За закрытой дверью

В редакцию «КН» обратились жильцы дома №4 Уральского переулка в Костанае. История печальная – умерла одинокая пожилая соседка, пролежала в квартире несколько суток. Жильцы забили тревогу, когда почувствовали характерный запах и заметили, что у нее не горит свет. Сотрудники ДЧС вскрыли дверь и вынесли тело.

– Запах остался очень тяжелый, он пропитал стены, дышать дома можно только с открытыми настежь окнами, – говорит жительница дома Айсулу Сабирова. – В подъезде тоже окна всегда открыты. Но по ночам уже холодно… У меня ребенок, ее тошнило, голова сильно болела. Кому ни звонила – участковый говорит, что не знает, что делать. В санэпидназоре ответили: нанимайте частный клининг. А в клининговой компании назвали сумму от 150 тысяч тенге. У нас таких денег нет, да и зайти в чужую квартиру юридически не имеем права. Подъезд мы отмыли и продезинфицировали своими силами, насколько это было возможно.

В ПКСК «Стим», обслуживающем этот дом, разводят руками: полномочий вскрывать частное жилище и наводить там порядок у них нет. По закону войти туда могут либо близкие родственники, принявшие наследство, либо официальные уполномоченные лица по решению суда. Но родственников на горизонте не оказалось.

– Я лично знала пенсионерку, потому что сама жила в том доме много лет, – говорит председатель ПКСК «Стим» Анна Ибраева. – Она была одинока, работала детским терапевтом, жила замкнуто. В последнее время сидела без воды: кран потек – она просто перекрыла воду, говорила, вся пенсия уходит на лекарства, средств нет. Мы отправляли ей сантехника. В квартире была антисанитария, смеситель был перевязан тряпкой. Я предлагала ей найти человека, который нуждается в жилье, чтобы официально оформить договор с уходом за ней взамен на квартиру, но она категорически отказывалась. Со слов соседей знаю, что у пенсионерки были родственники в дальнем зарубежье, но она с ними не общалась.

Получив отказы во всех инстанциях, жильцы написали обращение акиму Костаная. «Понятное дело, что они к нам не придут и не уберут, но в такой ситуации остается надеяться только на власть», – разводит руками Айсулу Сабирова. И обращение сработало – сотрудники отдела жилищных отношений пообещали приехать и решить вопрос с очисткой и обработкой квадратных метров.

Дефицит полномочий

Однако это, скорее, редкое исключение. Большинство горожан в аналогичных ситуациях бьются лбом о глухую стену годами.

В доме №88 по проспекту Аль-Фараби жильцы первого подъезда не могут договориться с пенсионеркой, которая устроила нашествие насекомых. Тараканы мигрируют в соседние квартиры, жильцы их травят, но безуспешно: нужно обработать все помещения. Сама женщина выходит из дома крайне редко, дверь никому не открывает. По словам жильцов дома, ухаживают за ней дальние родственники, которые живут отдельно и настаивают, что у бабушки порядок, а насекомые якобы ползут не из ее квартиры. Участкового внутрь не пускают, председатель ОСИ тонет в жалобах, но рычагов влияния не имеет.

И это не единичный случай. Есть несколько адресов в городе, где проживают люди с так называемым синдромом Плюшкина, – психическим расстройством, при котором квартира превращается в склад мусора, коробок, старых вещей со свалок. Год назад эту проблему уже выносили на обсуждение аппаратного совещания в акимате Костаная. Выхода не нашли. Полицейские уверяют, что само по себе состояние квартиры не является правонарушением – нужны материалы от санэпидконтроля. Сотрудники санэпидконтроля говорят, что жилые квартиры не подлежат обследованию даже при наличии заявления, обращения уходят в полицию и местный исполнительный орган. А отдел жилищных отношений отправляет в … санэпидслужбу. Медики психиатрического профиля тоже ничем помочь не могут – социально опасными таких граждан не признают, оснований для принудительной изоляции или терапии нет. В общем, замкнутый круг.

Что делать?

Как говорит костанайский адвокат Эльмира Санкаева, здесь сталкиваются два базовых юридических принципа – конституционной неприкосновенности жилища и права людей на санитарное благополучие:

– То, что квартира находится в частной собственности, не означает, что собственник может использовать ее таким образом, чтобы нарушать права соседей. Согласно п. 4 ст. 188 Гражданского кодекса РК, осуществление собственником своих правомочий «не должно нарушать прав и охраняемых законом интересов других лиц и государства». Эта же статья прямо пре дусматривает: «Собственник обязан принимать меры, предотвращающие ущерб здоровью граждан и окружающей среде, который может быть нанесен при осуществлении его прав».

Но правовой маятник качается и в обратную сторону. Согласно ст. 25 Конституции РК, жилище неприкосновенно, а проникновение в него допускается строго в случаях и порядке, установленных законом. Ни соседи по площадке, ни председатель ОСИ, ни участковый инспектор не имеют юридического права взламывать замок или заходить внутрь только на основании устных или письменных жалоб на запах и насекомых. Попытка силового решения автоматически переводит граждан из разряда потерпевших в фигурантов дела о самоуправстве или нарушении неприкосновенности частной жизни.

Так что делать в такой ситуации жильцам? Первым делом официально зафиксировать последствия: наличие тараканов в подъезде и соседних квартирах, запах, загрязнение мест общего пользования, составить акт с участием ОСИ или управляющего домом, сделать фото и видео. После этого следует обратиться с коллективным заявлением в территориальное подразделение санитарноэпидемиологического контроля. По словам адвоката, ст. 36 Кодекса РК «О здоровье народа и системе здравоохранения» предусматривает государственный санитарноэпидемиологический контроль и надзор, направленный на предупреждение, выявление, пресечение и устранение нарушений законодательства в сфере санитарноэпидемиологического благополучия населения. А если собственник наотрез отказывается устранять нарушения, остается одна дорога – в суд.

Стена непонимания

Сложнее всего в таких историях – признать очевидное. Системы охраны порядка, санитарного контроля и социальной поддержки заточены под нормальность. Пока человек на виду – платит коммуналку, выходит за хлебом, хотя бы изредка отвечает на стук в дверь, – механика государства работает исправно. Но стоит ему по какой-то причине выпасть из социума, как он остается один на один с собой в четырех стенах.

Синдром Плюшкина или силлогомания – официальный диагноз в психиатрии, где большую роль играет изоляция. Раньше оторванность от мира компенсировали соцработники, обходы участковых педиатров и участковых милиционеров, знавших каждый подъезд наизусть. Сегодня соседи разобщены так сильно, что годы жизни в одном доме проходят без единого «здравствуйте». К сожалению, у нас нет института социального патронажа уязвимых одиночек. Государство зачастую включается тогда, когда уже слишком поздно.

Есть вопрос

Жителя областного центра Геннадия Григоренко однозначно можно отнести к категории настоящих знатоков наших отечественных правил дорожного движения. В свое время он работал преподавателем в автошколе. По сей день следит за всеми изменениями и дополнениями, которые практически ежегодно вносят в ПДД РК. Так что ему видны проблемы, касающиеся организации безопасности дорожного движения. С одной из них Геннадий Павлович недавно пришел в редакцию «КН». Речь пошла о дорожных знаках с желтым фоном.

Тут надо сказать, что с 2015 года в Казахстане во время ремонта на дорогах стали массово устанавливать временные желтые дорожные знаки. И это озадачило многих водителей. Ведь таких знаков вообще нет в ПДД РК. Поэтому некоторые автомобилисты стали в позу, мол, не стоит обращать внимание на «желтых»: это самодеятельность, наказания не последует. Другие, знающие, принимая во внимание, что речь все-таки идет о безопасности жизни, не были столь категоричны. Соблюдали требования временных знаков.

Тогда возникшую ситуацию начали комментировать полицейские. Они ссылались на национальный стандарт СТ РК 1412-2017 «Технические средства регулирования дорожного движения. Правила применения», где говорится о желтых знаках. Плюс цитировали стандарт СТ РК 2607-2015 «Технические средства организации движения в местах производства дорожных работ», согласно которому начали применять данные дорожные знаки с желтым фоном. И полицейские подчеркивали, что водители однозначно должны руководствоваться требованиями знаков на желтом фоне.

– Ситуация сложилась парадоксальная, – заметил Геннадий Павлович. – С одной стороны, временные дорожные знаки с желтым фоном действительно существуют в национальном стандарте. И в то же время их нет в правилах дорожного движения, которыми руководствуются водители. Такой расклад, естественно, – благодатная почва для возникновения спорных ситуаций между теми, кто за рулем и стражами порядка. Так почему бы просто не ввести знаки в ПДД РК и не закрыть тем самым вопрос? Узаконьте, что мешает?

Спорный случай

Между прочим, о необходимости включить желтые знаки в ПДД стали говорить и сами полицейские. Еще в 2019 году в МВД РК сообщили, что уже подготовили поправки в Правила, касающиеся именно временных знаков с желтым фоном.

Сообщили и… ничего в этом плане не изменилось. То есть данные знаки существовали только в стандарте, но не в ПДД. Неудивительно, что столь непонятная картина продолжала волновать автомобилистов. Причем ее стали комментировать даже юристы с учеными степенями. Один из них, профессор, кандидат юридических наук верно сказал, что стандартами руководствуются те лица, которые организуют безопасность дорожного движения в местах проведения дорожных работ. Но не водители, для которых главный закон – правила дорожного движения. А раз так, то и знаки желтого цвета, по сути, являются информационно-указательными, то есть они носят, скорее, рекомендательный характер. И следуя такой логике их применения все тот же знак 3.24 «Ограничение максимальной скорости», но нанесенный на желтый фон, является рекомендующим оптимальную скорость движения. У водителя, получается, есть право выбора: хочет – снижает скорость до рекомендуемой, не хочет – продолжает жать на газ.

Поправки, да не те

Согласитесь, такие обстоятельства не назовешь смешными. И хорошо, что люди неравнодушные, как, например, Геннадий Григоренко, стремятся к решению этой проблемы, вплоть до очередного запроса в столицу, к депутатам. После беседы с читателем ведущий «Дорожной практики» подключился к теме, чтобы выяснить, когда же, наконец, желтые знаки внесут в правила дорожного движения Казахстана.

Ну как не попробовать спросить по этому поводу ИИ. И «эксперт» выдал, что знаки с желтым фоном, оказывается, были внесены в ПДД РК еще в 2024 году. Да не может быть! Так, быстренько открываем этот год и видим, что с 6 мая 2024 года начал действовать приказ МВД РК, который внес ряд изменений в правила дорожного движения. Причем были обозначены довольно важные моменты. Наверняка многие водители помнят, о чем речь. А речь в том числе о правилах разъезда транспортных средств встречного направления с правой стороны при повороте налево на перекрестках. А еще в ПДД четко обозначили, что поворот транспортных средств должен осуществляться по полосе, соответствующей занимаемой при начале маневра.

Но вернемся к нашей теме. А нам нужны новые знаки. Да, таковые имеются. Но касаются они лишь движения мотоциклов, велосипедов и электросамокатов. Плюс ввели новый вид дорожной разметки и знак «Диа гональный пешеходный переход». Зато ни одного слова о временных дорожных знаках с желтым фоном. Да, искусственный интеллект ошибся.

Наконец-то!

Продолжаем «копать» дальше. В итоге находим-таки нужные дорожные знаки в правилах дорожного движения. Сначала в брошюре «ПДД РК. Наглядно и понятно. 2026», выпущенной костанайской автошколой «Водитель АВС». Заметим, что директор этой автошколы Юрий Кузнецов напечатал уже шестое такое издание с авторскими комментариями и иллюстрациями, которое здорово помогает и новичкам, и опытным водителям разобраться в нюансах действующих правил.

Так вот, на стр. 88 «ПДД РК. Наглядно и понятно. 2026» имеется желтый знак (аж два). Эту информацию сопровождает текст-пояснение, что такие дорожные знаки – временные, – применяются в местах проведения дорожных работ, указаны в национальном стандарте СТ РК 1412-2017. А дальше в авторском комментарии значится, что желтые знаки предусмотрены стандартом СТ РК 2607- 2025, но в ПДД их еще нет.

Но не теряем надежды. Штудируем на всякий случай электронную версию правил дорожного движения 2026. Пусть даже не встречали официальных сообщений о внесении в них того, что ищем. И вот! Раздел «Дорожные знаки» содержит-таки пункт «Временные знаки». Их 27: 11 – предупреждающих, 1 – знак приоритета и 15 – запрещающих. Плюс разъяснение «временные дорожные знаки, применяемые в местах производства дорожных работ и временного изменения направления движения, выполняют на желтом фоне с использованием световозвращающего материала».

То есть получается, что временные дорожные знаки с желтым фоном в этом году наконецто ввели в казахстанские ПДД. Правда, увидеть их в бумажном варианте не удалось. А почему их нет в печатном издании, которое выпустила нынешней весной костанайская автошкола, легко понять. Ведь в электронном варианте этих правил 2026 года сказано, что это «Актуальная редакция с учетом изменений и дополнений, внесенных приказом МВД РК от 27 апреля 2026 года №305». А брошюра «ПДД РК. Наглядно и понятно. 2026» была издана Юрием Кузнецовым раньше.

А вот о том, что мешало внести знаки в правила раньше, остается только догадываться. Официальный комментарий вряд ли последует. Будем рады ошибаться.

Временно, но в приоритете

Временные дорожные знаки на особом (желтом или оранжевом) фоне применяются во многих странах мира, подписавших Венскую конвенцию о дорожных знаках и сигналах, а также в государствах, использующих американскую систему стандартизации.

Страны с желтым или оранжевым фоном временных знаков – это Казахстан, Россия, Беларусь и другие страны СНГ. Их используют в местах дорожных работ. Они имеют приоритет перед постоянными знаками.

Также в списке страны Европы – Франция, Польша, Швеция, Финляндия, Литва, Италия, Молдова и др., которые тоже используют желтый или оранжевый фон дорожных знаков для обозначения временных условий, дорожных работ и объездов.

В Швециии исторически используют желтый фон для большинства предупреждающих и запрещающих знаков постоянно (для улучшения видимости), но также применяют его и для дорожных работ.

В США, Канаде и Австралии, согласно стандарту MUTCD, предупреждающие знаки в целом имеют желтый фон. Временные – для строительных и ремонтных зон на дороге – ярко-оранжевый.

В центре внимания – человек

Второй ИТФ от АО «ССГПО» закрепил прошлогодний успех и официально стал традицией компании. На площадке корпоративного университета собрались 93 человека трех поколений – опытные инженеры, молодые рационализаторы и студенты Рудненского индустриального университета и профильных колледжей Костанайской области. География широкая: «хозяева» форума ССГПО, сотрудники «Качары руда», ERG Service и КБРУ (АО «Алюминий Казахстана»). И поскольку 2026-й в ERG объявлен Годом безопасности, в центре внимания не цифры и показатели, а человек.

– Наша задача – услышать обратную связь, предложения от людей, которые работают на местах, – выступил на открытии форума генеральный директор АО «ССГПО» Сергей Кузьменко. – Есть два понятия – человеческий ресурс и человеческий капитал. Они отличаются, но друг без друга жить не могут. Капитал надо сохранять, ресурс – использовать. Но если нет сохраненного капитала, использовать будет нечего. Поэтому безопасность на производстве – главная тема на сегодня. А ваша задача – слушать коллег и вникать. Возможно, чей-то проект натолкнет вас на свою идею, вы сможете ее развить и применить уже на своем участке.

Пути решения

В секции «Лучшая идея по автоматизации производства и инновациям» проект защищает инженер по планированию ремонтов железнодорожного цеха АО «ССГПО» Талгат Баймухамбетов. Описание проблемы звучит как задача из учебника. На рудненской площадке 364 километра путей и 19 мастеров, на каждого – по 19 километров стальной геометрии, которые приходится преодолевать пешком. Микродеформации накапливаются незаметно. Итог – около десятка сходов техники по причине неисправности пути. Экономически такие аварии – железо, простой, сбитая логистика – выливаются примерно в 50 миллионов тенге дополнительных расходов в год. Талгат Баймухамбетов предлагает отложить рулетку и заставить работать сам… локомотив:

– Решение такое – установить лазерные профилометры на локомотивы или маневровые тепловозы. Тяговый агрегат просто едет по своим делам и заодно непрерывно замеряет ширину и профиль колеи, пересылая данные на планшет мастера. Мастер видит точную картину на своем участке и идет не в «слепой обход», а на точечную замену конкретной шпалы.

Эффект не только экономический, но и вполне человеческий. Меньше часов на открытом перегоне – меньше риска попасть в зону повышенной опасности. Техника делает ровно то, для чего создана – собирает цифру там, где раньше шел человек.

– Идея простая на самом деле, но очень эффективная, – оценило жюри

Алюминиевая мысль

Проект начальника ремонтно-механического цеха КБРУ Руслана Нурманова родился из задачи, которую поставил сам прогресс. На предприятии обновляют автопарк, на смену старой технике приходят большегрузные самосвалы Caterpillar, Komatsu и погрузчики Hitachi. Их системы охлаждения сделаны из алюминия, а не из привычной меди или латуни. Когда такой радиатор выходит из строя, покупка нового обходится в миллионы, а логистика может и подвести.

– Мы пошли по простому пути: изучили варианты в интернете, нашли технологию диметного газодинамического напыления в Татарстане и убедили руководство закупить аппарат, – объясняет участник секции «Лучшая идея с экономическим эффектом» Руслан Нурманов.

Суть технологии можно сравнить с высокоточным «шпатлеванием» металла: специальный пистолет под давлением и при высокой температуре наносит сверхтонкий слой металлического порошка на поврежденное место, береж но «залечивая» микротрещины.

– Оборудование недорогое, освоили его по видеосвязи с разработчиками уже на 95%, – рассказывает Руслан. – Теперь мы самостоятельно восстанавливаем радиаторы для всего парка КБРУ, экономя гигантские средства. Главное – не бояться брать новые технологии на вооружение и внедрять их постепенно.

Egov для трактора

В секции «Лучшая идея в сфере цифровизации и искусственного интеллекта» Дмитрий Калабугин из транспортного цеха АО «ССГПО» презентует цифровые паспорты техники. Пилот уже обкатали на тракторах К-701. Цель – масштабировать на тяжелые самосвалы, бульдозеры, а в перспективе зайти на фабричные участки, где счет агрегатам идет на сотни.

Идею Дмитрия Калабугина можно наглядно оценить тут же, в аудитории. Стоит навести телефон на QR-код, как экран смартфона открывает аналог Egov для тяжелой техники. На стартовой странице паспортные данные – модель, цех, участок, гаражный номер, тип техники, фамилии ответственных и прямые телефонные контакты. Четыре вкладки закрывают любые вопросы по машине: памятка по охране труда с техникой безопасности, регламент ТО с исчерпывающим списком фильтров и точным литражом масел и карта смазочных материалов.

– Приведу простой пример, – объясняет Дмитрий Калабугин. – Проводили ТО, новички из ремонтной бригады растерялись, не зная точный объем масла для заливки. Подсказали отсканировать QR-код – на экране сразу всплыла полная карта по компонентам. Смысл в создании единого цифрового пространства по каждой машине. Это эффективный инструмент и для рабочего на месте, и для механика, и для мастера, и для руководителя.

Цифровой паспорт планируют связать с корпоративной IT-архитектурой, BTS-системой, дэшбордами и лентой простоев в приложении qollab, которую еще только собираются запускать. Чтобы в один клик отслеживать не только регламент, но и реальное время нахождения машины в простое с причинно-следственной аналитикой.

– Вам бы объединиться с автором первого проекта по цифровизации диагностики и ремонта, – советуют члены жюри.

Дмитрий кивает: технически это решаемо – оба проекта вышли из одного транспортного цеха, их легко замкнуть в одну цепь.

Экзоскелеты на железной дороге

В секции «Лучшая идея по рациональной организации рабочих мест» участники делятся опытом внедрения принципа 5S. Концепция родом из Японии, ее придумали на заводах Toyota, чтобы не тратить драгоценные секунды на поиски нужного ключа или гайки. Сортируй, соблюдай порядок, содержи в чистоте, стандартизируй и бесконечно улучшай – классика, которая с годами не теряет актуальности.

Сотрудник железнодорожного цеха АО «ССГПО» Николай Зямзин показывает, как японская философия приземляется на рудненское железо. В цеху разместили двуязычные таблички, стандарты «отполировали» с помощью ИИ, подсветили фасады для тех, чья смена начинается и заканчивается затемно.

– Мы поставили задачу не просто навести порядок, а закрепить его и идти дальше в малую механизацию, – объясняет Николай Зямзин. – Смотрим в сторону промышленных экзоскелетов, которые используют в России, на РЖД. Цена вопроса – от 100 до 300 тысяч рублей. Аккумуляторов нет, только эластомеры и упругие вставки. Наклоняешься за тяжелой накладкой или деталью, а каркас берет на себя 40– 60% нагрузки со спины. Человек меньше устает к концу смены, нет риска сорвать поясницу.

На перспектив

Секция по охране труда и промышленной безопасности собрала разный калибр решений – от аудита сменных пятиминуток и экспертизы промбезопасности до умных инвентаризаторов регламентов. Здесь мысль работает сразу в двух измерениях – надежность техники и живая реакция человека, находящегося в зоне риска.

Василий Лукьянов из ЦРПО АО «ССГПО» зашел с предложением оснастить крановое оборудование Global-проектором и громкоговорителем. Простыми словами, под мостовым краном организуют светящийся и «говорящий» коридор безопасности. Стержневые мельницы с дробилками глушат децибелами любой оклик. Проектор же рисует на полу яркий световой контур прямо под грузом, сирена задает тон, а речевой информатор проговаривает предупреждение. Граница опасной точки становится физически заметной глазу и уху.

Не менее интересные идеи привезла на форум молодежь – жюри здесь же, в зале, примечало ребят на кадровую перспективу. Анастасия Горобец, например, предложила создать ИИ-помощника для формирования квартальной отчетности компании.

– Нет ли риска, что нейросеть заберет работу у живого человека? – интересуемся.

– Нет, без человека он не работает, – объясняет студентка. – Но зато может избавить бухгалтеров от рутины. Сбор данных и сверка ложится на ИИ, который экономит время и нервы сотрудников.

Студент четвертого курса Виталий Киселев презентовал наработки по модернизации откачки воды из Сарбайского карьера, которые лягут в основу его дипломной работы.

– Есть еще несколько технических вопросов, но мы с моим научным руководителем Сергеем Львовичем Кузьминым сейчас над ними работаем, – говорит Виталий. – Плюс таких мероприятий в том, что здесь сразу можно получить ответы на вопросы от практиков. Теперь я знаю, в каком направлении двигаться.

Проигравших нет

Финал форума получился эмоциональным. Творческим подарком для участников стала постановка Рудненского музыкального колледжа «Цена одной ошибки». Гостям напомнили простую истину – техника безопасности существует не для отчетов, а для того, чтобы смена всегда завершалась возвращением домой.

Награждая победителей, члены жюри признались, что судить было непросто.

– Мы с коллегами очень жарко дискутировали, потому что все проекты были достойными, – отметил директор по охране труда и промышленной безопасности группы ERG Алимхан Ерходжаев. – Если бы можно было, мы бы дали два первых места.

Как подытожил гендиректор АО «ССГПО» Сергей Кузьменко, проигравших в ИТФ нет. Каждая живая мысль здесь получает зеленый свет и находит дорогу на производство. Конвейер идей работает.

Изнанка красной ленточки

Регион сегодня накачивают туристической инфраструктурой так активно, что это заметно невооруженным глазом – тут и там кипят стройки, растут красивые высотные здания и загородные домики. Список инвестпроектов за последние два года впечатляет: в Рудном реконструировали апарт-отель ABYROY, в Алтынсаринском районе открыли зону отдыха Green house, в Аркалыке на финише реконструкция гостиничного комплекса «Риза», который разместился в здании бывшего автовокзала, и новый кемпинг. В Амангельдинском районе завершают финальную, четвертую очередь большого туркомплекса, в Денисовском строят круглогодичную базу «Шанырак», а в Костанае недавно распахнули двери гостиница Air Kostanay Hotel и обновленный аквапарк «Осьминог». На стадии строительства три отеля-тяжеловеса мировой индустрии: Marriott на 142 номера, Novotel на 120 номеров и Holiday Inn на 150 номеров.

Мы видим, как торжественно перерезают ленточки на новых объектах, но не видим их изнанки – реальных условий, в которых бизнесу приходится добиваться результата. О том, как «продать» Костанайскую область туристам и чего это стоит местным предпринимателям, говорили на встрече с заместителем председателя правления НПП РК «Атамекен» Женисом Тайшытаевым.

– На территории нашей области запланировано строительство акватермального парка «Баден-Баден» стоимостью примерно 3,5 млрд тенге, – выступил замруководителя Управления предпринимательства и индустриально-инновационного развития акимата Костанайской области Талгат Саламатов.

– Инвестор в декабре 2024 года заключил договор долгосрочного землепользования, разработал эскизный проект, который согласовали в Минэкологии. Но дальше возникли сложности: вывести этот участок из категории лесного фонда не получается. В июле вступили в силу изменения в Лесной кодекс, согласно которым изъятие земель под инвестпроекты допускается при вложениях не менее двухмиллионнократного размера МРП, а это примерно 8,5 млрд тенге. По участку проделана большая работа, но вопрос застопорился.

Схожие барьеры тормозят не только гигантские стройки, но и малый бизнес, для которого ключевой головной болью остаются деньги. После прошлогодних изменений ставку льготного кредитования задрали до 12,6%: для низкомаржинального туризма неподъемная цифра. Предприниматели не раз говорили на всех уровнях: отрасли нужна своя, отдельная программа.

Другой тупик – обещанное финансирование через СПК. Поручение запустить механизм дали еще в начале прошлого года, но до сих пор ни правил, ни сроков, ни понятных ставок. Неопределенность не только пугает бизнесменов, но и ставит под коррупционный удар СПК «Тобол». При этом наглядный пример решения проблемы есть. Как сообщил Талгат Саламатов, для аграрного сектора Минсельхоз все четко расписал еще в 2023 году.

А вдоль дороги…

Если театр начинается с вешалки, то внутренний туризм… с туалетов. Эту деликатную проблему поднимали уже не раз, и перед иностранными группами порой откровенно стыдно. О какой туристической привлекательности региона может идти речь, если элементарные санитарные остановки – не базовый минимум, а роскошь?

– До Наурзумского заповедника 234 километра пути, – поделилась наболевшим руководитель Центра образования и туризма «Bestkz» Гульмира Капенова. – Когда везу туристов, иногда на ходу звоню в Караменды, в районный отдел предпринимательства, и прошу: «Девочки, смотайтесь, посмотрите, чисто в туалете на трассе? Повезло дозвониться, и проблему быстро решили? – останавливаемся. Нет – просто проезжаем мимо».

Отдельная головная боль – транспорт и логистика. Регион протяженный, посему 75-80% стоимости экскурсии по области «съедает» дорога. Покупать свой транспорт местным компаниям невыгодно: бизнес сезонный, содержать парк круглый год – чистый убыток. Кстати, в соседней России расходы на школьные поездки по родному краю субсидируются государством наполовину.

«Не придёт, не приедет и не прилетит»

А посмотреть у нас есть на что. За десять лет энтузиасты выстроили целую карту открытий. Среди детей большим спросом пользуются путешествия в заброшенные деревни. Посреди разрушенных фундаментов школьники с металлоискателем находят уцелевшие предметы прошлого века. За пару часов такие экскурсии дают больше знаний, чем учебники по истории.

Не менее популярны природные и сакральные маршруты: конные прогулки у живописного Каменного озера, поездки по христианским и мусульманским святыням, а также по следам Шокана Валиханова и Султана Баймагамбетова. Для любителей активного отдыха предусмотрены экстрим и дальние экспедиции – походы на Черную скалу под Лисаковском с альпинистским снаряжением, поездки к туристическому комплексу Taj Torgai, а также выезды в Наурзумский заповедник, ставшие классикой майских и сентябрьских путешествий (летом туда не пускают – пожароопасный сезон).

В среднем однодневная поездка с гидами, транспортом и питанием обходится в 26 тысяч тенге. Вроде бы сумма для внутреннего рынка ощутимая, но в пересчете на евро – цена двухчасовой пешей экскурсии где-нибудь за границей. Однако развивать это направление невероятно тяжело.

– Если говорить о казахстанском туристе, то он к нам не придет, не приедет и не прилетит, – говорит Гульмира Капенова. – Все логистические потоки замкнуты на Астане и Алматы. Прямых рейсов из других регионов почти нет, а поезда – это вообще отдельная история. Летом руководитель нашего бюро буквально живет на вокзале, чтобы выбить билеты на одну-две группы на нужные даты. Логистика в области сегодня не выдерживает никакой критики.

Пальцем в небо

При этом пассажиропоток костанайского аэропорта стабильно растет. Если в 2024 году здесь обслужили 406 тысяч человек, то в 2025-м – уже 454 тысячи, а по итогам текущего года планируют преодолеть планку в полмиллиона. Аэропорт активно расширяет географию полетов, запуская новые направления на Ташкент, Фукуок, Нячанг и возобновляя рейсы в Шарм-эльШейх. Однако главным тормозом для въездного туризма остается жесткая централизация и нехватка межрегиональных связок. Сейчас из Костаная налажены прямые перелеты только в Астану, Алматы и Шымкент. От запада и востока мы фактически отрезаны.

Председатель правления АО «Международный аэропорт «Костанай» имени Ахмета Байтүрсынұлы» Аскар Бекбосынов видит выход в перенастройке государственной машины. Он предлагает передать акиматам областей полномочия по субсидированию межобластных авианаправлений. Это позволит регионам самостоятельно решать, куда открывать рейсы – например, запустить самолеты на Актау, чтобы местные жители могли комфортно добираться до моря и лететь дальше в Европу, Армению или Азербайджан, либо связать регион с Усть-Каменогорском. Еще одна стратегическая цель – открытие прямого сообщения со Стамбулом, по которому уже идут переговоры с авиакомпаниями AJet и Pegasus Airlines, хотя процесс и упирается в необходимость включить Костанай в официальный список разрешенных маршрутов между Казахстаном и Турцией.

– Чтобы развивать региональные авиаперевозки, нужно менять Бюджетный кодекс, – поясняет Аскар Бекбосынов. – Сейчас все областные перелеты через тендер объявляет Министерство транспорта, и нам это не всегда выгодно. Мы хотим запустить рейс на Актау, а крупные авиакомпании говорят, что будут долго раскачиваться. Если передать полномочия на уровень областей, мы сами будем решать, какие направления развивать. Нашей области действительно есть что показать. Костанай – красивый и чистый. Многие гости из мегаполисов даже удивляются тому, как у нас легко дышится…

В ЦИФРАХ

За январь-июнь текущего года объем инвестиций в основной капитал в сфере туризма составил 15,9 млрд тенге, что больше в 3,3 раза, по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Объем услуг в области за первое полугодие текущего года составил 1,9 млрд тенге. Здесь отмечается небольшое снижение по сравнению с аналогичным периодом прошлого года на 2%. Количество граждан казахстана, посетивших регион, за январь-июнь составило 103 тысячи человек, количество иностранных туристов – 5,8 тысячи человек. на территории области осуществляют деятельность 2 санатория, 1 реабилитационный центр, 96 гостиниц, 2 мотеля, 5 хостелов и 16 баз и зон отдыха.

Иллюстративное фото Болата САГЫНДЫКА и с сайта regtv.kz

Арт-объекты

Золотой павлин раскрыл свой хвост из… сегментов ножей жатки, задорный баянист вскинул голову – индикатор температуры двигателя, рядышком ждет своего хозяина мотоцикл с колесами из старых подшипников, стоит на страже рыцарьтермостат…

Свыше полусотни таких уникальных поделок украшают длинную полку в слесарном участке машинно-тракторной мастерской ТОО «Киевское» Узункольского района. Автор этих инсталляций – механизатор хозяйства Михаил Рау. Правда, в поле он работает только в период массовых кампаний. Как, допустим, сейчас, когда здесь идет уборочная страда. А вот после завершения сезона вновь становится специалистом местной МТМ, ведь он очень опытный высококвалифицированный сварщик.

И теперь, глядя на эти поделки, понимаешь, что Михаил – истинный арт-сварщик, поскольку его творческая жилка помогает нестандартно подходить к делу и создавать весьма интересные произведения современного искусства. Причем это отнюдь не выдумка журналиста, который был очарован работой сельского умельца. Дело в том, что существует такой термин, как апсайкл-художник. Он появился от понятия «апсайклинг» – творческое вторичное использование вещей, когда создают новые ценности из отходов. А если речь идет о работе с металлом и техникой, то такого мастера, специализирующегося именно на металлических деталях, называют трэш-скульптором. А в разговорном варианте – артсварщиком. Думается, это емкое и живое название креативного мастера, использующего сварочный аппарат для художественного творчества.

Сотрудничество

Заметим, что 39-летний Михаил вырос в многодетной семье, где было шесть сыновей и две дочери. Кто уехал, а кто, как и он, живет в Узунколе. Хотя Михаил уже несколько лет каждый день ездит на работу в село Миролюбовка, которое находится в двух десятках километров от райцентра. И причина тому очевидна: в свое время директор хозяйства Леонид Королев, по достоинству оценив большую трудоспособность и профессионализм Михаила, предложил ему весьма выгодные условия для работы. К огромному сожалению, прошлой осенью Леонида Ивановича не стало. Но его сын Сергей, который теперь возглавляет сельхозпредприятие, продолжает такое сотрудничество с работником.

Между прочим, в хозяйстве трудится Станислав Рау – старший брат Миши. Он – житель Миролюбовки. Во время весенней кампании братья посменно управляют мощным трактором CLAAS с самым широкозахватным в этих краях 18-метровым посевным комплексом. А вот комбайны, тоже CLAAS, у каждого свой. И, как не трудно понять, производственные показатели у братьев Рау очень высокие.

Прототипы

Как в напряженных трудовых условиях удается Михаилу создавать арт-поделки? Он пояснил, что делает их в основном только когда завершается полевой сезон и начинается его работа в МТМ. Вот тут, когда появляется возможность отдохнуть в обеденный перерыв, он начинает перебирать мелкий металлолом: шестерни, цепи, свечи зажигания, поршни, шатуны, пружины и так далее.

– Вот смотрите, – говорит он. – Эти болты, из которых сделал ноги человека, который любит читать, я не сгибал. Они когдато сами согнулись из-за большой нагрузки во время работы в поле. Да и вообще здесь можно увидеть такие интересные бэушные детали, из которых так и хочется сделать интересную штуковину.

Оказывается, что некоторые эти «штуковины» имеют своих прототипов. Допустим, фигурку мотоциклиста Михаил создал, когда один его коллега стал ездить на работу на таком двухколесном транспорте. А любителя книг он увенчал электролампочкой потому, что его прототипа считает человеком с очень светлой головой. И подобных примеров предостаточно.

Да, многие товарищи по работе видят себя в этих фигурках и, конечно же, не обижаются. Даже наоборот, после ремонта своих сельхозмашин приносят Михаилу всякие детали, которые потом он сможет использовать для будущих арт-поделок.

– А себя здесь я не найду? – спросил мастера мой коллега фотокорреспондент Сергей Миронов.

Михаил на пару секунд задумался, провел взглядом по полке и рассмеялся: «Кажется, есть. Вот, смотрите». И он протянул фигурку человека, который держал в руках фотоаппарат. Точно – фотокор! Только железный. И когда Сергей случайно уронил своего «коллегу» и обломался «объектив», то Михаил все быстренько отремонтировал. Вот если бы так просто было обслуживать и ремонтировать дорогущую фотоаппаратуру!

Надо сказать, что Михаил Рау может гордиться и весьма крупными конструкциями. Допустим, прошлой зимой он много времени посвятил созданию сразу нескольких прочных качелей. Их теперь можно видеть близ местной школы в парке отдыха, который стали создавать по инициативе Леонида Ивановича Королева. Затем эту эстафету принял Сергей Леонидович, который продолжает вкладывать в расширение парка немалые средства. А его коллектив с огромным удовольствием вкладывает сюда свой труд. Ведь все это делают в первую очередь для детворы, для местных жителей.

ПДД для крылатых

– Наталья Михайловна, что принципиально изменилось в законодательстве?

– Главное – закон стал конкретнее учитывать воздействие хозяйственной деятельности на животный мир. Особенно это касается строительства и развития инфраструктуры. Теперь прямо закреплены требования по сохранению среды обитания животных, условий их размножения, путей миграции и мест концентрации. Отдельно урегулированы вопросы использования линий электропередачи и ветровых электростанций.

Например, проектирование и строительство ЛЭП, представляющих опасность для птиц, а также реконструкция и модернизация таких действующих линий должны осуществляться с применением птицезащитных устройств. Но говорить о том, что поправки уже полностью показали результат, пока рано. Часть новых механизмов еще требует принятия подзаконных актов и практического внедрения.

– Почему линии электропередачи остаются серьезной угрозой для птиц?

– В первую очередь они страдают от поражения электрическим током и столкновений с ЛЭП. Особенно остро эта проблема стоит в регионах с крупными открытыми территориями и большим количеством птиц. Для Костанайской области это тоже актуально. При этом без точных данных сложно сказать, какие именно виды страдают больше всего. В целом наиболее уязвимы крупные особи, что садятся на опоры ЛЭП, а также те, что часто пролетают рядом с линиями.

– Что теперь должны конкретно делать владельцы ЛЭП?

– Необходимо при строительстве новых ЛЭП, опасных для птиц, а также при реконструкции и модернизации действующих линий устанавливать специальные птицезащитные устройства. При этом важно понимать, речь не идет о том, что все существующие ЛЭП придется переоснастить. Сначала нужно убедиться, представляет ли конкретная линия опасность для птиц. И здесь будут действовать специальные критерии.

– А кто будет определять эту опасность?

– Это как раз один из важных новых законодательных механизмов. Закон предусматривает, что требования к птицезащитным устройствам и критерии отнесения ЛЭП к опасным для птиц будут определяться уполномоченным органом по согласованию с государственным органом в сфере электроэнергетики. То есть произвольно объявить любую линию опасной нельзя. Должны применяться единые нормативные критерии.

– В итоге кто должен оплачивать установку птицезащитных устройств?

– По сути, отвечать за это должны сами владельцы и компании, которые используют объекты инфраструктуры. Если необходимо установить птицезащитные устройства или выполнить другие требования по охране природы, расходы также ложатся на них, а не на государство. При этом детали, что именно, в каких случаях и как нужно будет делать, еще предстоит определить в отдельных нормативных документах.

– Насколько реально контролировать выполнение этих требований?

– Механизм госконтроля в сфере охраны животного мира никто не отменял. Специалисты природоохранных органов следят за соблюдением требований и при необходимости принимают меры. Сейчас правильнее говорить о формировании полноценного механизма применения новых норм.

Сначала путь, потом дорога

– В поправках прописали и такие требования, как учет воздействия на животный мир при проектировании ветроэлектростанций. Почему это так важно?

– Несмотря на то что ветровая энергетика считается наиболее экологически чистым источником энергии, сама инфраструктура ВЭС тоже может воздействовать на биологическое разнообразие. Основные потенциальные риски связаны опять же с птицами – это их столкновения с конструкциями, изменение маршрутов перемещения, изменение среды обитания. Поэтому важно учитывать эти факторы еще на стадии проектирования, а не ждать, пока возникнет проблема.

– Достаточно ли существующей экологической оценки или для ВЭС нужен отдельный подход?

– Нет, такой оценки недостаточно, чтобы учесть все особенности ВЭС. Поэтому отдельно будет оцениваться их возможное влияние на птиц и других животных. Для этого предстоит разработать специальный порядок такой оценки.

– Отдельно говорится и о сохранении путей миграции животных при строительстве дорог, железных дорог, трубопроводов, опять же ЛЭП. Насколько серьезна проблема для Костанайской области?

– Для нашего региона этот вопрос особенно важен. У нас огромные степные территории, по которым животные перемещаются в поисках пищи и во время сезонных миграций. Дороги, железнодорожные линии, трубопроводы и ЛЭП могут разделять эти территории и мешать животным свободно передвигаться. Поэтому еще при строительстве таких объектов важно учитывать места обитания животных, их пути перемещения и места, где они собираются.

Теперь дело за… делом

– Какие животные сегодня наиболее уязвимы перед хозяйственной деятельностью человека в нашем регионе?

– В Костанайской области я бы в первую очередь говорила о степных и мигрирующих видах. Их благополучие напрямую связано с сохранением больших непрерывных территорий. Особого внимания требуют сайгаки, другие виды копытных, совершающие сезонные перемещения, крупные степные птицы, а также мигрирующие водоплавающие и околоводные птицы. При этом точнее определить, какие виды находятся под наибольшей угрозой, можно только по данным наблюдений и исследований.

– Что после принятия поправок остается нерешенным?

– Главный вопрос – его практическая реализация. Закон устанавливает необходимые принципы, но для полноценного применения ряда норм нужны конкретные критерии, процедуры и технические требования.

Проверка степью

– Есть риск, что новые нормы останутся только на бумаге…

– Такой риск существует при реализации любой природоохранной нормы. Для результата нужны финансирование, специалисты, мониторинг, межведомственное взаимодействие, государственный контроль и, конечно, исполнение требований собственниками объектов. Принятие закона – только первый этап. Не менее важно обеспечить его реальное применение.

– Если ничего не менять в подходе к строительству инфраструктуры, что может произойти с популяциями животных через 10-20 лет?

– Может усиливаться фрагментация местообитаний и нарушение традиционных миграционных путей, возрастать гибель птиц на энергетической инфраструктуре, снижаться доступность кормовых и репродуктивных участков. В отдельных местах это может привести к снижению численности отдельных видов. Именно поэтому законодательство и закрепляет необходимость учитывать такие факторы еще до возникновения негативных последствий – уже на этапах размещения и проектирования объектов.

– Можно ли назвать поправки переломным моментом для охраны животного мира в Казахстане?

– Я бы пока не стала так говорить. Важно, что законодатель сделал существенный шаг вперед. И особенно важно, что он, законодатель, перешел от общего требования охранять животный мир к более конкретному регулированию отдельных источников воздействия.

– Если бы сегодня лично у вас была возможность внести еще одну поправку, что бы вы добавили?

– Я бы непременно усилила механизм обязательного мониторинга объектов инфраструктуры, расположенных в районах концентрации и миграции животных. Важно не только предусмотреть природоохранные мероприятия на стадии проектирования, но и после ввода объекта в эксплуатацию оценивать, насколько они действительно работают. Принцип здесь простой: если природоохранное мероприятие не дает результата, его нужно корректировать. То есть эффективность законодательства должна оцениваться не количеством принятых документов, а реальным состоянием животного мира.

– И, наконец, какая главная проблема охраны животных сегодня остается нерешенной в Казахстане и Костанайской области?

– Я бы не сказала, что какаято проблема полностью находится «вне закона». Закон охватывает широкий круг вопросов. Но одно дело – прописать требования, и совсем другое – обеспечить их выполнение. Для этого нужны понятные правила, специалисты, финансирование, постоянные наблюдения и контроль. Для Костанайской области особенно важно сохранять большие степные территории и не допускать, чтобы они оказывались разделены дорогами, ЛЭП или другими объектами. Для животных, которые сезонно перемещаются, возможность свободно передвигаться по привычным маршрутам очень важна.

В конечном счете хочется, чтобы новые требования работали не только на словах. Важно при строительстве любого объекта подумать о животных заранее, а не тогда, когда проблема уже возникла.

Беседуем с родной племянницей Д.А. КУНАЕВА, хранительницей семейной памяти, заведующей отделом Музея Д.А. Кунаева в г. Алматы Жаннет СЕРИКБАЕВОЙ.

Поплатился должностью, но не совестью

– Жаннет Даулетовна, на помним читателям, что предыдущую часть беседы мы за кончили короткой характеристикой Генерального секретаря ЦК КПСС Леонида Ильича Брежнева. Годы его жизни – 1906-1982. Молодые поколения тот период истории плохо знают. Вы рассказывали, что предшественник Брежнева – Хрущев – отправил Кунаева в отставку из-за того, что он не дал «оттяпать» земли Казахстана. Не все тогда отстаивали свои территории – из-за передачи земель в 1954-м сейчас идет война на территориях бывшего Союза. Тогда Хрущев тоже решил, где какому региону надо находиться.

– Наша семья гордится, что Димаш Ахмедович встал на пути растаскивания казахских земель. Он поплатился должностью, но не совестью своей. После этого он вообще хотел уйти из политики, заняться наукой. Но не отпустили – назначили возглавлять правительство, кабинет министров. Сейчас эта должность называется «премьер–министр». В октябре 64-го Хрущева «ушли», а в декабре этого же года Пленум ЦК Компартии Казахстана единогласно проголосовал за возвращение Кунаева на пост первого секретаря вместо Юсупова.

С этого момента в Казахстане начался самый длительный и плодотворный период, когда республика показала высокий экономический, промышленный рост, была аграрной – стала мощной индустриальной. Если до войны мы были 14-ми из всех республик СССР, то при Димаше Ахмедовиче КазССР стала третьей после России и Украины. Ни в коем случае не буду утверждать, что это только его заслуга. Кунаев сумел собрать очень крепкую команду профессиональных управленцев. Всегда, когда слышу упреки в коммунистических взглядах своего дяди, резко возражаю. Очень важно понимать, что то поколение коммунистов верило в идею, отличалось скромностью, искренним патриотизмом. Они победили фашизм, юными уходили на войну. Мой папа дважды горел в танке, был изранен, а потом упорно работал. Такими были многие люди той эпохи.

Почти 25 лет Димаш Ахмедович непрерывно находился на посту первого секретаря, но не держался за это место. После семидесятилетия подавал заявление об отставке, но тогда ему не было альтернативы. Даже Горбачев сначала не отпустил, а потом решил от «стариков» избавляться, начал переговоры с Назарбаевым на предмет замены Кунаева. Потом произошла эта беда.

«Мое главное богатство – это доверие моего народа».
Динмухамед КУНАЕВ

Желтоксан

– Имеете в виду декабрьские события 1986 года?

– Да. Якобы Кунаев их инспирировал. Совершенно не так все было. Он только что вернулся из Москвы. Понятия не имел, что происходит в Алма-Ате. Официальная хронология такая: 11 декабря 1986 года Политбюро ЦК КПСС без участия Кунаева проголосовало за его отставку в связи с выходом на пенсию. 16 декабря Пленуму ЦК Компартии Казахстана хватило 18 минут, чтобы проголосовать за назначение Колбина, который ранее был первым секретарем в Ульяновской области, – вместо Кунаева. Димаш Ахмедович сам открывал этот пленум. 17-18 декабря молодежь вышла протестовать. Не за то, чтобы Кунаев остался. Протесты были против чужого Казахстану назначенца Колбина.

В своих мемуарах Димаш Ахмедович описывает эти события. После «желтоксана» дядя оказался под домашним арестом. Врачи просили разрешить прогулки. Ответили: «Квартира большая, пусть гуляет, на балконе воздух тоже свежий». Четыре года они с Зухрой Шариповной так жили. Она скончалась в 90-м году, и тем, кто заточил Кунаевых, уже нельзя было это продолжать. У Димаша Ахмедовича было семь сестер и один брат. Каждому разрешали позвонить Кунаевым один раз в неделю, справиться о здоровье. Разговор – полторы минуты. Еще и подслушивали – перекрывали связь, если что-то не нравилось. Это было издевательством. Но если учесть, что более двадцати сторонников Димаша Ахмедовича получили большие реальные сроки, отбывали наказание в Сибири, то Кунаевым еще «повезло».

Тем, кого забирали по делу Кунаева, надо было его заложить, чтобы остаться на свободе. Они этого не сделали. Их по одному стали выпускать в 96-97 годах. Но на воле никто и года не прожил: умирали, так было подорвано их здоровье. Хотя все они были молодыми мужчинами. Близких родственников Димаша Ахмедовича стали увольнять с занимаемых постов. Никакие красные дипломы из престижных московских вузов не помогли – их опускали и опускали по должностной лестнице. Я рассказываю об этом открыто, когда вожу экскурсии по музею Димаша Ахмедовича. Представьте нашу боль: мы его в первый раз увидели после заточения 20 апреля 1990 года, когда узнали о смерти Зухры Шариповны.

«Я всегда жил с мыслью, чтобы моя совесть была чиста перед народом».
Динмухамед КУНАЕВ

Именно это и произошло

– Приходилось читать, что с Назарбаевым отношения в итоге стали лояльными.

– Назарбаев резко критиковал Димаша Ахмедовича на февральском Пленуме ЦК Компартии Казахстана в 1986 году. Кунаев расценил это как предательство. А о том, что они помирились, говорили не мы, а сторона Назарбаева. Он бы так и остался в Караганде, если бы не Кунаев, сам это понимал. Некоторым удается сохранять человеческое лицо до тех пор, пока они не обладают властью и деньгами. Если не получат эти рычаги в руки, до конца дней остаются хорошими людьми. А если показали монетку – все, скурвились, грубо говоря. Именно это и произошло. Потом присылал телеграммы «вы мне как родной отец, столько сделали для меня, я вам так благодарен». На самом деле, в 85-86 годах у Назарбаева образовался крепкий союз с Горбачевым, он мог стать премьер-министром СССР, но не успел. А начало этим надеждам было положено в 85-м – с подковерной борьбы против Кунаева.

«Какая бы ни была у тебя должность, оставайся человеком».
Динмухамед КУНАЕВ

 

Танец на 60-летний юбилей Зухры Шариповны. В 1939 году Димаш Ахмедович сделал ей предложение: «Поедем со мной на рудник». Из Риддера (Лениногорска) в Алма-Ату они вернулись в 1942-м.

Власть – такая штука

– Власть такая штука, что обязательно кто-то дышит в спину, что легко найти ошибки, особенно если сам в той системе. В чем незаслуженно упрекали Димаша Ахмедовича?

– Начиная от кадровой политики до коррупции и кумовства – все было конъюнктурным враньем. В журнале «Дружба народов» в 87-м году Назарбаев опубликовал статью, уже постфактум, о том, что нельзя долго на одном месте сидеть: глаз замыливается, связь с реальностью теряется. Интересно, вспоминал ли он свои тезисы в последующие годы?

Были упреки, что Кунаев своего брата в Академию наук протащил. Аскар Менлиахмедович, годы жизни – 1929-1999, был ученым с мировым именем. Его выдвигали на Нобелевскую премию, комитет запрашивал его согласие, но он не хотел ни в чем быть выше брата.

В 51­-м, в Москве, дядя окончил Институт стали и сплавов, он был доктором технических наук, полным академиком Академии наук СССР, дважды лауреатом Государственной премии СССР. Когда его выдвинули на пост президента Академии наук Казахской ССР, Димаш Ахмедович – в свое время он сам был президентом Академии – возражал, два президента из одной семьи – перебор. Брежнев сказал: не будь брату тормозом. А уж что касается коррупции, то для сравнения загляните в наш музей и в некоторые дворцы на побережьях теплых морей. У Димаша Ахмедовича была поговорка «Елдин алдында уят болмасын» – «Пусть не будет стыдно перед народом». Потом многие забыли эти слова. А нам ни за одного родственника не стыдно.

Справка

За годы деятельности Д.А. Кунаева в КазССР было построено 43 города и 68 рабочих поселков. По статданным МГУ, производительный потенциал республики вырос более чем на 700%

Фото предоставлены Жаннет СЕРИКБАЕВОЙ

Продолжение. Начало в номере за 3 сентября.

Политика без тоталитаризма

– Евгений Иосифович, распад СССР начался в 1988 году – в первой части мы об этом говорили. Референдум с вопросом о сохранении Союза ответил «да», но в нем участвовали не все республики – пошла цепная реакция, остановить ее уже было невозможно. 21 декабря 1991 года в Алма-Ате приняли декларацию о СНГ – Содружестве независимых государств. При этом историки утверждают, что меньше всего стремилась к отделению от Москвы Центральная Азия. Казахстан объявил о независимости последним. Но если вернуться к тем временам, то воспоминания болезненные. В конце 80-х этнические немцы устремились на историческую родину. Потом лавиной – в Россию, и не только русские туда уезжали. На протяжении десятилетий мы не получали ответ на вопрос: почему не было противодействия миграции? Может быть, так освобождалось место для национальных элит?

– Я не стал бы сталкивать процессы, которые не пересекались: они шли параллельно. Свободная миграция искусственно не создавалась. Она явилась продолжением новой политики: демократии, прав человека, свободы выбора. Этого потребовал Запад, когда страна стала интегрироваться в мир, не отягощенный авторитаризмом и тоталитаризмом. Нам нужно было продемонстрировать не только рыночные механизмы, но и демократические подвижки. Миграция была одной из составляющих этой парадигмы.

Если говорить о советских элитах, прежде всего хозяйственных, потому что партийные к тому времени, грубо говоря, уже не котировались, то их исход был обусловлен обвалом экономики. Руководящие кадры с крупных казахстанских предприятий, завязанных на тесном партнерстве с предприятиями России, уходили туда на соответствующие должности. В нашей области ССГПО, химзаводы, КСК – остановились. Уезжали не только руководители – рабочие теряли работу и средства к существованию. Как можно было противодействовать их отъезду? Всему этому сопутствовали тяжелейшие скандалы – из-за огромных долгов по зарплате. Не берусь утверждать, что их когда-либо выплатили. Выстояли ССГПО, кондитерская и швейная фабрики. Какой ценой выстояли? Всем, большим и не очень большим, надо было пройти через массовые банкротства. В сельском хозяйстве это был «идеальный шторм», когда все идут на дно.

Брали с руками и ногами

– Все получили права и свободы в ущерб хлебу насущному?

– Мы сейчас говорим о том, куда и почему уходили советские элиты. Это был естественный процесс – так же, как и рост национальных элит. Надо учитывать и такой ракурс: советские хозяйственники уходили, потому что в России их принимали с распростертыми объятиями. Их опыт, биографии, определенные моральные устои многое значили. Надо говорить не только о хозяйственниках – учительские, медицинские кадры находили там работу без проблем. Система МВД не стала исключением.

Многих откровенно переманивали, забирали с руками и с ногами. Если немцев в Германии никакие должности не ждали – там только социальный пакет предусматривался, – то в России наши кадры легко ассимилировались, в том числе не было языковых проблем. Дипломы признавали безоговорочно. Тем не менее уехали не все. Если оставалась перспектива пережить трудные времена, если можно было заработать на жизнь, семьи охотно оставались на месте. Ни к одному другому городу, по моим наблюдениям, не сохранилось столько любви наших бывших земляков, как к Кустанаю/Костанаю.

«Вредный демократия»

– В начале 2000-х, после распада Союза прошло десять лет, едем с мужем в поезде «Екатеринбург – Симферополь». В Уфе в купе подсаживается мужчина колоритной южной внешности. Оказалось, таджик, бывший председатель колхоза Аскар Рахимович. Проводница бегает по вагону, кричит, чтоб пассажиры чай себе носили сами. Заглядывает к нам: «Котик, ты же постель брать не будешь, тебе недалеко…». «Котик» так на нее рыкнул, что она вмиг принесла и чай, и постельные принадлежности. Время было позднее, но Аскар Рахимович решил почитать мои газеты в моих же очках. Как они ему подошли, не знаю, но Ельцина он сразу увидел: «Зэраза!», и щелкнул пальцами по его улыбающейся физиономии. Потом показал свой паспорт: «Видел, какой у таджиков паспорт? Это он сделал, Ельцин, зэраза. А у тебя какой? О, у вас хороший парень. Я его уважаю. На весь СНГ он один такой, настоящий президент, Назарбаев. Еще Лукашенко уважаю и Путин». – «А Рахмонова?». – «С него толку не будет. Экономики нет». – «Ваш колхоз – не экономика?». – «Мой колхоз больше нет. Восемь тысяч только школьники были в мой колхоз. Коровы был, овец, хлопок, зерно – сейчас ничего нет». – «Куда все делось?» – «Демократы сожрали. Сейчас таджик наркотик осталось продавать, больше ничего нет». Он сделал паузу, потом поднял сжатый кулак: «Иосиф? А? Вот так держать всех! Таджик, русский – демократия не нужен. Он им вредный. Они тогда несчастливый. Когда порядок, они счастливый!». В чем неправ был Аскар Рахимович? В райцентре Убаган одна за другой пустели квартиры, которые, к слову, строились в вашу бытность руководителем района. Груженые домашним скарбом КамАЗы такую тоску вызывали, что не демократии хотелось, а твердой руки: чтобы стукнул кто-то тяжеленным кулаком по столу: «Отставить!». Мародеры безнаказанно рушили брошенные квартиры. Не было ни закона, ни внутреннего приказа прекратить безобразие. В двухквартирном доме, где жила наша семья, сосед стал разбирать свою половину: переезжаю к теще в Затоболовку. Собственник, квартира приватизированная – разобрал. Нам ничего не оставалось, как тоже уехать. К тому же, вся коммуналка накрылась, школу, детский сад разморозили, надо было вытаскивать детей из пучины невзгод. Вопрос: где была власть?

– После ухода Компартии из управленческой вертикали кадрами никто не занимался. Именно партия вела подбор, расстановку и воспитание кадров. В Убаганском/ Алтынсаринском районе кадровая чехарда началась, когда этот институт, обозначим так Компартию, был ликвидирован, а нового не создали. Поэтому, когда приходили к власти районные акимы и некоторые областные, имею в виду не только нашу область, они не имели практического управленческого механизма, действовали по наитию. Нередко исходили из собственных притязаний. До определенного времени процветали семейственность, клановость и тому подобное. Особенно негативно это проявилось, когда малоопытная власть получила возможность менять руководство на госпредприятиях. Спасли от этого бедствия частники – командовать ими лафа отпала. Но прежде, чем разумный прагматизм взял верх, не раз районное начальство находило замену, не утруждая себя основаниями, например, директорам совхозов. При этом новые управленческие элиты вышли в большинстве своем из тех самых партийных элит, но разом откинули «отягчающий» бэкграунд. Если на бюро райкома или обкома тряслись поджилки, то прошли те времена, у нас свои методы. Если бы я сказал, что это получилось спонтанно, случайно, непреднамеренно, кто бы мне поверил? Ничего такого говорить не буду. Но готов повторить и сегодня главную формулу кадровой политики Компартии: «подбор, расстановка, воспитание».

Сейчас не говорят «Партбилет на стол!»

– Но время-то и сейчас не беспартийное. Во всех бывших республиках. В чем разница?

– Разница существенная. Сейчас не хватает контроля партии и ответственности кадров перед партией, которую они представляют. Принадлежность к партии не увязана с достижением той или иной цели, с «моральным обликом», какой требовался для партийного человека и так далее. Замечу: на Западе партийная принадлежность ко многому обязывает. Если нарушают – исключают из партии, лишают поста плюс шум и «черный список». А у нас не слышал, чтобы кому-то сказали: «Партбилет на стол!!!». Раньше этот окрик очень многое значил.

Продолжение следует

Фото с сайта sputniknews.ru и предоставлено Е. АМАНОМ

Дорога зовёт

Райхан Аканкызы и Максата Жунисулы Арыстановых я встретила на мероприятии по укреплению межэтнического согласия в Денисовском районе. Стройная пожилая женщина в казахском наряде рассказывала об истоках и трансформации традиций, проводила обряды, устраивала конкурсы на знание языка, а ее супруг в камзоле играл на домбре и пел. И столько в их словах и голосе энергии и жизни, что трудно сразу осмыслить реальный возраст. Райхан – 76, Максату – 79.

– Откуда силы берете? – удивляюсь я.

– От общественной работы, наверное, – смущается Райхан Аканкызы. – Я всю жизнь была активисткой. Даже сейчас, на пенсии, у меня нет свободного времени. Мы с мужем 15 лет поем в хоре – гастроли, репетиции… А вот предложение приехать в село и поделиться своим опытом и знаниями традиций получили впервые. Знаете, переживала, волновалась, но все же собрала команду, продумали сценарий и вышло так душевно! Эта поездка напомнила мне время, когда мы выезжали в совхозы с агитбригадой и устраивали концерты. В молодости многого не замечала, а сейчас осознала: какая у нас большая страна. Едешь и смотришь: здесь вовсю уборка идет, а тут еще тянутся к солнцу стройными рядами подсолнухи. Как красива наша земля!

Наследие

Райхан рассказывает, что в ее семье всегда строго держались традиций, особенно бабушка по папиной линии. Она в этом была весьма требовательна и отлично знала все тонкости традиций и обрядов. И такое же бережное отношение к наследию предков воспитала в сердце внучки.

– Бабушка многому меня научила, – вспоминает Райхан. – К примеру, это сегодня большинство на Наурыз готовят наурызкоже, а в моем детстве его варили единицы. Но моя бабушка всегда его готовила и меня учила. Помню, я тогда была в восьмом классе и уже с легкостью могла повторить бабушкин рецепт. Ее давно нет с нами, но она жива в наших сердцах. Недавно внуки пришли домой и на видео засняли весь процесс, чтобы этот рецепт не забылся, и перешел потом к их детям и внукам.

Райхан Арыстанова рассказывает, что до сих пор читает книги и энциклопедии о традициях. Сейчас есть хорошие издания, где детально изучены традиционные блюда, одежда…

Лучший выбор

Книги для Райхан Аканкызы имеют большое значение. И не только потому, что она любит читать с детства, но и потому, что часть ее жизни была связана с ними. Работала 16 лет в сельской библиотеке Казанбаского совхоза Аулиекольского района и 18 лет – в школьной.

– Я даже до сих пор помню количество учеников в 1987-м, когда переступила порог школы, – 628 ребят. Знала каждый класс и каждого ученика по имени, – не без гордости делится воспоминаниями собеседница.

В библиотеку она пошла по семейным обстоятельствам. Перевезли из Торгая пожилых родителей мужа, о которых надо было заботиться. Забот было немало и с собственными детьми. У Райхан и Максата три дочери и сын. Супруги познакомились в техникуме. Оба учились на ветеринаров и, получив диплом, поженились. Хотя Райхан выросла в педагогической семье, мечтала о медицине. Однако ей не хватило одного балла на вступительных экзаменах. Вот и выбрала ветеринарию. Потом муж окончил институт, а Райхан все силы бросила на свою большую семью. Заочно получила библиотечную специальность.

– Да, я не стала педагогом, как мои родители, зато всю жизнь занималась детьми, – говорит Райхан Аканкызы. – Ни о чем не жалею в своей жизни и могу назвать свою дорогу интересной. Мы с мужем 58 лет вместе. И он всегда меня поддерживает. Любую инициативу.

Душа поёт

18 лет назад супруги переехали в Костанай. Когда муж вышел на пенсию, руководитель казахского народного хора заприметил поющую пару и пригласил в свой коллектив. В этом году «Ақ Дариға» отметит свое 30-летие, а супруги Арыстановы 15-летие музыкального стажа.

Песня живет с ними и дома. Муж играет, Райхан поет. Ни один домашний праздник не обходится без песни. Поют и дочери. Вот и сегодня после мероприятия за наскоро собранным дастарханом между чашками чая лились разные песни.

Не выдерживаю, делаю комплимент голосу и наряду. И удивляюсь еще больше. Оказывается, наряд-то Райхан Аканкызы сшила своими руками, как и национальный головной убор. Шить она любит с детства. Вместе с мамой и бабушкой кроила и шила корпе, вещи. Родители купили ей небольшую швейную машинку. Когда сама стала мамой, шила вещи детям. Чтото брала из журналов с выкройками, что-то – из собственной головы. В 90-е годы это умение не раз выручало.

– Это, – показывает мне на свой головной убор, – часто называют кимешек. Неверно. Кимешек – платок, закрывающий шею, грудь и плечи, а верхний головной убор называется жаулық. Это традиционный головной убор замужней казахской женщины. Девушка впервые надевала жаулық после свадебных обрядов. Обычно после переезда в дом мужа или рождения первого ребенка. Он всегда был белого цвета, символизируя чистоту, материнство, семейное благополучие и верность. Жаулық считался священным предметом: его не разрешалось ронять или передавать чужим людям, так как он олицетворял честь семьи и благословение матери.

А еще Райхан сама делает украшения в национальном стиле. И себе, и родным, и друзьям.

Связь поколений

У Арыстановых десять внуков, пять правнуков. Общаются родственники часто по интернету, потому что их разделяют расстояния. Одна внучка на Бали живет, работает онлайн в Дубае. Дочь в Южной Корее трудится третий год, другая – живет в Алматы.

Но расстояния не мешают этой семье часто собираться за одним столом. Райхан Арыстанова готовит бешбармак, печет баурсаки. И за дастарханом всегда все поколения семьи Арыстановых под домбру затягивают казахские песни… Это не просто традиция. Это душа их большой семьи.

Так инженер-программист из Костаная Руслан ШАЙКЕМЕЛОВ превратил старый интернет-мем в личный творческий ритуал и постепенно собрал вокруг него собственную вселенную забавных цифровых персонажей.

«Ква-ква», пошла жара!

Ему 45 лет, в интернете известен как @roose_ville. Он рисует диджитал-лягух (именно лягуХ) и именно по средам. Делает стикерпаки (наборы цифровых наклеек с изображениями и короткими фразами, которые используют в переписке. – Прим. авт.), придумывает котов на куриных лапах, динозавров и трицератопсов, иногда переосмысливает героев компьютерных игр в собственной стилистике.

О себе Руслан говорит с характерной самоиронией: «Я первый и единственный в Казахстане, кто рисует лягух по средам. Тренирую фантазию в кляксах». На самом деле история этого диджитал-персонажа с мировым звучанием началась задолго до того, как у костанайского парня появился к нему интерес.

– Почему именно среда, Руслан?

– В 2014 году на Tumblr пользователь kidpix2 опубликовал фотографию необычной круглой лягушки с огромным ртом и подписью: It is Wednesday, my dudes – «Это среда, мои чуваки». На фотографии была лягушка Баджетта – Lepidobatrachus laevis. Ее приплюснутое тело и почти гротескно широкий рот сделали снимок идеальным мемом. Позже, в 2015-2016 годах, вайнер JimmyHere снял видео, в котором спокойно произносил знаменитую фразу, а затем переходил на оглушительный лягушачий крик. Ролик разлетелся по Сети, и «среда» окончательно стала днем лягушки.

А дальше интернет сделал то, что умеет лучше всего – превратил шутку в традицию. Пользователи начали не только публиковать исходный мем, но и рисовать собственных лягушек. Милых, злых, нелепых, фантастических – любых. Возник своеобразный еженедельный арт-ритуал. Наступила среда – значит, пора явить миру лягушку. Руслан оказался внутри этой традиции не просто как наблюдатель, а как художник.

Гармония в хаосе

Костанайский интернет-художник признается, что к занятиям рисованием он пристрастился сравнительно поздно – в сорок два. До этого его профессиональная жизнь была связана с программированием и веб-разработкой.

Парадоксально, но именно человек, десятилетиями работавший со структурой, кодом и логикой, решил разбавить свою жизнь творческим хаосом. Он у Руслана иногда начинается буквально с кляксы. На разработанном им специальном сайте эту случайную кляксу можно легко сгенерировать, сохранив как изображение или перенести в программу для рисования, а затем попытаться увидеть в бесформенном пятне будущего персонажа.

Метод художникам достаточно известен: сначала появляется случайная форма, затем мозг пытается обнаружить в ней знакомый образ. Только обычно художник ставит кляксу сам. Руслан же доверяет эту часть процесса алгоритму. В результате между программистом и художником появляется еще один неожиданный персонаж – случайность.

– Идея у меня часто возникает раньше рисунка, – не скрывает любитель лягух. – В заметках копятся будущие персонажи, а в папках – десятки референсов. Иногда я просто выбираю, кого рисовать, а иногда все происходит мгновенно: «Придумал и нарисовал».

Руслан не пытается выдавать каждую работу за шедевр и не считает, что у него сформировался собственный стиль. Но это только пока… Для него, создателя персонажей, аниме и мультфильмы стали главными визуальными ориентирами, а cel shading (техника цифровой раскраски с четкими тенями. – Прим. авт.) – одним из ключевых приемов.

– Важный источник вдохновения для меня – работы других художников, – с восхищением говорит Руслан. – Еще подростком я увидел у старшего брата что-то вроде артбука Бориса Вальехо. Это было «сильным ударом по неокрепшему подростковому мозгу». Особенно поразили фантастические сюжеты: «Я никогда ранее такого не видел».

Позже похожее впечатление произвел мультфильм «Царство падальщиков». Через его визуальный стиль Руслан Шайкемелов открыл для себя французского художника Жана Жиро, известного как Мебиус.

Как странно. Как смешно

Мир его рисунков постепенно становится шире. Рядом с лягушками появляются другие фантазийные существа, выполненные в выразительной графике. Например, кот на куриных лапах. Иногда Руслан обращается к интернет-мемам, как в случае с онлайн-войнами динозавров. В своих работах автор использует и персонажей компьютерных игр, но уже в собственной интерпретации: «Особенно мне нравится взять за основу знакомого героя и поместить его в совершенно другой образ. Придумывать персонажа с нуля пока сложнее, чем переосмыслить уже существующего».

Где художнику хорошо

Живет Руслан Шайкемелов в селе Владимировка Костанайского района. Учился в городе, некоторое время жил в Костанае и Алматы, но городская жизнь ему совсем не пришлась по вкусу.

– Здесь рядом лес, свежий воздух, а ночью видны звезды, – романтизирует художник. – Города не люблю настолько, что перед поездкой туда могу не спать. Зато в интернете мне максимально комфортно «разговаривать» с людьми.

Помимо рисунков Руслан делает стикерпаки. Некоторые его работы впоследствии «переиспользовали» другие любители данного формата общения. Часть своих рисунков в будущем он планирует оформить в виде серии открыток и так называемых физических стикеров (попросту – наклеек, которые можно напечатать и разместить, например, на ноутбуке, телефоне или блокноте).

Есть у костанайского творца цифровой эпохи еще одна идея-мечта – создать творческое сообщество в Костанае. Не профессиональное объединение художников, а пространство для людей, которые рисуют, фотографируют, что-то мастерят или просто «для души» занимаются творчеством потому, что им интересно.

– Главное в творчестве – свобода и отсутствие требования к себе быть непременно совершенным, – Руслан приводит в пример Бабушку Мозес, которая начала рисовать в 76 лет. – Начать творить никогда не поздно. Во времена, когда ИИ, кажется, перехватывает инициативу в создании арта, несовершенство ценится зрителем гораздо выше, чем идеально стерильное изображение.