Название села Каскат звучит как перестук копыт. По преданию, это имя любимого коня местного бая, который утонул в логу среди ледяных ключей сто лет назад. Сегодня жизнь села, как масть той легендарной пегой лошади, соткана из контрастных пятен: великого прошлого и робких надежд на будущее.
Корабль, который не тонет
На въезде в поселок на букву «К» нас встречают кони – пробивают копытом снежную корку в поисках съестного. Людей же по домам загнал крепкий морозец – даже занятия в школе отменили.
Ломоносовская средняя школа – сердце поселка и хранительница его истории. Трехэтажное здание смотрит на мир новыми пластиковыми окнами. На душе теплеет – видно, закрывать школу в ближайшее время не собираются. Наши догадки подтверждает директор школы Тамара Козловская, которая встречает нас на пороге:
– Отдел образования заинтересован в сохранении нашей школы. В прошлом году сделали большой ремонт – окна поставили, крылечко отремонтировали. Детей, конечно, очень мало. Сами понимаете, молодежь стремится уехать из деревни в райцентр или в город, отток очень большой. Но в последнее время у нас в поселке появились многодетные семьи. Аж радостно на душе!
Со школой Тамару Александровну связывает много личных ниточек. У них даже один год рождения на двоих – 1968-й. В тот год мама Тамары Козловской не только нянчила новорожденную дочку, но и закладывала первый кирпич будущей школы. Семь лет спустя Тамара уже сидела здесь за новенькой партой. Получив аттестат, она уехала учиться в Кустанай, потом работала в Лисаковске. Но все же вернулась в родную школу и привела в первый класс уже свою дочку. Жизнь в Каскате закольцована.
Школа помнит времена, когда в ее коридорах шумели 700 детей. Сейчас здесь 35 учеников и 11 малышей в мини-центре. Трехэтажное здание кажется огромным кораблем, в котором стало слишком много кают для маленькой команды. Но корабль не думает тонуть. Это единственное место в поселке, где кипит спортивная и культурная жизнь. Когда-то был и Дом культуры, но сейчас у него более практичная миссия – в нем хранят зерно.
Такая история
В школьном музее нас встречает Михаил Васильевич Ломоносов. Точнее, его массивный бюст. Это привет из советского прошлого: когда Каскат назывался по-другому. Зерносовхоз имени Ломоносова гремел на весь СССР. Здесь было больше трех тысяч жителей, работал свинокомплекс на пять тысяч голов, маслобойня, колбасный цех. Устроиться на работу в орденоносное целинное хозяйство было сложнее, чем в городе.
У Ломоносова заметно потерт нос. Видимо, у школьников есть традиция – тереть его «на удачу». Судя по стенам, на которых развешаны всевозможные грамоты и дипломы ребят, метод рабочий. Бывший директор Ломоносовской школы Сауле Сейдагалиева, проработавшая здесь 40 лет, с гордостью перечисляет:
– Наш выпускник, обладатель знака «Алтын белгі» Нурсултан Утеулин, окончил аспирантуру МГУ, сейчас экономист в Москве. Диана Абдрашева там же, тоже окончила МГУ, работает врачом. Хоть сейчас и стало меньше детей, качество образования у нас на высоком уровне.
Экскурсию по музею нам проводит еще один школьный «старожил» Сергей Алмуксеев, учитель истории и географии. Он – живая энциклопедия Каската, хоть и не совсем местный. Сергей Михайлович приехал сюда в 1978 году после армии.
– Здесь нашел свою судьбу, – улыбается учитель. – Она работала в отделе кадров на хлебоприемном пункте. Двое сыновей теперь у нас, живут в России. А мы тут вдвоем с бабушкой.
В музее собрано все – от старинных веретен и национальных казахских костюмов до советских магнитол 70-х годов. Особое место – стенд, посвященный уроженцу Каската Касыму Тогузакову, известному акыну и переводчику, соратнику Ахмета Байтурсынова.
– Его сын – актер Ерболат Тогузаков, тот самый, что снимался в фильме «Шал», – включается в разговор директор школы. – Он к нам часто приезжает, не забывает свои корни. В том году привозил брата и племянника. Мы всегда гостям рады.
В Каскате к корням и истории отношение бережное. Вместе с Сергеем Михайловичем ребята исследуют окрестности разрушенных деревень, отыскивают памятные вещицы, собирают исторические детали. Много лет живет добрая традиция выезжать на захоронение жены Ахмета Байтурсынова Бадрисафы, что находится в 18 километрах от поселка. Школьники наводят порядок у памятной стелы. Доподлинно неизвестно, как умерла супруга просветителя, но по одной из версий, ее привел в Каскат Касым Тогузаков и попросил спрятать. Около полутора лет она скрывалась от гонений в поселке, но однажды ушла на озеро рыбачить и не вернулась. Предположительно на месте ее захоронения и стоит сейчас стела, которую в 2012 году установили родственники Ахмета Байтурсынова.
Кстати, историю названия поселка Каскат, с которой мы начали эту статью, нам тоже рассказал Сергей Михайлович с оговоркой «поручиться не могу, но так говорят». Но легенда на то и легенда.
Научить помнить
Еще одно место, где живут истории, – школьная библиотека. Здесь пахнет старой бумагой и новыми глянцевыми энциклопедиями. В глубине стеллажей притаилась… Баба-яга. Огромная фигура, сделанная когда-то на конкурс, теперь охраняет книжный фонд. Библиотекарь Вера Николаевна Василенко работает здесь 20 лет. Раньше она была воспитателем в детсаду «Колокольчик». Двухэтажное здание, к сожалению, не пережило разруху перестройки. Сейчас о нем напоминает только причудливый забор со средневековыми башенками.
Вера Николаевна – человек-оркестр. Она и библиотекарь, и повар в школьной столовой, а по вечерам вяжет коврики и носочки для четверых внуков.
– Дети у нас в поселке читающие, – говорит библиотекарь. – Спасибо отделу образования – фонд постоянно обновляется. Так что можем порадовать маленьких читателей новинками на казахском и русском языках.
В кабинете русского языка стоит «Парта героя», за которой сидят только отличники. На ней фотография Федора Даниловича Крайнова, учителя НВП Ломоносовской школы, ветерана Великой Отечественной войны. Федор Данилович еще и основатель школьной династии – его дочь работала здесь учителем начальных классов, сейчас внучка учит малышей.
В кабинете казахского языка – другая память. Здесь открыт уголок имени Нурлыбека Омарова, выпускника школы, снайпера подразделения специального назначения. Защищая девушку у ночного клуба, 22-летний полицейский получил удар ножом в сердце. Нурлыбек не доехал до больницы, скончавшись в машине скорой помощи, но вернулся в родную школу навсегда – теперь его имя носит кабинет, где детям рассказывают о чести и мужестве.
Эти два слова звучат в школе часто. Здесь есть трогательная традиция – ученики пишут письма руководству воинских частей, где служат парни Каската. Потом приглашают матерей на концерт и зачитывают им ответы командиров: «Ваш сын достойно исполняет свой гражданский и воинский долг…». Правда, в этом году служить некому: маловато ребят, но традицию не забывают.
Картина маслом
Из школьного тепла выходим на морозный воздух. Экскурсию по поселку нам проводит специалист акимата Ломоносовского сельского округа Канат Еслямгалиев. Он, кстати, тоже местный. Из тех немногих, кто когда-то уехал учиться в город, но все же вернулся в родной поселок. Днем трудится в акимате, вечером управляется с хозяйством – коровами, овцами и лошадьми. У Каната трое детей.
– Сейчас в Каскате проживают 620 жителей, – говорит он. – Поселок у нас хороший. Есть крепкие крестьянские хозяйства и ТОО, которые предоставляют работу местным. Вода у нас привозная, из Боровского – чистая, вкусная. В прошлом году начали двухгодичный ремонт участка дороги от Коктерека до Каската. Есть планы по освещению и внутрипоселковым дорогам.
На одной из улиц Каската натыкаемся на необычное сооружение – магазин Светланы Суворовой. Раньше он был огромной бочкой, которую 30 лет назад разрезали, утеплили и вкопали в землю. Изначально здесь торговали продуктами, но в 2012 году нагрянул санэпиднадзор: площадь не та. Теперь тут хозяйственные мелочи, игрушки, канцелярия.
Сразу за магазином-бочкой – дом Суворовых. Сейчас он больше похож на художественную галерею – десятки картин развешаны и разложены штабелями. Глаза разбегаются. Это сколько же времени понадобилось, чтобы все это нарисовать?
– Кисть в руки я взяла всего пять лет назад, тогда мне было 58, – отвечает Светлана Суворова. – Раньше вышивала, но потом зрение стало подводить. Думала, чем бы мне заняться. Дочь сказала: «Мама, рисуй». Я сначала отмахнулась: в жизни не рисовала. А потом внучка мне привезла в подарок акварельные краски и бумагу. Акварель мне не очень понравилась, гуашь тоже, а вот масло пришлось по душе. Взяла несколько мастер-классов, и процесс меня затянул. Время за мольбертом летит незаметно.
За этим занятием мы и застали художницу. На мольберте – почти законченный натюрморт. Виноград просвечивает на солнце, сливы подернуты серебристым налетом. Невероятно, но за пять лет художница-самоучка написала около 150 картин. И это при том, что она почти не пишет летом – огород, пионы, ирисы и другие обитатели цветника требуют ухода (они же потом перекочевывают на холсты).
Светлана уже организовывала выставки в родном поселке и в райцентре. Летом ее пригласили в Костанай, в галерею. 60 выставочных работ уже готовы, ждут своего часа. Пишет Светлана чаще всего пейзажи, но есть и цветы, и море, и люди. Часть картин художница раздарила. Семь отдала в дом семейного типа «Жануя», остальные – односельчанам.
– У кого хандра начинается, сразу дарю, – объясняет Светлана. – От картин хорошая энергетика идет, они удачу приносят.
ФАП в декрете
Едем дальше. Хотели посетить местный фельдшерский пункт, но он оказался закрыт. Раньше в ФАПе было две медсестры, сейчас – ни одной. Причина уважительная – оба медика готовятся к пополнению. Одна ушла в декрет за шестым ребенком, другая – за четвертым.
Случайно встречаем на улице Ольгу Иванову и узнаем, что она тоже многодетная мама. У женщины шестеро детей, на днях получила медаль «Күміс алқа». Ольга приглашает нас в дом. Здесь уютно пахнет блинами – большая семья только что пила чай. Навстречу выбегают четыре девчушки – Жасмин, Сара, Анна и крошечная Адель, которой всего полтора года. Ольга – учитель казахского языка и литературы с красным дипломом, но с появлением дочек «переквалифицировалась» в маму.
– Я сама из Карамая, замуж здесь вышла, – рассказывает она. – Первый муж умер, осталось двое сыновей. Я уже даже бабушка! А со вторым мужем, Оралом, у нас четыре девочки. Муж на 19 лет меня старше, ему 60. Первую дочку он в 52 года на руки взял. Все мальчика хотел, но одни девочки пока получаются.
Уже на выходе спрашиваем главу семьи в шутку, не планирует ли он еще детей.
– Все может быть, – оптимистично заявляет Орал Тулеубаевич.
– Сам-то он десятым ребенком в семье рос, – улыбаясь говорит его жена.
Глядя на этих людей, понимаешь: Каскат не собирается уходить в историю. Пока есть дома, в которых звучит детский смех, и школа будет жить, и традиция с армейскими письмами получит продолжение. Контрастные пятна пегой лошади наконец-то складываются в светлый узор.
Корреспонденты «КН» пишут свой букварь населённых пунктов Костанайской области, выбирая в командировках точку назначения по алфавиту. Нас интересуют как положительные примеры, уникальные люди, так и проблемные точки региона. Хотите подсказать журналистам направление? Пишите на редакционный WhatsApp «КН» 8-777-442-11-22.
