Приговор сегодня, 6 апреля, вынесли в спецсуде по уголовным делам. Адвокаты Сарсен6аева уже назвали этот приговор неправомочным из-за огромного числа нарушений Уголовно-процессуального кодекса. Защитники в ходе судебного процесса заявляли ходатайства о признании доказательств недопустимыми и вынесении частных постановлений в адрес полицейского ведомства и прокурора области. Однако, заметили адвокаты, судья Аделия Хасенова не дала оценки их доводам.
Напомним, 48-летний Миршат Сарсенбаев работал в Доме культуры Карабалыка и параллельно вел свой блог «Неудобные вопросы Миршата Сарсенбаева». В начале февраля прошлого года в его поле зрения попал случай вывоза с Карабалыкской птицефабрики в степной накопитель отходов предприятия, включая еще полуживых отбракованных цыплят. Блогер снял видео и выложил его на своем канале. Птицефабрику после этого оштрафовали сразу два госведомства, ей пришлось заплатить штрафы. А к Сарсенбаеву приехал профессиональный адвокат Игорь Шишов, который, как выяснилось, по договору обслуживал еще и птицефабрику. Гендиректор предприятия Кайрат Маишев послал его в Карабалык выяснить ситуацию. Но уже после первой встречи с блогером в ДК Шишов под вымышленным именем написал заявление в полицию по поводу вымогательства. Якобы, тот за то, чтобы новые видео по птицефабрике не появились, потребовал автомобиль стоимостью порядка 20 миллионов тенге. Возбудили уголовное дело, правда, долго разбирались с тем, кто же в этой истории потерпевший. В итоге им стала птицефабрика в лице генерального директора. А Игорь Шишов стал в суде представителем потерпевшего.
В последнем слове подсудимый Сарсенбаев заметил, что никогда ничего не вымогал, никому не угрожал и не требовал. Однако после возбуждения уголовного дела все внимание с птицефабрики переключилось на него. Надо заметить, что при допросе в суде гендиректора предприятия Кайрата Маишева тот отметил сложности, в частности, с задержками кредитования, которые возникли после публикации Сарсенбаевым ролика и последующим возбуждением уголовного дела по вымогательству.
Разъясняя приговор, судья Аделия Хасенова подчеркнула, что вымогательство обязательно предполагает угрозы. Прямых угроз со стороны блогера не было, но они могли быть в завуалированной форме, если потерпевший их воспринимает как угрозы. Но кто в этом случае? Официальный потерпевший Кайрат Маишев первый раз увидел блогера в суде.
В основу приговора положены слова и утверждения Игоря Шишова. Судья заметила, что они были последовательными на всем протяжении следствия и суда. Сказала, что они согласовываются с результатами негласных следственных действий, которые производил также Игорь Шишов. Они ведут разговоры на понятную обоим тему, говорила при разъяснении приговора судья. А скрытый смысл этих разговоров побуждал Шишова к определенным действиям. По показаниям Шишова в машине Сарсенбаев вытащил из бардачка стирающуюся доску (ни при одном из многочисленных обысков ее не нашли) и предложил собеседнику написать, что он хочет. При этом предупредил: не называй! Суд сделал вывод, что так появилась сумма в 15 миллионов тенге, которую в итоге в пакете Шишов перебросил через забор дома Сарсенбаева (в его отсутствие). То, что блогер в разговоре говорил, что хотел бы снять о птицефабрике позитивный ролик, судья посчитала, что таким образом Сарсенбаев подстраховывался на тот случай, если для него будет негативный исход событий. При этом не было никакой оценки уговорам Шишова «решить проблему», если Сарсенбаев не хочет, чтобы его уволили, что скажется на его детях.
Санкция части 4 статьи 194 «Вымогательство» не предусматривает условное наказание. А 7,5 лет лишения свободы в колонии средней безопасности – по мнению суда, это достаточное и справедливое наказание. Понятно, что и сам блогер, и его защитники, в том числе общественные (дочь и сын) с этим не согласились. Заявили, что будут обжаловать приговор.
Надо заметить, что дело блогера получило большой общественный резонанс. Пользователи соцсетей, например, задались вопросом: значит, за критику можно поплатиться? Об этом в своей речи в прениях говорил прокурор, предлагая гражданам разграничивать справедливую критику и преступление.
