Двадцать лет тишины
Подобные истории годами скрываются за фасадом семейного благополучия, однако Оксана (фамилию ее мы пока не упоминаем) решилась на публичное обнародование по двум веским причинам. Во-первых, угрозы физической расправы стали реальностью, и женщина всерьез опасается за свою жизнь и жизнь еще не рожденного ребенка. Во-вторых, противостоять агрессору в одиночку практически невозможно: ее супруг еще в прошлом году занимал должность заместителя начальника одного из отделов полиции Костанайской области, вышел на пенсию в звании подполковника.
– На протяжении 20 лет я периодически подвергалась насилию, – рассказывает Оксана. – Муж угрожал, говорил, что ему ничего не будет, потому что он полицейский, занимает руководящую должность и у него везде есть связи. Но вопросом жизни и смерти это стало в последнюю беременность. Когда он узнал о пятом ребенке, начался настоящий кошмар: он обвинял меня в изменах и заявлял, что это не его ребенок. Говорил: «Либо ты делаешь аборт, либо я тебя убью». Среди ночи он таскал меня за волосы, душил, заставлял всю ночь стоять у его ног рядом с кроватью. Вынуждал клясться, что ребенок его. А потом объявил дома при детях, что наточил ножи и топор. Сказал прямо: если не избавлюсь от ребенка – лишусь головы. В ту последнюю ночь он уже пошел за топором, и я поняла, что сама не выберусь. Только с помощью родителей мне удалось выйти из этого дома.
Оксана хотела забрать детей (16, 14, 13 и 10 лет), но ей даже не дали с ними попрощаться. Сейчас дети живут с отцом. По словам женщины, общаться с ними супруг не дает: даже на сообщения в мессенджерах отвечает за них.
Временное убежище
Поскольку Оксана обратилась за юридической помощью довольно поздно, зафиксировать физические следы истязаний уже невозможно. Это стандартная ловушка для жертв домашнего насилия: пока человек находится в состоянии шока и прячется, время для снятия побоев уходит.
Сейчас Оксана находится на 32 неделе беременности. Юрист Гульмира Айтжанова, представляющая ее интересы, отмечает, что у нее диагностирована угроза выкидыша, вызванная хроническим стрессом.
– Оксана боится панически. До декрета коллеги провожали ее до дома, с работы встречали родители. Сейчас она фактически осталась на улице. У семьи статус многодетной, в собственности есть двухкомнатная квартира. Акимат выделил им еще и однокомнатную арендную квартиру для расширения жилплощади, но доступа туда у Оксаны нет: там живут третьи лица. Ключи ей муж не передает, несмотря на уведомления. При наличии двух квартир Оксана фактически остается бездомной, – поясняет юрист.
Ситуация привлекла внимание правозащитников республиканского уровня. В Костанай из Алматы прилетела общественный деятель и волонтер Айжан Хамарова. По ее мнению, этот случай нельзя рассматривать как «семейное дело», поскольку речь идет о безопасности беременной женщины и возможном злоупотреблении должностным положением.
– Женщины начинают говорить только тогда, когда ситуация становится невыносимой, когда они боятся за свою жизнь. В противном случае может произойти трагедия – убийство или суицид. Мы хотим, чтобы ребенок родился здоровым, чтобы закон, гарантирующий безопасность, сработал вне зависимости от бывших регалий агрессора, – подчеркивает Айжан Хамарова.
На данный момент Оксана обеспечена временным убежищем в Кризисном центре для жертв бытового насилия, где с ней работают психологи. Однако находиться там можно не дольше шести месяцев. Вопрос с жильем и, главное, с возвращением четверых детей остается открытым. Юристы намерены обратиться в правоохранительные органы и суд для защиты гражданских прав матери. Редакция «КН» будет следить за развитием событий.
