в Сети

– На каких онлайн-площадках вы, как специалист Центра религиозных исследований, чаще всего фиксируете подобную активность?

– Сегодня это, безусловно, социальные сети и мессенджеры – Instagram, Telegram, TikTok. В Instagram и TikTok используется визуальная форма воздействия – короткие видео, мотивирующие цитаты, «истории успеха», часто с искаженным религиозным подтекстом. Telegram – это уже пространство закрытых групп, где идет персональная обработка. Мы также фиксируем попытки контактов через игровые платформы: там создаются сообщества, которые на первых порах не вызывают подозрений.

– Расскажите, подробнее о самих методах вербовки. Как именно происходит вовлечение? На что нужно обращать внимание при общении онлайн?

– Обычно вовлечение, вербовка – это многоэтапный процесс. Сначала происходит сбор информации – вербовщик изучает интересы, круг общения, настроение подростка. Далее начинается установление контакта на нейтральные темы – спорт, музыка, социальные проблемы. Потом следуют комплименты, похвала, формируется ощущение «особенности». Когда доверие установлено, начинается идеологическая обработка – обсуждение религиозных или моральных тем в искаженном, нужном вербовщику ключе. И только потом подростка постепенно изолируют от семьи и друзей. Все выглядит как дружба, но на самом деле – это технологичный процесс манипуляции.

– Екатерина Петровна, манипуляции – это воздействие на психику подростка, которые может использовать в принципе любой человек. Дети манипулируют родителями, и наоборот. Манипуляцию можно разглядеть и не поддаться на провокацию. Используют ли вербовщики профессиональные психотехники, вроде нейролингвистического программирования?

– К сожалению, используют и профессиональные техники. Многие вербовщики обладают базовыми знаниями в области нейролингвистического программирования и трансовых методик. Они умеют подбирать слова, ритм речи, музыку и визуальные образы, которые воздействуют на эмоциональное состояние человека. И это не мистика. Это технология влияния. Именно поэтому работа по противодействию требует участия не только теологов, но и психологов.

Маска, я тебя знаю

– Можно ли по поведению подростка понять, что он находится под влиянием таких групп?

– Да, есть ряд признаков. Например, подросток может становиться замкнутым, раздражительным, резко менять интересы, отказываться от прежних друзей, прежних увлечений. Может измениться речь – появляются специфические термины, выражения религиозного характера, цитаты, вырванные из контекста. Такие изменения – тревожный сигнал для родителей и педагогов.

– Родители могут помочь своему ребенку избежать такого опыта, как вербовка?

– Огромная роль в профилактике религиозного экстремизма среди молодежи принадлежит родителям. Им нужно быть не надзорный и контролирующим органом в своей семье, а доброжелательным и понимающим собеседником. Родители обязаны знать, чем живет их ребенок онлайн, какие у него интересы, с кем он общается. Контроль без доверия не работает. Вербовщики часто пользуются тем, что ребенок боится или стесняется рассказать чтото родителям. Поэтому семья должна быть тем самым безопасным пространством, где можно обсудить любые темы. И эту безопасную среду создают взрослые.

– Какую роль, по вашему мнению, могут сыграть педагоги в профилактике интернет-вербовки? Ведь половину дня ребенок проводит в школе, и происходящие изменения в нем, думаю, не пройдут мимо внимательного учителя.

– Учителя – это первые взрослые вне семьи, кто может заметить изменения. Поэтому важно, чтобы педагоги были информированы, понимали, как распознать тревожные сигналы и куда обратиться. Мы проводим специальные обучающие семинары для учителей, чтобы дать им алгоритм действий: как говорить с учеником, как не оттолкнуть его и при этом вовремя сообщить о рисках.

Знания – сила

– В последнее время часто говорят о важности медиаграмотности. Насколько она действительно помогает в профилактике?

– Это основа. Мы не можем изолировать подростков от Интернета, но можем научить их фильтровать информацию. Понимание того, как работают алгоритмы соцсетей, как создается фейковый контент, помогает не попасться на манипуляции. Мы часто проводим акции и тренинги среди школьников и студентов. Например, «Я знаю, что нельзя: пять простых правил в Интернете». Школьники учатся отличать достоверные источники от фальшивых. Это профилактика в чистом виде, которая идет через осознанность.

– Ваш совет подросткам, чтобы избежать вербовки?

– Во-первых, не стоит искать религиозные знания в Интернете. Сеть полна искаженной информации и людей, которые используют веру, как инструмент манипуляции.

Во-вторых, не надо верить тем, кто обещает простые ответы на сложные вопросы. Мир многогранен, и религия – это, прежде всего, путь к добру, миру и ответственности, а не к агрессии и разделению. Всегда задавайте себе вопрос: кто стоит за словами, которые вы слышите или читаете? Настоящая сила – в умении думать, анализировать и выбирать осознанно, а не слепо следовать чужим убеждениям.

Иллюстрация Logoslab.ru

Завезём и построим

Остается только догадываться, в какой момент настроение жителей этого села было пессимистичнее – то ли в 90-х годах, когда отсюда начали массово уезжать немецкие семьи, составлявшие основную часть населения. То ли когда несколько лет назад руководитель ТОО, созданного на основе мощного колхоза им. Энгельса, начал передавать местные поля другим аграриям, а потом вовсе продавать всю собственность сельхозпредприятия.

Благо, что в этот процесс включился глава крестьянского хозяйства из соседнего села Воскресеновка Александр Павловский, который выкупил имущество, в том числе и молочную ферму с черно-пестрыми коровами. Именно на нее и сделал ставку новый владелец товарищества. И когда корреспонденты «КН» в прошлом году приехали в это село, чтобы рассказать о сложившейся здесь непростой ситуации, («Шишкинское: широкая тропа надежды», «КН» от 22.02.2024 г.), Александр Павловский в беседе с ними подчеркнул, что намерен участвовать в государственной программе по строительству молочно-товарных ферм. Дескать, завезем из Европы племенных телок голштинской породы, для которых построим новый комплекс на 800 голов дойного стада с современным молочным блоком и прочей инфраструктурой.

Невыполнимое условие

К сожалению, эти чаяния Павловского не сбылись: ТОО «Энгельса» не вошло в число тех, кому предоставили льготное кредитование по низкой процентной ставке, чтобы построить новую МТФ, приобрести скот и соответствующее оборудование. Однако это не значит, что Александр Эдуардович отказался от своих планов. Он лишь внес в них некоторые корректировки. Допустим, дойное стадо решил снизить в два раза – до 400 голов, – и начал возводить новую молочно-товарную ферму. На свои деньги.

Недавно мы вновь побывали в селе Шишкинское и увидели, как идет жизнь местной фермы. Да, пока все поголовье КРС, которое сегодня немногим превышает 300 голов (дойных – 120), находится в старых животноводческих помещениях. Их к начавшейся зимовке подремонтировали. Но основной объем строительных работ пришелся на имеющийся бывший четырехрядный коровник, где и стены привели в порядок, и крышу полностью заменили. По сути, с его переустройства и началось создание запланированного нового комплекса МТФ.

– Буквально через несколько дней переведем сюда молодняк, – сказал нам исполнительный директор хозяйства Айдархан Искаков. – Конечно же, временно, только на период нынешней зимы. Потом здесь будет находиться дойное поголовье. А рядом пару месяцев назад мы уже заложили фундамент доильно-молочного блока. Тут будет и доильный зал с оборудованием типа «елочка», и современная лаборатория, и другие нужные помещения.

Действительно, мы увидели контур будущего ДМБ. А сбоку уже складируют металлические конструкции, благодаря которым возведут модульный блок. Эти строительные и монтажные работы ведет подрядная организация из Костаная. По словам исполнительного директора, в принципе потребовалось бы примерно три-четыре месяца для того, чтобы построить и запустить новый молочный комплекс. Но это при условии, если вложить сюда почти сразу 2-2,5 миллиарда тенге. А поскольку такой суммы хозяйство не имеет, то запланированная МТФ откроется попозже.

Хорошая перспектива

– Знаете ли, с новой фермой жители Шишкинского теперь стали связывать свое будущее, – продолжил Айдархан Искаков. – Ведь она дает круглогодичную работу. Да, у нас в селе и по соседству имеются крестьянские хозяйства, но там люди, как правило, трудятся сезонно. И после уборки они оказываются без дела. А на нашей ферме сейчас работают в общей сложности пятнадцать человек: доярки, телятницы, скотники, слесарь, лаборант, механизаторы. Ну а когда заработает новый комплекс, то число работающих дойдет до двух десятков. И это немало, если учесть, что наше село насчитывает лишь около сотни дворов.

В ветаптеку, где мы беседовали, вошел слесарь Сергей Михалишин, который полностью согласился со словами директора. И добавил, что люди тут получают в общем-то неплохую зарплату. В среднем около 300 тысяч тенге в месяц. Не исключено, что кому-то эта сумма покажется низкой. Но только не сельчанам.

Нетрудно понять, что новый молочный комплекс увеличит и производственный потенциал этой фермы, и заработную плату. Хотя тут, конечно же, не обойтись без полного обновления дойного стада. Ведь местные коровы, несмотря на свой черно-пестрый окрас, явно не отличаются высокой продуктивностью. Зато когда их заменят породистые животные, которых, возможно, приобретут не в дальнем зарубежье, а у отечественных племенных хозяйств, то планка надоя на МТФ резко возрастет. Тем более что здесь создают хорошую кормовую базу. Фуража, силоса и сенажа заготавливают с большим запасом. Равно как и сена. Словом, молочное направление этой фермы имеет по-настоящему благоприятную перспективу.

У нас товар – у вас НКТ

Национальный каталог товаров (НКТ) – масштабный государственный проект, разработанный совместно с АО «Казахтелеком». По сути, это единая централизованная цифровая база данных, которая должна вывести на чистую воду весь товарооборот в стране.

Каждому товару, будь то пачка гречки, смартфон или запчасть для автомобиля, присваивается уникальный цифровой код – NTIN. Визуально это выглядит так: на сайте nct.kz размещают электронные карточки с обязательными атрибутами, включающими наименование и бренд, состав и характеристики, страну происхождения, данные о производителе и импортере, единицу измерения и коды классификаторов. Карточки проходят модерацию и становятся доступными для всех участников рынка – производителей, дистрибьюторов, торговых сетей, маркетплейсов и даже кассовых систем. Идея в том, чтобы один раз внести товар в систему и затем просто использовать его NTIN-код везде – при отгрузке, приемке, формировании электронных счетов-фактур (ЭСФ) и получении чека на онлайн-кассе.

Пока НКТ тестируют в пилотном режиме. В числе первопроходцев – крупные торговые сети и электронные площадки. Small и Magnum уже загрузили в систему более тысячи товарных позиций. Тестируют интеграцию с каталогом и маркетплейсы – Ozon, Halyk Market и другие.

Каталожная истина

Как заверяют разработчики, внедрение НКТ выгодно абсолютно всем. Государство получает тотальный контроль над рынком и эффективный инструмент для борьбы с контрафактом. Уникальный код позволяет отследить весь путь товара «от цеха до прилавка», выявляя «серые» схемы и неучтенный оборот. Это, в теории, должно пополнить казну, в частности, за счет НДС. Потребители больше не будут сомневаться в качестве товаров: всю информацию о продукции можно получить в свободном доступе. А для бизнеса – это снижение издержек: больше не нужно по сто раз вручную вбивать информацию об одном и том же товаре в 1С, на маркетплейсах и в своих внутренних системах. Заявлено, что проект ускорит вывод товаров на рынок и упростит экспортно-импортные операции.

Однако с последним представители бизнеса как раз не согласны. О своих опасениях они рассказали на совместном заседании отраслевых советов по вопросам торговли и промышленности в Палате предпринимателей Костанайской области.

Часики тикают

Самая тревожное – это полное неведение со стороны главных участников процесса. А их довольно много – производители, импортеры, реализаторы, в том числе и мелкие ИП, работающие с контрольно-кассовыми машинами.

– Субъекты малого предпринимательства даже не слышали об НКТ, – говорит директор Ассоциации, содействия предпринимательской деятельности Костанайской области Валентина Шмонина. – Если честно, для многих это новость. А времени осталось совсем немного.

И даже меньше, чем думали предприниматели изначально. Как пояснила руководитель проекта НКТ АО «Казахтелеком» Арайлым Нуртаева, уже с 15 ноября в чеках появится NTIN-код. А это сигнал для подготовки кассовых аппаратов.

Заместитель председателя правления АО «Центр электронных финансов» Денис Свирский, курирующий проект, попытался успокоить бизнес, рассказав об уже готовой интеграции с 1С, ЭСФ, ККМ и ОФД, а также о дальнейших планах по внедрению НКТ во все электронные сервисы, доступные участникам рынка торговли. Он призвал предпринимателей начать работу с системой уже сейчас, чтобы избежать аврала, который неизбежно возникнет с наступлением нового года. Но так ли это просто?

– У меня оптовая компания, – говорит директор ТОО «Корд плюс», руководитель сети «Супермаркет ZETRO» Юлия Лапшина. – Ассортимент огромный. Чтобы внести все наименования товаров, мне придется нанимать дополнительных сотрудников, которые будут этим заниматься. И потом, вы говорите о борьбе с теневой экономикой. А не появится ли больше компаний, которые начнут уходить в тень, потому что им невыгодно будет содержать такое количество работников?

Предприниматели вспомнили негативный опыт внедрения сопроводительных накладных на товары (СНТ), когда сервис тормозил и ставил в тупик даже опытных бухгалтеров. В техническом плане НКТ тоже может создать немало проблем, особенно если предприниматели массово ринутся регистрировать товары в одно время. Вопрос не в том, нужна ли вообще цифровизация товарооборота: она неизбежна. Вопрос в том, насколько гибко и взвешенно государство подойдет к ее внедрению: сможет ли оно не только обязать, но и реально помочь бизнесу пережить этот сложный переход без существенных потерь?

Как оцифровать килограмм сахара?

На встрече с разработчиками платформы прозвучало много вопросов от предпринимателей, на которые отвечали представители проекта НКТ АО «Казахтелеком». Публикуем те, что больше всего волнуют бизнес.

– Нужно ли вносить в систему каждый отдельный пакет сахара или другой сыпучей продукции, если они продаются как самостоятельные товары?

– Нет, не нужно. Если товар зарегистрирован (например, килограмм сахара от определенного производителя), то это один NTIN. Тот факт, что его продают в разных магазинах или он имеет весовую характеристику, не делает каждый пакет отдельным товаром.

– Как быть супермаркетам с подарочными наборами, которые они сами формируют из товаров разных производителей?

– Такой подарочный набор необходимо зарегистрировать в реестре как новую позицию. Для него будет создан один групповой NTIN, который позволит сканировать весь набор одним штрих-кодом. При этом у каждого товара внутри набора будет свой индивидуальный NTIN.

– Получается, с 1 января все супермаркеты в стране закроются, чтобы внести в базу весь ассортимент? Или это нужно сделать заранее?

– Магазинам рекомендуется уже сейчас передать свою номенклатуру в НКТ по определенному шаблону, чтобы до 1 января получить готовые NTIN и внести их в товаро-учетную систему.

– Какие штрафные санкции грозят компаниям, которые не успеют внести товары в каталог?

– На сегодняшний день конкретные штрафные санкции еще не определены. Мало того, на случай ошибок или наличия незарегистрированного товара на складе предусмотрен временный код XTIN. НКТ выдает этот код, чтобы торговля не останавливалась. Данные по XTIN собирают в течение месяца, после чего налогоплательщику приходит уведомление с требованием в обязательном порядке зарегистрировать эти товары и получить на них постоянные коды.

– Распространяются ли новые требования на товары, которые были ввезены в страну до 1 января 2026 года?

– Да, распространяются. Хотя обязанность по регистрации изначально лежит на производителе или импортере, товары, уже находящиеся в обороте, регистрировать придется ретейлерам (продавцам).

– Сколько времени занимает регистрация, если у компании, например, 20 тысяч товарных позиций?

– Стандартный срок модерации одной карточки – три дня. Однако из-за большого наплыва заявок в настоящее время обработка может занять больше времени. Задача – максимально наполнить систему до 1 января, чтобы смягчить переходный период.

Коллаж Марии ДАВЫДОВОЙ

Сэкономил

Автомобильная очередь на железнодорожном переезде – это, согласитесь, то еще удовольствие. Ведь иногда приходится стоять не по несколько минут, а гораздо дольше. И тогда даже у тех, кто особо не торопится, длительное ожидание начинает невольно вызывать раздражение и негодование: мол, сколько же это будет продолжаться! Да, эмоции очень негативные. Но стоит ли снимать их путем грубого нарушения ПДД?

Вопрос неслучайный. Дело в том, что на днях мне пришлось оказаться в такой очереди в областном центре. Это когда свернул с улицы Камшат Доненбаевой на улицу Перонную, чтобы проехать под мостом ПЧСТР и тем самым сэкономить время, объехав автопробки, которые здесь часто образуются в час пик. Ага, сэкономил! Ведь я, к сожалению, почему-то не вспомнил о тамошнем железнодорожном переезде. Он-то и преподнес мне горькое разочарование, потому что увидел мигаюший красным сигнал светофора (шлагбаума там нет). И мой автомобиль стал то ли пятым, то ли шестым в уже появившейся очереди.

Поскольку здесь уже приходилось, что называется, куковать, то настроил себя на долгое ожидание – минут на 10, а то и на все 15. Но вот они миновали, а железнодорожного состава и близко не было. Погода в тот день стояла сравнительно теплая, боковые стекла в некоторых машинах опустили, и поэтому можно было слышать гневные комментарии соседних водителей. Один из них стал даже рассуждать о настоящем беспределе диспетчеров железнодорожной станции, которые, по его мнению, чересчур рано включили красный сигнал светофора на переезде.

«Смелые»

Прошло еще минут пять-семь. В боковом зеркале было видно, что сзади несколько машин выехали из очереди, развернулись и отправились назад. А что, мелькнула мысль, может, действительно, так и сделать? И тут услышал приближающийся рев проржавевшего глушителя: слева промелькнула старенькая «девятка» из нашего ряда. Ее водитель не выдержал ожидания, выехал на встречную полосу движения, лихо пролетел железнодорожные пути и ушел дальше.

Замечу, что этот переезд находится довольно высоко по отношению к дорожному полотну. Поэтому только стоящие близко к светофору водители хорошо видят машины встречной полосы. А этот лихач издалека летел на авось. И если бы навстречу ему попался такой же, как и он, мягко говоря, глупец, то не исключено, что они «поцеловались» бы прямо на рельсах.

Пока я мысленно вертел пальцем у виска, водители парочки кроссоверов, стоящих передо мной, заразились дурным примером. Они тоже выехали на встречку и пошли на «красный». А потом уже навстречу проехала машина. Еще одна. Еще. И вот снова из нашего ряда уходит вперед водитель. Блин, ребята, что вы делаете?! Ведь уже прошло много времени и поэтому здравый смысл подсказывает, что вот-вот пойдет железнодорожный состав!

Судя по всему, к такому выводу пришли остальные автомобилисты. На «красный» перестали ехать. А вот долгожданный гудок локомотива. И наконец-то перед нами пошли десятки вагонов очень длинного грузового поезда. Трудно сказать, какой в тот раз была очередь за мной, поскольку она примерно через 200 метров уходила на улицу Камшат Доненбаевой. Зато когда пересек железнодорожные пути, то увидел, что навстречу двигается минимум полукилометровая автомобильная «змейка».

Главный – автоматика

Да, конечно, этот случай в очередной раз продемонстрировал, что порой водителям приходится очень долго стоять перед ж/д переездами. Но можно ли говорить о неправильных действиях диспетчеров станции? Однозначно – нет. А все потому, что светофоры на железнодорожных переездах без шлагбаумов в Казахстане, равно как и в других странах, автоматически включаются на время, достаточное для проезда приближающегося поезда. Причем нет фиксированного времени, например, в минутах. Здесь все зависит от безопасного проезда поезда. И если он маневрирует, то время ожидания сравнительно увеличивается. Как, допустим, в вышерассказанном случае.

Вот тут нужно иметь в виду, что мигающие красные огни железнодорожного светофора сигнализируют водителям о категорическом запрете движения. И этот сигнал может выключаться только после того, как проехал поезд. А те, кто считает, что процессом рулит человек, который переборщил со временем, глубоко ошибается. И, конечно же, невозможно, дергать светофор, чтобы сократить очередь из автомобилей. Даже глупо об этом думать. Функцию регулирования движением, для тех, кто не в курсе, выполняет бесстрастная автоматика, лишенная человеческих эмоций.

Штраф, а потом – лишение

А теперь о тех, кто на глазах десятков других водителей пересек этот железнодорожный переезд на красный сигнал светофора. На этот счет в Кодексе РК об административных правонарушениях есть статья 607. И в ней сказано, что выезд на железнодорожный переезд при закрытом или закрывающемся шлагбауме либо при запрещающем сигнале светофора влечет штраф в размере двадцати месячных расчетных показателей, что составляет в 2025 году сумму в 78640 тенге. А за повторное нарушение в течение года предусмотрено лишение прав на срок шесть месяцев.

И еще, как сообщили в АО «НК «Қазақстан темір жолы», за последние пять лет на железнодорожных переездах зафиксировано 124 ДТП, из них 16 – за восемь месяцев 2025 года. Основная причина аварий – спешка водителей и игнорирование правил проезда. Для повышения безопасности устанавливают камеры видеонаблюдения, что уже позволило снизить аварийность на отдельных участках в несколько раз. Но, как видим, эти меры далеко не всегда способствуют безопасности на железнодорожных переездах.