– Отчаявшись положительно решить вопрос и устав от бесконеч­ных отписок государственных служащих, – отметила Валентина Ивановна, – Умурзак Бегдельдинович обратился в газету. Он за­дается вопросом: с тех пор как глава государства объявил о стро­ительстве нового Казахстана, стали ли чиновники ближе к наро­ду? И на своем конкретном примере (а именно так складывается ощущение перемен) убеждается, что, к сожалению, в деятельности тех, к кому инициативная группа обращалась с просьбой, старая практика работы.
 
Далека от мысли, что за действиями людей, которые с таким упорством отказываются поддержать инициативу по присвое­нию одной из улиц города имени генерала Бакирова, стоит злой умысел. Уверена – элементарное безразличие и равнодушие. Но вызывает уважение настойчивость Умурзака Ихтиляпова, его нежелание мириться с тем, чтобы имена достойных людей на­шей области предавались забвению по вине равнодушных чи­новников.
Генерал Бакиров, действительно, легенда костанайской правоох­ранительной системы. Жизнь не баловала его, к высокому званию он шел честным и трудным путем. Когда началась Великая Отече­ственная война, ему было только шестнадцать. В 1942-м он ушел добровольцем на фронт, был ранен, участвовал в освобождении городов Украины, Чехословакии, Польши, за что и получил боевой орден Красной Звезды.
 
Службу в правоохранительных органах начал с участкового ин­спектора. С годами добавлялись звезды на его погонах, менялись должности и звания. И только неизменной оставалась преданность присяге.

Страница из главы, посвященной династии Бакировых
 
В 1961 году Бакирова назначают первым заместителем началь­ника УВД Кустанайской области. А через время он становится главным начальником полицейских нашего региона. Простым, до­ступным и очень откро­венным мне запомнился он во время интервью, которое я брала у него для областной газеты. В этой должности чест­но проработал он долгие годы, вплоть до ухода на заслуженный отдых.
 
В прошлом году в «Издательском доме» вышла книга «Служим народу». В ней – рассказ о буднях полицейских на службе независи­мого Казахстана. Мно­гие страницы посвяще­ны генералу Бакирову. Его вспоминают как очень строгого, но по-оте­чески за­ботливого и справед­ливого. Для многих он стал крестным отцом в профес­сии, десятки без­усых лейтенантов при нем стали полков­никами.
 
О его скромности рас­сказывают легенды. Многих из младшего состава генерал знал по имени, понимая, с какой опасностью связана служба в органах. Он берег своих ребят и при выполнении опасных заданий как бы не­зримо оставался рядом. Для особо нуждающихся выбивал кварти­ры, устраивал ребятишек в детские сады. Для себя лично никогда ничего не просил, жил в обычной квартире. И ни разу не запятнал своего доброго имени, не позволил превратить себя в свадебного генерала или «почетный трофей» для любого торжества. «Там, где Бакиров, закон и порядок», – говорили его подчиненные. Многие до сих пор гордятся, что работали рядом с Бакировым.
 
Так неужели в нашем городе не найдется улицы, которая бы но­сила имя этого настоящего генерала?..

Рисунок Владимира БЕРЁЗКИНА

Радость студента

Нурлан: «Я приехал на уче­бу из деревни. Это было восемь лет назад. Получал стипендию. У меня был знакомый, старше меня на три-четыре года, он у меня брал в долг по 200-500 тенге, просил закинуть на счет. Как-то раз пригласил меня в баню, накрыл шикарный стол и рассказал, что играет на спор­тивном тотализаторе. Выиг­рыш позволил ему накрыть этот стол. Сейчас понимаю, что мною манипулировали.
 
Я начал тоже играть. Понача­лу выигрывал, радовался: для студента лишних денег не бы­вает. Потом начал проигрывать, влез в долги, вынес бытовую технику из дома. В конце кон­цов признался во всем отцу. Был большой скандал. Отец распла­тился с долгами. Я продержался месяц, потом сорвался, набрал долгов вдвое больше того, что было – полтора миллиона тен­ге. Учебу забросил, с друзьями рассорился. Родители продали недостроенный дом, зарезали скот, чтобы расплатиться с кре­диторами. Я жил в притонах, бомжевал. Игра для меня была важнее людей, потому что ожи­дание выигрыша сводит с ума».
 
Михаил: «Лет десять назад был настоящий букмекерский бум. Первые ставки, скорее, из любопытства делал. Ста­вил сначала понемногу, потом больше. Стипендия была 12- 13 тысяч тенге, а здесь за день можно было выиграть столько же. Со временем хочется боль­ше, накрывает эйфория, появля­ется ощущение, что ты можешь менять свою жизнь. После вто­рого или третьего курса мы с друзьями получили деньги на производственной практике. С зарплаты скинулись по-крупно­му, выиграли столько, что смо­гли купить ноутбуки (один та­кой около 400 тысяч тенге сто­ил тогда). Позже я его продал за 60 тысяч, чтобы очередную ставку сделать…»

Отступление первое. В какой-то момент оба молодых человека от­правились служить в армию. Там не иг­рали и вполне нор­мально себя чувст­вовали. После демоби­лизации Нурлан стал пожарным, а Михаил – полицейским.

Ставки по-взрослому

Нурлан: «После ар­мии я не играл до тех пор, пока не увидел, как коллега сидит над ставками. Предло­жил ему помощь, я же типа разбирался в спор­те. На первых порах выигрыши были, по­том опять пошли про­игрыши, долги, кре­диты – все по новой. Через месяц перестал выходить на работу, через два попросили напи­сать заявление «по собст­венному желанию». Идти было некуда, жил два месяца в компьютерном клубе».
 
Михаил: «Среди коллег каж­дый второй играл на спортив­ном тотализаторе. Я оказывал некоторые услуги людям, за что получал деньги. В какой- то момент эти деньги я тоже начал ставить на тотализатор, проигрывать стал. Успокаивал себя тем, что возьму кредит и выскочу. Долгов становилось все больше. В итоге брал день­ги, но обещанное не выполнял. Мною заинтересовалась анти­коррупционная служба. Возбу­дили уголовное дело. Светил реальный срок за мошенниче­ство. С помощью родственни­ков удалось погасить все дол­ги и меня приговорили только к штрафу».

Попытки выбраться

Нурлан: «Я ходил к психо­логу или к психотерапевту, не помню точно. Он говорил ка­кие-то правильные вещи, но меня это не цепляло, и я под­умал, что человек просто за­рабатывает деньги. Позже меня родители возили к цели- тельнице, тоже не помогло».
 
Михаил: «Посещал психоло­га, эффекта не дало. Думаю, что бессмысленно пытаться испра­вить человека, если он «сидит на игре». Так же, как и беспо­лезно начинать реабилитацию наркомана или алкоголика в момент, когда они продолжа­ют употреблять наркотики и спиртное. Когда встал вопрос о повторном визите к психологу, я отказался. Он дал контакты реабилитационного центра».

Последний выбор

Нурлан: «Отец плакал. Я сказал: если еще буду играть – повешусь. Так и случилось в итоге. После того как взял кредит на бабушку и проиграл деньги за полтора часа, я сел с веревкой в автобус. Выскочил на конечной, перекинул верев­ку через ветку, позвонил ма­тери, сказал, что прощаюсь с жизнью, сказал, где я. В этом тоже была манипуляция. Влез в петлю, повис, секунд через десять ветка треснула, я упал. Лежал на земле и обещал Все­вышнему, что больше так де­лать не буду. Каждый раз это обещал. После этого жил на съемных квартирах, сбегал оттуда и не платил. В итоге в 2022 году отец опять меня на­шел и поставил перед послед­ним выбором: или ложусь в реабилитационный центр, или меня убивают кредиторы».
 
Михаил: «После скандала с уголовным делом жена пригро­зила, что уйдет с ребенком. И я согласился пройти курс лече­ния».

Отступление второе. Нур­лан проходил реабилита­цию пять месяцев в Алма­ты, Михаил – четыре ме­сяца в Астане. Сценарий в обоих случаях один: изоля­ция, запрет на пользование телефонами, беседы с пси­хологами и психотерапевта­ми. В штат центров входят и те, кто ранее был зависим от алкоголя, наркотиков, игры. Они также помогали беседами и советами тем, кто пытался излечить­ся от игровой зави­симости. Стоимость пребывания в таком частном заведении – 350-500 тысяч тенге в месяц.

Режим самоограничений

Нурлан: «Я сейчас работаю логистом в Алматы. Не смо­трю спортивные передачи, не играю в компьютер­ные игры, смартфоном пользуюсь только по работе. Не встреча­юсь с теми, кто де­лает ставки. Что­бы не сорваться на игру, стал тру­доголиком. Букмекер­ские конторы очень до­ступны, и это большая проблема. До работы я иду 500 метров, и на этом пути мне раз пятнадцать попадает­ся наружная реклама спортив­ных ставок. Во мне до сих пор живут два человека, я это пре­красно понимаю. Один из них до сих пор тянется к спортив­ным ставкам. Если он побе­дит, то закончит свою жизнь в тюрьме или больнице».
 
Михаил: «После возвраще­ния в Костанай я устроился на работу. Начал постепенно от­давать долги – семь миллио­нов тенге. Работаю логистом и психологом – это мое первое образование. Пытаюсь помочь игроманам как могу. Спустя полтора года я снова стал по­сещать букмекеров. Ставлю не больше пяти тысяч тенге в месяц, контролирую себя. Иг­рок не может полностью вер­нуться в общество. Возможно, пять-десять процентов игроков на спортивном тотализаторе не уходят в «минус», но я таких не знаю».

Отступление заключи­тельное. И Нурлану, и Ми­хаилу в обоих центрах го­ворили о том, что из груп­пы в 20-30 человек только двое-трое не сорвутся и не начнут играть без тормозов. Это считается хорошим ре­зультатом… От этого тоже страшно. Устойчивой сис­темы, которая помогла бы игроману после реабилита­ции остаться в нормальной жизни, похоже, у нас нет. 

Ставка больше, чем всё

В нашем аккаунте в Instagram @kstnews.kz мы предложили костанайцам поделиться историями об увлечении спортивными ставками. Вот что нам написали читатели.

• «Муж взял кредит сто тысяч тенге. Делал с другом ставки. Оба проиграли. В на­шей семье произошел скандал. Супруг поо­бещал больше не играть. С банком распла­тились, но я теперь контролирую расходы мужа. Если человек увлечен этим, может запросто сорваться»
• «Только отрицательный опыт от этих ставок. Настоящая болезнь. Брат проиграл все, что можно: квартиру, машину, заложил в ломбард золото жены и мамы, дачу, семей­ный бизнес. Теперь родители рассчитывают­ся с его долгами, а он продолжает играть. Ро­дителей жалко, но отвернуться от сына они не могут».
• «Сколько семей страдают от этого! По­чему не закрывают? Мужики всю зарплату туда относят, в долги лезут, а бедные жены все это терпят».
• «Насильно букмекерские конторы не за­ставляют вроде ставить – каждый сам вы­бирает это дело. Разве не так? P.S. Я не ста­вочник)»
• «Горе родителям, когда дети хотят моментально приумножить деньги. Проиг­рали все, и в кредитах еще. Но не останав­ливаются. Болезнь. Запретить их и заблоки­ровать!»
• «Этим занимаются лодыри и халявщи­ки, ждут свою Жар-птицу. Мозги бы работа­ли! Если не умеют, то лучше туда не лезть. А конторы ни при чем: они же не заставляют это делать, выбор делают глупцы».

Магистраль

Официальная причина – все доступные мощности в областном центре загружены. В целом в регионе, по данным управления энергетики и ЖКХ, задействовано более 70% доступных мощностей. В ведомстве также отмечают, что мы зависим от российского газа, который поступает по магистральному газопроводу Бухара – Урал.

– В дальнейшем видим решение проблемы в строительстве газопровода со стороны Актюбинской области, – отметил замруководителя управления энергетики и ЖКХ Костанайской области Азамат Нариман. – Проект будет долгим и требует поддержки Правительства РК. Стоимость неизвестна.

Речь о строительстве магистрального газопровода протяженностью около 585 километров. Чтобы понять цену вопроса, сначала надо определиться с диаметром трубы, местом установки компрессора, а также объемом газа, который будет идти с запада Казахстана в наш регион. И делать это надо сейчас, потому что к 2025 году ситуация усугубится.

АГЗС

Именно к этому времени выберут резервы газораспределительной станции (АГЗС), которую возвели в Костанайском районе и планируют ввести в эксплуатацию уже летом текущего года. Об этом проекте заговорили сразу после принятия АО «КазТрансГаз Аймак» моратория на выдачу техусловий в январе 2021-го.

К слову, часть мощностей этой АГЗС уже зарезервировали под строительство жилых микрорайонов в Костанайском районе. Из 150 тысяч кубов газа (мощность станции) свободно около 70 тысяч кубов. Этого объема хватит на несколько лет. Дальнейшая перспектива – строительство другого газопровода либо переход на иные источники энергии.

Однако бизнес отвергает предложения о переходе на электрическое или центральное теплоснабжение. Причина проста – дороговизна. Это, безусловно, негативно скажется на конечной цене производимой продукции, оказываемых услуг.

Одно из предложений предпринимателей – ввести такое понятие, как временные технические условия. Это позволит не останавливать хотя бы проектирование объектов. Идею озвучивают не первый год, однако со стороны газовиков помощи нет. Хотя бизнес через отраслевые ассоциации просил их помочь сформулировать поправки в действующие нормативно-правовые акты.

Последствия

Предприниматели приводят простые, но показательные примеры. Директор ТОО «ОРТ» Айтжан Есенгельдинов рассказал, что на территорию рынка провел газопровод за собственные деньги, даже успел газифицировать часть складов. После заработал мораторий. Есть нарекания и по скорости принятия решений.

– В апреле вы, как предприниматель, получите техусловия и проведете газ за месяц, но документацию сможете оформить только к осени, – описывает собственную практику Айтжан Тайгенович. – И то, к руководителю надо заходить. Документы из кабинета в кабинет очень долго ходят. Надо этот бюрократизм убрать. И провести ревизию выданных техусловий.

Бизнесмены во многом уверены, что часть зарезервированных объемов не использована. Предпринимателям известны факты продажи техусловий в Костанае. А это уже коррупционные риски.

Несмотря на все нарекания, со стороны газовиков инициативы по решению проблем бизнеса, предложения по возможным схемам взаимодействия не звучат. Ссылаются лишь на внутренние правила, законодательство, контроль антимонопольного комитета. Не согласны здесь и на переговоры с теми, кто не использует полученные мощности.

– Когда выдают техусловия, человек вправе их реализовать, – отметили в областном производственном филиале «КазТрансГаз Аймак». – Забрать это право нельзя. Забрать условия нельзя. Только если человек сам откажется. Если же мы начнем призывать к этому, не обвинят ли нас в злоупотреблении своим положением?

В качестве варианта бизнес предложил дать объявление с предложением к бизнесу отказаться от неиспользуемых мощностей. Идею назвали несколько наивной, но не лишенной права на жизнь.

Карабалыкский район, Рыбкино. Дети есть. А школа – лишь начальная. Вдруг и ее закроют! Может, кенес остановит ликвидацию школ – смертельный удар для всех малых сел.

Кенес вошёл в повестку
 

Из проекта закона о местном самоуправлении в РК: «Кенес – орган местного самоуправления, …выражающий волю населения и в соответствии с законодательством Республики Казахстан определяющий меры, необходимые для ее реализации, и контролирующий их осуществление на территории города районного значения, села, поселка, сельского округа».

Примерно месяц назад проект вошел в Мажилис. И остановился. По причинам вполне объективным: глава государства распустил Мажилис, выборы нового Парламента назначены на март – это уже квартал без кенеса из запланированного времени. Возьмется ли восьмой созыв с ходу за самоуправление – большой вопрос.

Пока местное самоуправление пребывает у нас в зависшем состоянии – между законопроектом и законом, между необходимостью и невозможностью…

Широкая путаница

Стоит задать вопрос «Гуглу», как он начинает экскурсию по тегам «местное самоуправление». По ходу движения выясняется, что на протяжении двадцатых едва ли не каждый год с этим тегом что-то одобряли и принимали. Последнее по времени обсуждение «Гугл» выдает из Мангистау, датируя его июлем прошлого года.

Центральное ТВ РК рассказывает, что секретари маслихатов в Мангистауской области подготовили сто предложений по данной теме, что глава региона участвовал в работе форума. Короткий сюжет заканчивается словами одного из спикеров: лучше, если бы на местах все это обсудили самостоятельно.

Лучше поздно или никогда?

Какая ситуация в Костанайской области? Пока идет возня с трактовками, села утрачивают тот или иной статус, а рикошетом и школы: средние переходят в основные, а те – в начальные. Так называемый принцип домино. Или, как сказал один красный директор, «смертельный удар» для села. Осталась только начальная школа – и все зашаталось.

И страшно сказать: процесс этот видится необратимым. На всякий случай надо поставить знак вопроса, чтобы дать шанс будущему кенесу выправить ситуацию. Просматривается ли такой шанс в законопроекте?

Про права

Статья «Права членов местного сообщества» начинается хорошо. Членами кенеса могут быть граждане, независимо от их «происхождения, социального, должностного и имущественного положения, пола, расы, национальности, языка, отношения к религии, убеждений, принадлежности к политическим партиям и общественным объединениям».

Далее идет право избирать и быть избранными, право направлять обращения в госорганы и другие организации, право участвовать в заседаниях. Ограничение прав не допускается. Если ограничивают, можно обжаловать в судебном порядке.

О проектируемых принципах местного самоуправления – разговор другой. Вовлеченность граждан, прозрачность и открытость не обещают больших катавасий. Задуматься в этой статье надо о самостоятельности (внимание!) – организационной, экономической и финансовой. Не здесь ли заложен камень, чтобы спотыкаться и откладывать раз за разом проект в долгий ящик?

Денисовский район, Покровка. Зал без зрителей. Без смысла и радости. Повсеместный вопрос местного значения.

Ни того ни другого

Ветеран госслужбы Евгений Аман в разные годы руководил районом, был депутатом сената, ответсекретарем Минсельхоза РК, первым заместителем акима Костанайской области, говорит, что для самоуправления нужно многое из того, что нужно для управления вообще. Главное же – полномочия и финансовые возможности. На деле ни того ни другого пока нет. Сейчас почти все деньги распределяют на места из республики и области. Если так и останется, самоуправление будет формальным.

Слова нашего эксперта проецируются и на законопроект. Финансовоэкономические основы местного самоуправления вместились в самую короткую статью из трех пунктов. Первый: бюджет территории (город, село, округ), второй: коммунальное имущество, закрепленное за коммунальными юрлицами местного самоуправления, иное имущество… Дополним вкратце: наверняка забуксуем.

Между тем финансовая часть, по мнению другого эксперта, Мирамгали Акмолдинова, не на первой строчке проектных сомнений.

Увязка требует развязки

Мирамгали Акмолдинов – спортсмен, тренер. Несколько лет работал акимом села Новопавловка Карасуского района (бывший совхоз «Ключевой»). В свое время «КН» не раз обращались к его экспертному мнению по сельским вопросам. Ценили за прямолинейность. Полистав нынешний законопроект, Мирамгали сказал: лучше поработали, подробнее, чем над прежними, появилась конкретность в некоторых пунктах. Но…

По его мнению, тесная увязка кенесов с местными акиматами и маслихатами лишает смысла этот проект. Нужно развязать эти ветки, дать кенесам работать без оглядки на исполнительные и представительные органы, не нарушая законов, конечно. Помочь собрать бюджет, обозначить реальные, а не гипотетические источники.

– Что мешает, например, акиматам устранять накопившиеся проблемы? Власть у них есть, полномочия есть, а до дела, до решения доходит минимум запросов от населения. Придут кенесы, их заставят плясать под дудку акиматов, выслушивать, что денег нет, техники нет, активных людей тоже нет – они уехали, все бросили и т.д. На старой базе возможностей ничего нового построить не удастся, – считает Акмолдинов. По его мнению, кенесы опоздали в глубинку.

– Я все время на связи с Новопавловкой. Там была дорога убитая, сейчас новую построили. Базовое ТОО отлично работает. А люди все равно уезжают.

Закон, который «распустили»

Первый закон о местном самоуправлении в Республике Казахстан Вера Семенова считает лучше последующих попыток, потому что только он и работал. Семенова – бывший секретарь Костанайского областного маслихата, и это не единственная ее высокая должность.

– Закон утратил силу вместе с роспуском Верховного Совета в 1993 году – он действовал на территории республики чуть более двух лет, – поясняет Вера Григорьевна. – Его преимущество в том, что выстраивался он на базе наработок уже существующих различных органов местного самоуправления. В Костанае, напомню, успешно работали КОСы – комитеты общественного самоуправления. Я это подчеркиваю, потому что нам с их помощью удалось разбудить население. Время было очень сложное, и эти комитеты упорядочили многие процессы, включая ЖКХ, помощь малообеспеченным, уличную торговлю и т.д. Однажды, опираясь на закон, мне и костанайскому градоначальнику Василию Корневу даже удалось сформировать бюджет Костаная.

Но сам факт нового законопроекта вызывает у нашей собеседницы оптимизм и надежду, что он сослужит службу.

РАЗГОВОР С АКТИВИСТОМ
Орымбай Кульдинов живет в селе Новоалексеевка Алтынсаринского района. Он – активист на общественных началах. Переживает, ездит по инстанциям, добивается – так говорят о нем односельчане. Высокая оценка, поэтому к нему и вопрос:

– Каким вы хотели бы видеть кенес? Чем он должен заниматься?

– Смотрю на людей, и мне кажется, что все сидят на чемоданах. Что дай денег, дай транспорт, и они поедут куда глаза глядят. Почему так? Начну с малого: почтальона сократили, отделение почты открывают во вторник и в четверг. Водопровод провели, но все неряшливо бросили. Дороги в селе не ремонтируют. Бурьян стоит там, где раньше были красивые улицы. Никому это не нравится, но порядок наводить некому. Может, и в кенес идти не захотят. Доверие угасает. Было намечено поставить новый обелиск землякам, погибшим на войне. В чате селянам предложил обновить памятник, люди деньги собрали. Но с одного срока на другой отодвигается результат. Стыдно за это. Успокаиваем себя тем, что мы еще не хуже всех живем…

ОБСУЖДАЕМ ТЕМЫ:
1. Внеочередные, но другие.
2. Китайский капкан.

ЭКСПЕРТЫ:
1. Альберт РАУ – государственный и политический деятель РК, доктор экономических наук.
2. Бексултан ТУТКУШЕВ – депутат Сената Парламента РК 1-3 созывов, кандидат медицинских наук.

А. РАУ: «Мажоритарная система вернулась по воле народа»

Предугаданная колкость

– Альберт Павлович, как вы относитесь к народной колкости о выборах, мол, опять очередные внеочередные?

– Эту колкость я предвидел. Референдум о поправках к Конституции предопределил политический процесс и не только на 2023 год. К новым задачам нужен новый Парламент. По моему убеждению, рядовые избиратели заинтересованно следят за реализацией предвыборной программы Президента Токаева. В ее контексте и проводят внеочередные выборы в Мажилис и в маслихаты.

Районы и города возвращаются к выборам по одномандатным округам – там ожидается более персонифицированная кампания. Если у народа есть фавориты, есть возможность увидеть их в маслихатах и в Парламенте.

Партийный ресурс

– Партийцы будут кандидатами и в одномандатных округах? Избиратель может не понять, что изменилось.

– Кандидаты-одномандатники могут опираться на партийный ресурс. Везде и всюду партии борются за власть. Посмотрите на самую демократическую страну, как она себя позиционирует, на США. Всего две партии держат едва ли не абсолютную власть в стране и не знают пощады друг к другу. Баллотируясь, американский кандидат обязательно заявляет, членом какой партии является.

В Европе такого ожесточенного противостояния не наблюдается. Но, к примеру, в Германии одномандатные округа выставляют партийных кандидатов. Избиратель это принимает нормально. Бывает, что он по одному списку голосует за партию, которую поддерживает, а по другому он против кандидата по одномандатному округу, хотя тот относится к партии, за которую бюргер только что проголосовал. Такова демократия.

Будем надеяться, что и у нас устоятся политические традиции. Тогда необходимость во внеочередных выборах отпадет. Подчеркну: беспартийные кандидаты и депутаты обязательно будут, потому что мажоритарная система вернулась по воле народа.

Кто заявлен?

– Народ хотел и многопартийности.

– Например, зарегистрирована партия с экологической повесткой. Это объяснимо: проблем в этой сфере много. Есть и другая сторона: «зеленые» давно в мировом тренде – дождались их и мы. Но с участием «зеленых» решения порой доходят до крайности, создавая проблемы в реальной экономике.

Что говорил Муртаза Рахимов

– Россия недавно похоронила одного из своих политических ветеранов – Муртазу Рахимова. Будучи президентом Башкирии, он, ироничный и умный, сказал: некоторые хотят командовать партиями, тогда как ранее и тремя курицами не командовали…

– Когда я работал в Лисаковске, мы тесно общались с башкирским городом Сибаем – обменивались опытом. Довелось встречаться с Рахимовым. Вы вспомнили его высказывание, а я легко представил интонацию. Думаю, он имел в виду тех, кто дает пустые обещания: лишь бы люди проголосовали. Но за их спиной никакого опыта и впереди ничего реального. Этого нам надо избежать.

Отношения улучшаются

– Кто нам пример – Запад или Восток?

– Если взять привычное клише «на Западе», то мне лучше других стран понятна Германия. Благодаря своему участию в межправительственных комиссиях, я был наблюдателем от ОБСЕ на выборах в бундестаг. Возглавляя группу дружбы с бундестагом в Мажилисе, вижу реальную политическую жизнь в этой стране, бываю там. На разных этапах современной истории Германия старается не делать резких шагов. И это правильно.

– Отношения Казахстана и Германии не испортились на фоне нынешней геополитики?

– Они все время улучшаются. Усилился интерес германского бизнеса к нашей стране. Да и политиков тоже. За последний год только в Астане встречался с десятью депутатами бундестага. В феврале принимаем группу еще из пяти представителей разных фракций.

Б. ТУТКУШЕВ: «Мир теряет светлое будущее»

Цифры как факты

– Бексултан Серикпаевич, мировая новость «в Китае впервые за 60 лет сократилось население» Казахстану может показаться смешной: сколько их, и сколько нас.

– Постепенно, но давно Китай шел к отрицательному значению роста населения. Коэффициент рождаемости – количество детей на одну женщину детородного возраста – в 2021 году составил 1,28. В Казахстане в 2020 году было 3,13. Но в 60-70- е годы прошлого века в нашей республике этот показатель, а по сути, демографическое достижение, достигал 4,2–4,5. Мы резко ушли вниз с начала 90-х: одна потенциальная мамочка рожала 2,1–2,2 потомка.

Memento mori

– Мы еще помним времена, когда женщины рожали много, но дети умирали.

– Уровень смертности в Китае все время снижается, по 2022 году показатель составил 7,37 на тысячу человек. В Казахстане, для сравнения, он – 9,3. В 90-х у нас умирали 10-11 человек на тысячу населения, при низкой рождаемости. В 2015-м рождаемость после заметного роста снова снизилась. Потом «двухтысячники» выправили ситуацию. Но в 2020-21 годах резко увеличилась смертность на фоне пандемии – больше, чем на 10%.

В Китае власть объявила беспрецедентную борьбу с рождаемостью: с 1979 по 2017 год в КНР действовал закон «Одна семья – один ребенок», вследствие чего с коэффициента 6 там докатились до 1,28. Подобные демографические решения – капкан для любого государства.

Демографическое поведение

– Китай угодил в капкан первым?

– И, может быть, последним. Мера была вынужденной: бедность, нехватка продовольствия. Если ограничение рождаемости можно оценить словом «эффект», то он был достигнут. ВВП на одного человека в КНР, если сравнивать 70-80–е прошлого века и 20-е нынешнего, вырос в несколько раз.

Но так уж повелось: чем выше благосостояние семьи, тем меньше детей. Вот это и есть настоящий капкан. В Японии в конце Второй мировой возобладал принцип «работать на себя». В мирное время страна богатела, а семьи становились все меньше. В ходе командировки в Японию мне и коллеге по сенату Евгению Аману подчеркивали: в детсадах, в школах много пустых мест. Стимулов рожать достаточно, но японцы не реагируют. Почему? Демографическое поведение формируется длительный период. Поэтому и в Китае резкого увеличения рождаемости не будет.

О чём переживать нам

– Теперь, когда население уменьшилось, товарищ Си будет волосы на себе рвать?

– Сомневаюсь. Искусственный интеллект, роботизация восполнят прогнозируемый дефицит рабочей силы в Китае. А нам и вовсе не стоит о китайцах переживать – будем думать о родном Казахстане. Приведу пример: на последнем по времени заседании правительства встал вопрос: мы – девятая в мире территория, а пастбищ нам не хватает. Как понимать? Все просто: позахватывали, грубо говоря, угодья. Косвенно это тоже влияет на вопросы обсуждаемой темы. Село теряет пастбище, а вместе с ним уверенность в завтрашнем дне. Молока меньше, а это детская пища. Причинно-следственные связи – дело властей.

Каждые 20-30 лет показатели могут падать или расти. Приходит новое поколение и решает, рожать или не рожать, жить или умирать. Геополитика, войны – враги позитивной демографии. Вот и сегодня мир теряет светлое будущее…

Собачья мотивация

Есть в этой доброй истории и маленькие сердечки. Они украшают тетради третьеклашек. Каждое закрашенное – не только труд ученика, но и пропитание для хвостатых обитателей приюта. Его название тоже символично – «Сердце чистейшей породы»…

– Елена Васильевна, как вам в голову пришла такая замечательная идея – мотивировать детей добрым делом?

– Я люблю животных. У меня дома живут собака и кошка. В августе кошка заболела, ей нужно было срочное переливание крови. О моей беде узнали волонтеры и сразу откликнулись. Это удивительные люди, которые тратят львиную долю своих зарплат и личного времени на спасение животных. Мне захотелось тоже внести свою лепту, я стала помогать приюту.

А потом возникла идея привлечь к этому детей. Сейчас часто публикуют статьи о жестоком обращении с животными. Стараюсь, чтобы дети выросли отзывчивыми людьми. Доброе отношение к животным влечет за собой доброе отношение к людям. 1 сентября у нас был праздник, мы собрались в классе с учениками и родителями. Одно из заданий было о волонтерах. Я спросила деток, не хотели бы они попробовать себя в этой роли? У них загорелись глаза, тогда я предложила за каждую отличную оценку выдавать по сто граммов корма. Сделала им обложки для тетрадей с надписью «Помоги животным» и с сердечками, которые дети закрашивают, когда получают пятерки. В конце первой четверти мы собрали 14 килограммов корма и поехали в приют.

– Не было опасений по поводу того, как пройдет эта встреча? Все-таки в приюте живут собаки с тяжелой судьбой…

– Было волнительно – думала о том, как поведут себя собаки, не будут ли бояться дети… Но я созвонилась с руководителем приюта Людмилой Берестовой, поговорила, она очень обрадовалась нашей инициативе. Дети общались только с небольшими дружелюбными собаками, которые уже социализировались.

В моем классе замечательные родители, которые привезли с собой кучу подарков – творог, кефир, поводки, миски… В общем, довольны были все. Дети два часа провели на свежем воздухе, играли с животными. Эмоции непередаваемые. Одна девочка из нашего класса боялась собак. К концу визита ей удалось побороть свой страх – она видела, как другие общаются с четвероногими, и вскоре сама с удовольствием играла с ними.

– Дайте угадаю – после этой встречи в чьей-то семье завели питомца?

– Да, у Богдана. Но многие дети до сих пор просят родителей завести собаку. В приюте все как на подбор – симпатичные, веселые. Я не ожидала, что их содержат в таких условиях. Особенно если учесть, что Людмила Берестова работает одна, а животных в приюте около сотни.

– Дети стали лучше учиться?

– Ну конечно! Это же ответственность. К тому же дети хотят побыстрее накопить еще корма, чтобы снова съездить в приют. Кстати, во второй четверти мы решили помогать не только животным, но и деревьям – объявили конкурс на сбор макулатуры. И нас, конечно, поддержали. Школа собрала две тонны. Вклад нашего класса – 520 килограммов. Родители искали макулатуру по всем гаражам, бабушкам и родственникам. На вырученные деньги закупили восемь мешков корма для собак. Наш класс поделил первое место с 3 «Б», но так как мы недавно были в приюте, уступили им возможность отвезти приз собакам.

Тогда и сейчас

– Сейчас такой формализованный подход в образовании, что очень отрадно узнать о таких неравнодушных педагогах, как вы…

– На самом деле много учителей, которые горят своим делом. Я работаю в 23-й школе уже 31 год, с самого основания. У нас замечательные педагоги. Вообще, я много общаюсь с учителями, и не только казахстанскими. Благодаря таким знакомствам наш класс сейчас переписывается со школьниками из города Куса Челябинской области. В их классе тоже 28 детей такого возраста. Вы знаете, сколько восторга было от каждого письма! Мы писали им о нашей стране, городе, о том, как наш класс любит животных. Россияне попросили написать несколько слов по-казахски, в ответ присылали письма о своей жизни.

Мы даже обменивались подарками. Наш класс отправил туда посылку с казахстанским шоколадом, школьники из Кусы прислали нам уральские камешки.

– Сильно ли поменялись дети за 30 лет вашей работы? Какое оно, нынешнее поколение школьников младшего звена?

– Раньше дети были начитанны. Сейчас больше сидят в гаджетах. Но мне все-таки кажется, что они более развиты. Где-то даже меня учат своим примером. Нынешний класс – дети пандемии. У них даже не было линейки на 1 сентября. Мы с ними многое прошли – масочный режим, ежедневные замеры температуры, антисептики. Некоторые детки переболели ковидом. Но сейчас они уже даже об этом не вспоминают, детская психика очень подвижна… Вообще, дети очень интересные. Несмотря на то, что я такая взрослая, мне нравится быть с ними на одной волне.

– Даже TikTok смотрите?

– Там тоже есть чтото полезное, что-то не очень… Как и везде.

– А к программе нынешней как относитесь?

– С новой программой познакомилась раньше других учителей, так как в соавторстве с Раисой Бучиной и Ольгой Трухановой работала над созданием учебников нового поколения «Русский язык» и «Литературное чтение» издательства «Алматыкiтап баспасы», по которым сейчас занимаются первые, вторые, третьи и четвертые классы. Это была большая ответственность. Создание учебника – непроизвольное творчество авторов. Понимаем, что есть в программе свои плюсы и минусы. И, как бы ни говорили, современных детей нужно обучать согласно реалиям мира, в котором мы живем. Конечно, наши книги не идеальны, мы принимаем критику и признаем, что их нужно совершенствовать, переписывать в соответствии с потребностями детей.

Например, учебник за второй класс переиздали – посмотрели, что было удачным, а что – нет, как материал усваивали ученики, и что-то изменили. Это колоссальный объем работы, но вместе с тем было очень интересно. Мне вообще нравится моя профессия тем, что здесь есть простор для творчества. Например, пишу работы по формативному оцениванию, которые выкладываю в учительский чат. Сейчас в нем уже 4600 учителей со всего Казахстана. Я делюсь своими наработками, чтобы у педагогов была возможность получить какие-то материалы бесплатно, ведь даже в учительских группах сейчас многое продается. Хочется как-то помочь молодежи, хотя и взрослых учителей в чате много.

Такие дети

– Сейчас много говорят о статусе педагога. Изменилось ли, по вашему мнению, отношение к учителям?

– Когда я поступила в Костанайский государственный педагогический институт имени 50-летия СССР, на учителя начальных классов был бешеный конкурс – 11,5 человека на место! Тогда профессия была почетной. И в основном все, кто со мной учился, работают по специальности. Сейчас же учителя уважают не так, как раньше. Поэтому, возможно, молодежь боится профессии и не идет сюда. Бывали случаи, когда молодые учителя и месяца не проработали и тут же уходили из школы.

– А у вас не было такого соблазна за 31 год?

– Конечно, всякое было. Учителя тоже выгорают. Но это было связано в основном со взрослыми. С детьми – никогда. Они меня не утомляют. Каждый раз отдаю класс, и мне кажется, что таких хороших детей у меня больше не будет, а потом снова и снова удивляюсь и радуюсь первоклашкам…
 

Наше интервью было школьным от и до – закончилось по звонку. В класс забежали запыхавшиеся и растрепанные после физкультуры дети. И Елена Васильевна тут же переключилась на своих любимчиков. Мы узнали, кто танцор, кто хоккеист, кто как учится и чем увлекается. И запомнили. Потому что таких детей уже точно больше не будет.

Без моржей

19 января, -25. Вооружившись полотенцем и энтузиазмом, я направилась к воде. Место локации – городской пляж, где накануне ночью земляки активно окунались в освященную воду.

Энтузиазм покинул меня первым. Здесь, возле проруби, мороз показался крепче. И кусачее. Присутствующие объяснили, что это из-за испарения воды. Раздевалась я максимально быстро. Хотела сберечь свое тепло. Босыми ногами быстро-быстро потопала к проруби. На подходе скорость пришлось снизить. Примерно в метре от спуска образовался разухабистый ледяной каток, а деревянные поручни и ступени покрылись льдом, точно буграми.

Задержав дыхание, ступила на первую ступеньку. Потом на вторую, третью. Через пару секунд показалось, что от холода ноги отнялись по самые колени. Вода оказалась нечеловечески холодной! Я без раздумий рванула на сушу. Мокрые ступни премерзко прилипали ко льду. Кое-как натянула ботинки и пустилась в теплую машину.

Вот такая я трусиха. Надо найти способ отмолить грехи иначе.

По следам Иванова

Порфирий Иванов прославился тем, что ходил на морозе босым и обливался водой даже в самую лютую стужу. Такой бороды, как у него, у меня, конечно, нет (и, даст Бог, никогда не будет). А вот желание потрогать снег ступнями – очень даже было.

Вооружившись полотенцем и ведром воды, я вышла во двор своей многоэтажки. Вода была комнатной температуры, обливалась не с головы – так положено на первый раз.

Разделась на качелях. Пройти по снегу оказалось не страшно и не больно. Непривычно – да. Само обливание пережила стойко. По сравнению с купанием в проруби это сущий пустяк, ребята. Уже после, обсушившись и переодевшись, почувствовала прилив сил. Очень приятное ощущение. Через два дня запершило в горле и заложило нос – не очень приятное ощущение.

Вот что значит подходить к закаливанию без подготовки и без консультации врача. Не делайте как я.

Не улететь в сугроб

После всего пережитого прокатиться на снегоходе не страшно. Так думала я, направляясь к базе отдыха в Алтынсаринском районе.

Согласно прайсу, услуга стоит 3,5 тысячи тенге за маршрут в пять км. Никакого инструктажа и необходимой экипировки. Шлем мне предоставили исключительно по просьбе. Плюс никакой страховки – только хардкор. Прижаться к водителю – ни-ни (самое обидное). Чтобы не выпасть из седла – железные поручни. Пальцы пристыли к ним моментально, будто перчаток и не было вовсе.

Но самое страшное ждало меня впереди. Пять км – это очень даже длинный маршрут, скажу я вам. Первый километр я тупо орала от страха. Такой гладкий с виду снег хрустел под пятой точкой, кидая снегоход то вправо, то влево. Один раз забуксовали. А эти резкие повороты и торможения среди сосен! Я держалась за поручни так крепко, что начало ломить руки. Их сильно ломило и последующие три дня.

Водителю стоит отдать должное: из своего седла я так и не вылетела. Плюс к тому понаблюдала великолепнейший пейзаж – пять молодых косуль посреди леса. Красотища!

Сяду ли я на снегоход снова? Только в том случае, если меня возьмут на слабо.

Простые радости

Это уже про катание на тюбингах. Вот это по мне. Отобрав у младшей дочери «ватрушку», я направилась к проспекту Абая. Здесь, на склоне, любят кататься местные мальчишки. Наверняка, увидев взрослую тетеньку с детским тюбингом, они приняли меня за невменяемую. Посторонились, освободили спуск. И я поехала. Точнее, полетела. Снежинки, поднявшись от земли, бросились мне в лицо. Ветер обжег щеки. Какой же это кайф! Простое счастье, позабытое в детстве. Кажется, я даже смеялась…

Разными тропами

«По дорогам жизни нашей» – книга на казахском и русском языках – ведет читателя разными тропами, но не уводит с той дороги, которую полеводы назвали бы «красной», основной. Мало кто из сельчан в нашем регионе по такой не ездил – от ранней весны до глубокой осени. Но это в добрые времена, а были и недобрые.

В главе «Трудная судьба рода» речь идет о репрессиях. Уже знакомая нашим землякам и печальная линия воспоминаний: ссылка, Тюмень, голод, холод, гибель… Но дальше удивительная параллель, и она противопоставляет невзгодам и страданиям силу народа, его сплоченность и волю к жизни:

«Тем, кого увозили в Сибирь, разрешали оставить по одному ребенку родственникам или близким. Перед лицом смерти люди не теряли надежды… Деда (Бокана) увозили не одного, арестовали вместе с ним его братьев – Огена, Досымбека, Байкена, их жен. Была среди них и мать моего отца Патимат. Сын Бокана Жалмырза был уже семейным – Патимат женила его на своей родственнице Гаухар. Бокан оставил им своего сына Балмырзу (с детства его называли Балкеном, он – отец Сайрана Буканова. – Прим. авт.), Досымбек поручил им сына Караша, Байкен – сына Мухтара, дочь Шамай, Оген попросил присматривать за близнецами Жукеном и Сапаром. У самого Жалмырзы было двое малолетних детей – сын Даукен и дочь Марияш. Вот так в одночасье Гаухар стала многодетной матерью…».

Жалмырза погиб на фронте в 1942 году. Его супруга Гаухар одна воспитала и родных, и опекаемых детей

Гаухар

Это имя – Гаухар – встречается почти на каждой странице. Ее муж Жалмырза пал смертью храбрых в 1942 году, и с того времени, как он ушел на фронт, она осталась единственной опорой своим детям и оставленным на попечение. И одна лишь эта сюжетная линия заслуживает целой книги.

Долгое время Сайран Балкенович не знал своей точной родословной. Он считал Гаухар своей матерью, потом бабушкой, а она, хотя и бабушка, но не родная, а, условно говоря, лишь попечительница отца. Но она и самого Сайрана вырастила, а потом по казахскому обычаю и сына его, Еркина. Где бы ни жил, где бы ни работал Сайран Балкенович, мама-бабушка Гаухар была рядом. И в том же доме, под одной крышей жила родная мать Аклима. Две матери, две судьбы, две женских драмы и два женских подвига.

На этом снимке Сайран в кожаном пальто, перешитом из дедушкиного (о нем тоже есть строки в мемуарах). Рядом его мама Аклима с братишкой Сайляу и отец Балмырза (Балкен)

Противоречия

Отец Балмырза (Балкен) умер рано, в 37 лет. Есть люди, которые еще вспоминают его добрыми словами. Без главы жизнь семьи изменилась, материальное положение ухудшилось. Сайран в школьные годы то жил на чужих квартирах, то учился в интернате для малообеспеченных детей, и лишь государственная поддержка помогла молодому человеку получить образование и встать на ноги.

И вот здесь внимательный читатель обратит внимание на явную противоречивость оценок. Советская власть подавляла казахов – это одна оценка. Советская власть помогла вырасти настоящим человеком и Буканову, и целому поколению других людей, она предоставила, как сейчас говорят, «социальные лифты». Это уже другой вердикт тому времени.

Плеяда не только директороваграриев, но и рядовых механизаторов, животноводов, строителей разных национальностей возводила дома и объекты соцкультбыта, промышленные предприятия, дороги, линии электропередач…

Автор мемуаров и сам признает, что у него нет однозначного мнения о советской эпохе. То жестокой, то безмятежной, а главное, навсегда утраченной, она и запечатлена в книге. Автор не сразу смирился и с новой эпохой, рыночной. Даже с Назарбаевым вступал в спор, пытаясь отстоять совхозы, категорически был против их «отмены».

С болью за аул

О судьбе в книге сказано достаточно. С нежностью, которая освещает весьма суровое мужское повествование, Буканов поведал о жене Карлыге, о Герое Социалистического Труда Камшат Доненбаевой, о том, как много в жизни и в работе с ними связано.

В рассказе о карьере не упущено главное. Встречи с главами региона, с Елбасы, с посещением Акорды, когда был представлен к званию Героя, когда получил золотую награду и даже хмелел от радости – все это есть. Но как бы ни приятен был данный итог автору мемуаров, многие страницы пронизаны тревогой и болью за аул, за молодежь, за утраченные моральные ориентиры. В книге есть боль, есть нерв, есть гнев – все в лоб.

Не игнорируйте

«Избегайте запуска двигателя внутри гаража или любого другого закрытого пространства». «Даже если дверь гаража открыта, концентрация монооксида углерода здесь может достигать опасных уровней». Эти и другие подобные предупреждения часто можно слышать, когда речь заходит о закрытых автомобильных стоянках. И это верно, поскольку ежегодно тысячи людей погибают из-за отравления угарным газом. Но согласитесь, это не значит, что мы теперь должны полностью отказываться от гаражей.

Между прочим, ведущий «Автоугла» почти всегда ставит свой автомобиль в гараж. А уж в морозную погоду – обязательно! Более того, прямо там запускаю двигатель и немного прогреваю его. Только, пожалуйста, не включайте меня в число экстремалов, которым нравится игра «выжил – не выжил». Дело в том, что любой здравомыслящий человек всегда может снизить возможный риск отравления угаром до минимума. Если, конечно, его действия будут правильными.

А враг-то рядом

И скрывается он в выхлопной системе вашей машины. Хотя вроде бы все хорошо знают, что отравление окисью углерода – серьезный риск для человека, особенно когда выхлопные газы концентрируются в помещении или внутри автомобиля. Но почему же тогда люди порой допускают такое отравление?

Главная проблема заключается в том, что окись углерода не имеет запаха и она бесцветна. Поэтому, когда человек начинает ощущать последствия отравления, увы, иногда это уже может быть поздно. С учетом данных обстоятельств лучший способ избежать случайного отравления – предотвратить воздействие угарного газа на организм. А для этого нельзя забывать важные факторы.

Первый – это то, что запуск двигателя автомобиля в гараже вызывает резкий рост концентрации угарного газа в воздухе. Например, во время эксперимента специалисты установили, что работающий автомобиль в гараже, даже с открытой дверью, привел к тому, что уровень концентрации оксида углерода в салоне машины в течение нескольких минут достиг значения в 500 мг/л. Это очень опасный уровень. А если дать машине поработать 10-15 минут и при этом не выходить из гаража? Ответ очевиден: человек явно окажется на грани гибели!

Направленный выхлоп

Однако многие автомобилисты по-прежнему считают, что все же можно запускать двигатель прямо в гараже на несколько минут для первоначального прогрева, но с обязательным условием: либо открывают дверь в воротах (а если ее нет, то сами ворота), либо надевают на выхлопную трубу рукав (гибкий шланг) для газоотвода и выкидывают его на улицу. После этого машину выгоняют из гаража, где двигатель еще какое-то время продолжает прогреваться в зависимости от уличной температуры. После чего не торопясь – в путь!

Такой подход, считаю, вполне нормальный. Его и придерживаюсь. Благо, что в моем гараже дверь в воротах находится как раз напротив выхлопной трубы. Поэтому после запуска двигателя выхлопные газы прямиком устремляются на улицу. Но чего скрывать, какая-то их часть все равно остается в помещении, особенно когда на улице ветер. Поэтому я сразу же после запуска выхожу из гаража на дветри минуты, а если надо откидать снег, то и побольше. Затем открываю настежь ворота, фиксирую их, чтобы не закрылись из-за ветра. Так что, когда сажусь за руль, в гараже однозначно нет опасной концентрации угарного газа.

Кстати, недавно в соцсетях на одном автофоруме прочитал такое мнение: «Вариант со шлангом на выхлопной трубе хорош, но если в глушителе есть отверстия от коррозии или неплотное соединение труб выхлопной системы, то может произойти утечка выхлопных газов. А это опасно для здоровья и для жизни. Поэтому не рискуйте, прогревайте автомобиль с открытыми воротами гаража». Умный совет. Тут вряд ли кто-то станет спорить.

На остановке!

Ателье-мастерскую Ивана нашли не сразу. Не ожидали, что она расположена на… автобусной остановке!

– Я это место сразу приметил. Зацепило, что человек, проезжая мимо в автобусе, увидит информацию о нас, как потребуется подобная услуга – вспомнит, – говорит Иван.

Раскроив детали чехла кресла-мешка, он садится за швейную машинку. В мастерской их несколько. На стенах висят катушки разных ниток, пробники тканей. Здесь многое сделанное руками Ивана. К примеру, большой стол для раскроя, полочки для аксессуаров.

А ведь парень, признается наш герой, о швейном деле никогда не думал. Заканчивая школу, даже не знал, какую специальность выбрать. Родители не давили, и он рандомно ткнул в автотракторный факультет челябинского университета. Не доучился. Бросил.

Переосмыслил

– Шить где научились? – спрашиваю.

– В местах не столь отдаленных, – смущенно отвечает Иван. – Случилась со мной история. Знаете Робин Гуда. Вот я таким «робином» и оказался. Мне тогда 22 года было. Два года отсидел с пользой для себя. Переосмыслил взгляды на жизнь. Научился шить робы, полицейскую форму, шторы и даже мебель перетягивать. Когда началась пандемия, делали маски, комбинезоны. Мне понравилось. Понял, вот чем хочу заниматься.

– Адаптировался легко после освобождения?

– Первые полгода переломные. Раньше не понимал, как люди, только выйдя, возвращаются обратно. А все потому, что привыкаешь жить на всем готовом. Плюс денежку зарабатываешь и на себя тратишь. На воле надо себя обеспечивать, решать вопросы: где жить, что кушать. Бытовуха давит, и многие срываются.

От идеи до воплощения

Иван некоторое время проработал заведующим складом строймагазина. Купил себе швейную машинку, оверлок и стал дома принимать заказы. То брюки подошьет, то дорожную сумку сделает. А в душе идея шить бескаркасную мебель царапается и просится на волю. Решил рискнуть и уволился с работы.

На скопленные 120 тысяч тенге купил баннер, снял помещение, поставил машинку и оверлок. Этого оказалось достаточно, чтобы полгода назад открыть ателье. Параллельно подал заявку на грант по проекту «Бастау Бизнес». Но чуда ждать не стал, рассчитывал на себя. Ремонтировал одежду, перетягивал мебель, автосалоны, шил кресла-мешки… А в сентябре прошлого года, когда совсем не ожидал, получил грант.

Это дало большой толчок для развития его маленького дела. Иван купил еще одну промышленную машинку для тяжелых тканей, оверлок и парогенератор. Спектр услуг расширился, заказы выросли.

Начал со сложного

В углу мастерской сшитые кресла-мешки. Пара в виде футбольных мячей, «груши». Об этой бескаркасной мебели Иван узнал из Интернета еще в неволе. Посмотрел мастер-классы, нашел выкройки и переработал их под себя. Даже размеры рассчитал для детей (L) и для взрослых (XL, XXL). Причем крепости ради шьет бескаркасные кресла автомобильными нитками: те не рвутся.

– «Грушу» шить проще – всего восемь деталей, а вот для мяча требуется 32, – отмечает мастер. – Я почему-то начал со сложного – с мяча. Большинство клиентов заказывают кресла-мешки в тканном варианте или из мебельной ткани. Для них шью внутренний чехол, чтобы внешний можно было постирать. А кожзам этого не требует.

Иван достает мяч, развязывает внутренний чехол, набирает в руку наполнитель – гранулы пенополистирола. Эти мелкие пенопластовые шарики так и липнут ко всему. Они хороши тем, что гипоаллергенны и биологически нейтральны. То есть в них не заводится плесень и грибки.

Для наполнения кресел-мешков есть специальное оборудование. Но его нет у Ивана. Обычно он срезает угол полиэтиленового мешка, в котором приходит наполнитель, и вставляет внутрь чехла – так шарики и пересыпает. Мешки хранятся на складе – в гараже Ивана.

– Со временем полистирольные шарики теряют объем, – объясняет мастер. – Может это произойти через полгода или года два. Все зависит от того, как часто использовали кресло. В таком случае нужно просто досыпать наполнитель…

Кресла-мешки заказывают и костанайцы, и лисаковчане. Большой заказ на бескаркасные кресла парень недавно получил от ДК «Горняк». На днях большую «грушу» сшил для… кота. Наверняка, понравилась новая лежанка пушистику.

На будущее

Заказов стало в итоге так много, что на ремонт и пошив одежды времени не оставалось. Дело только-только начало окупаться – терять клиентов не хотелось. Потому Иван два месяца назад нашел себе помощника.

Планов у Бондарчука много. Собирается шить шопперы и эваковрики для автомашин. Они удобны в эксплуатации. В их ячейки собирается мусор, вода, и водителю нужно лишь вытряхнуть их. Но сначала требуется купить материал и специальную лапку для окантовки.

Выходных у Ивана нет. «Пока работа есть – работаю, – улыбается он. – Для меня это в удовольствие». И есть для кого стараться. Весной в семье Бондарчука пополнение: супруга Анастасия ждет малыша. Вот у кого точно будет самое крутое кресло!