Шаг, еще шаг, «кошки» с хрустом вгрызаются в вековые льды. Высота больше пяти тысяч метров. Облака под ногами, легкие распирает… Эльбрус с характером, пускает не всех. 52-летнему костанайцу Сергею КАЛАШНИКОВУ повезло – его гора пустила.
Точка отсчёта
Впрочем, если бы и не дошел, вселенского разочарования бы не было. У Сергея есть понятие «своя высота». Это точка, до которой ты смог подняться, твой личный рекорд. Пусть и не общепризнанный.
– Столько красоты еще не видел нигде, – в голосе Сергея неподдельное восхищение. – Решил: если не поднимусь, буду сожалеть, но приму. В какой-то момент помог совет друга. Он сказал: «Когда не сможешь идти, иди на прощении». Это значит, что нужно мысленно обращаться к тем, кого незаслуженно обидел. А еще я думал о своем четырехлетнем сыне: «Папка твой сильный, он сможет».
Когда беседуешь с Сергеем, кажется, что он опытный альпинист и покорил не одну вершину. Но это не так. Эльбрус стал первой высотой в его жизни. 5642 метра испытания для тела и духа.
– В жизни бывают точки отсчета, – говорит костанаец. – Решение пойти в горы принял 20 июня прошлого года. Стал регулярно тренироваться, готовить организм к восхождению. В этом году решил, что готов.
В путь
До Челябинска по земле, до Пятигорска по воздуху, до Кавказских Минеральных Вод снова по земле. Каждый километр приближал к исполнению мечты. На месте Сергей познакомился с группой, которая на ближайшие девять дней станет единым организмом. Причем в буквальном смысле – связанным одной целью и веревкой.
Команда подобралась замечательная – хрупкая девушка из Франции, успевшая покорить Килиманджаро, два индуса, турецкий бизнесмен и два актюбинца. Со всеми удалось найти общий язык, пусть даже жестовый (с парнями из Индии, например). Главное, что люди попались позитивные.
Нытикам в горах и не место. Подниматься с рюкзаками, оттягивающими плечи, в массивной экипировке, дыша разреженным воздухом, – дело сложное.
Отдельное испытание на прочность характера и организма – горная болезнь или, как ее еще называют, горняшка. Ее провоцирует кислородное голодание. Симптомы – учащение пульса, перепады давления и одышка. Чтобы их облегчить, туристы ходят на акклиматизацию – поднимаются до определенной точки, потом спускаются, на следующий день еще чуть выше… И так несколько раз. Если подняться сразу без подготовки, есть риск возникновения отека легких и мозга. Исход летальный.
Штурм
– На высоте четыре тысячи метров и люди, и вещи ведут себя непривычно. Сна нет, аппетита тоже, лицо опухает, – вспоминает Сергей. – Салфетки, пакетики кофе вздувались. На акклиматизацию мы ходили на скалы Пастухова. Потом ехали на ратраке с 4100 до 4900 метров. Это принципиально. Нужно сохранить силы для последнего рывка
На штурм идут ночью, в полной темноте. Почему? Погода в горах капризна и горазда на сюрпризы – можно идти по солнцу и тут же через пять минут оказаться побитым градом. Обычно туристам благоволит первая половина дня, важно попасть в это «погодное окно».
Подъем занимает около полусуток. Сначала по Косой полке, там нужно зарубаться ледорубом. С левой стороны – пропасть, или трупосборник, как его прозвали альпинисты. Улетишь – никто не найдет. По официальной статистике, восхождение на Эльбрус заканчивается фатально для 15-20 человек в год.
– Наши двое актюбинских ребят отсоединились от группы и ушли вперед с другими гидами, решили подняться с кислородом, – рассказывает костанаец. – Один из них потом рассказал, что стал свидетелем того, как в пропасть улетела женщина. Только услышали крик и увидели свет падающего фонарика. Один из актюбинцев испугался и повернул обратно.
Тропа зомби – участок не такой крутой, но там подстерегает другая опасность – гипоксия. На какой-то момент Сергей отключился. В чувство его привел гид. И тут у костанайца открылось второе дыхание. Как на вершину залетел – не помнит. Помнит только тучи внизу, головокружение от успеха и знаменитый треугольник – символ того, что ты смог.
Домой
Казалось, тут должен быть хеппи-энд, но нет. Спуск даже сложнее, чем подъем. Во-первых, человек уже расслабляется. Во-вторых, силы на исходе. И тут едва не произошло ЧП. Сергей зацепился страховкой за «перила» (веревки, натянутые между ледорубами) и переводил дух. Тут краем глаза увидел, как один из индусов поскользнулся «кошками» и начал съезжать, набирая скорость. По лицу было видно, что он сильно растерялся и теряет драгоценные секунды, когда еще можно остановиться.
– Я на автомате тяну руку к нему и успеваю схватить за куртку, – вспоминает Сергей. – Зацепил страховку. Тяжело дышим, друг на друга смотрим. Шок. Но еще больший шок я испытал, когда вспомнил, что несколькими днями ранее, когда я описывал другу состав нашей команды, он сказал: «Держись индусов». Я тогда удивился, ведь мы с ними жестами в основном общались и улыбками. В мистику, честно говоря, не верю, но в горах видел немало того, что можно назвать чудом.
Одним из таких стала бабочка. Маленькая черная бабочка, вылетевшая из тумана. Это было в лагере «Гарабаши», на высоте почти в четыре тысячи метров. Как она там оказалась?
Ответа нет. Зато Сергей с уверенностью может сказать, где сам окажется еще не раз. Потому что горы – это на всю жизнь.
