На скамье подсудимых Максим Нечаев, которого обвиняют в смерти жены и шестнадцатилетнего сына.
Свидетели, которых допросили в суде, характеризуют мужчину как адекватного, непьющего человека. Он работал сварщиком на Аманкарагайском элеваторе, и никто не ожидал от него того, что случилось.
— У нее родители пили, она хотела из дома уйти, уговорила Макса жениться на ней, — рассказывала в суде давняя знакомая погибшей Светланы Ирина Гранкина. – Света говорила: «Я его не люблю, он мне надоел… Максим всегда души не чаял в детях, а они могли его обозвать… Светлана всегда настраивала детей против подсудимого… Светлана была взрывная, любила покричать. А Макс – спокойный, рассудительный…
В суде допросили и самого подсудимого. Он повторил, что вину признает не полностью, поскольку своего сына Данила не добивал, «все получилось сразу, мгновенно».
Прежде чем рассказать о событиях 28 сентября 2025 года и последующей ночи, Максим Нечаев, хотя по уголовному делу это не требовалось, подробно поведал о своей семейной жизни. О том, как поженились, как уехали к отцу, как непросто жилось в 90-ые годы, как и где родились их трое детей: две дочери и сын.
— Поначалу, когда делить было нечего, хорошо жили, — говорил подсудимый. — Я брался за любую работу, отец нам дом в Аманкарагае купил.
Нечаев рассказал, что тема развода возникала и раньше. Светлана узнала о существовании у него ребенка от другой женщины, но, по мнению подсудимого, на разговор о разводе больше 10 лет назад послужило не это, а постоянная нехватка денег. Но тогда дети были маленькие, и они решили дальше жить вместе.
— У нас было большое хозяйство, коровы, она торговала молоком, яйцами, творогом. Кто берет у нее, я не вникал, не придавал значения…
Как позже выяснилось, Расул был в числе тех, кто постоянно покупал у Светланы молочные продукты. Максим Нечаев подробно рассказал про день, когда он понял, что жена ему изменила с этим человеком. Мужчина работал на местной пилораме, Светлана, по мнению подсудимого, хотя до этого все годы вела домашнее хозяйство, устроилась туда же, чтобы быть поближе. Потом начались разговоры среди соседей… Нечаев начал переписываться с Расулом, уговаривал того не рушить семью. Тот отвечал, что «она хочет этого, она меня любит, встречи назначает». Светлана на все уговоры, по словам подсудимого, тоже твердила: «Я тебя никогда не любила. И не люблю. Я ему доверяю, я его люблю».
Жена стала встречаться с Расулом по вечерам почти каждый день. Мылась после работы в бане, красилась и уходила.
— Соседи шептались, я ее упрашивал, давай, я тебя прощу, я любил ее…- рассказывал при допросе подсудимый. Но Светлана предпочла развод. Продали хозяйство, старую машину, возникли проблемы с дележом денег. Нечаев говорил, что боялся остаться на улице, потому что за дом цены не было, и они, вроде, договорились развестись, но до весны пожить под одной крышей.
— 28 сентября был юбилей, 30 лет совместной жизни, — продолжал рассказывать Максим Нечаев. – Я ее поздравил, она меня послала… Она стала собираться на работу, потому что он перестал приезжать, брала с собой молоко. Я пошел на калым, вернулся, дома был только сын. Вечером пересеклись часов в восемь. Суп себе сварил, перекусил. Сын затопил баню, она пришла с работы. Я пытался с ней поговорить, что будет со мной… Она торопилась на встречу… Когда она пришла, я спал. Проснулся в начале второго ночи. Заглянул в комнату, сын уже лег, она спала. Я решил последний раз с ней поговорить, потому что утром надо было ехать к адвокату и оценщику. Взял на кухне нож и кабачок, она любила, когда я готовил.
Максим Нечаев говорил, как будто чью-то историю рассказывал:
— Когда проходил мимо сына, скрипнула половица, он увидел меня, нож и резко подорвался: «Ты че, дебил!?» Тут сын, тут она бежит, не знаю, как все получилось. Паника началась.
По словам подсудимого, сын был спортсменом, пытался его ударить, удар пришелся по больной ноге. Якобы, не осознавая последствий, Нечаев нанес подростку два удара ножом, и тот «пропал в темноте». Затем ударил кулаком в грудь жену, та упала, и он, сидя на кровати, нанес ей три удара ножом в грудь.
— Она пыталась что-то сказать, но я не понимал, что происходит…
По словам Нечаева, он попытался повеситься, не получилось. Оделся, пошел за поселок по направлению к селу Казанбасы. Нашел дерево, но сук обломился… Бродил целый день, к вечеру пошел к родителям на кладбище. По дороге домой снова сделал попытку покончить с собой, снова не получилось. Проходил мимо отдела полиции, видел местного участкового, его никто не остановил.
— Была надежда, что они живы, — говорил при допросе подсудимый. Зашел в пустой дом, взял одеяло, лег на пол в прихожей. Услышал, как в дверь стали стучаться. Зашел в санузел, там лежала розетка. Оголил провода. Взломавшие дверь сотрудники полиции «меня в чувство привели».
Судья Жаннара Тлеубаева задала подсудимому вопрос:
— Как вы могли нанести столько ударов собственному ребенку?
— Не могу объяснить, в голове что-то произошло, — ответил Нечаев.
— Почему не вызвали скорую?
— Паническая атака была.
Рассмотрение дела в суде продолжится.
