Наиль БАШМАКОВ – костанайский лыжник, который представит Казахстан на зимних Олимпийских играх в Италии. «КН» поговорили с ним незадолго до отъезда.
СПРАВКА
Наиль Башмаков родился 29 сентября 1995 года. Уроженец села Тасоткель Жаркаинского района (Акмолинская область). В юности приехал в Костанай учиться и остался здесь. Одно из значимых достижений Наиля – в начале 2025 года завоевал бронзу в эстафете 4х7,5 км на зимних Азиатских играх. Спортсмена отличает редкая стабильность результатов. В сезонах 2019-2026 гг. Башмаков планомерно улучшает свои показатели, без провалов. Стабильно представляет Казахстан на международных стартах.
Импульс
– Наиль, как вы пришли в лыжи?
– Все началось в семь лет. Отец, Фарит Башмаков, был тренером и преподавал физкультуру в селе Тасоткель. В детстве я ходил на тренировки изредка – больше поиграть, побегать, посмотреть на старших ребят. Тогда это не воспринималось всерьез – футбол, баскетбол, лыжи – все было как игра. Но года через три–четыре стал понимать, что лыжи – это уже серьезно. Начал ходить на каждую тренировку, не пропускал. В нашем селе была только секция лыжных гонок – практически все ребята ходили туда. Можно сказать, я стал лыжником, потому что другого выбора не было (смеется).
– Когда лыжи перестали быть хобби?
– Постепенно пришло ощущение, что это не временно. Лыжи стали частью жизни. Появились дисциплина и режим, понимание, что результат – это не случайность, а работа. Ты начинаешь иначе относиться к каждому дню – к тому, как спишь, что ешь, как восстанавливаешься, как распределяешь силы. Дальше был Костанай, учеба в колледже, затем – Алматы.
– Почему вы уехали в Алматы и почему вернулись в Костанай?
– Переезд в Алматы в 2016 году был продиктован реальностью. В нашей области тогда лыжники получали очень маленькие деньги. Поступило предложение выступать за Алматы, и мы согласились. В целом об этом этапе карьеры не жалею. Да, были свои сложности, но в материальном плане стало легче. Для лыжника это важно – питание, восстановление, витамины, экипировка. Без этого невозможно выдерживать объемы, которые требует большой спорт. Лыжные гонки – это работа по несколько часов в день месяцами, годами. Если не закрыты базовые вещи, организм просто рассыплется. В 2024 году я вернулся домой, в Костанай. Сейчас ситуация в регионе изменилась, условия стали лучше. Разница между этапами карьеры в основном была именно в материальном плане. По нагрузке и отношению к спорту все находится примерно на одном уровне – везде требуется максимум.
– Кто из тренеров сыграл ключевую роль в вашем росте?
– Каждый тренер в моей жизни сыграл свою роль. Не могу выделить одного человека, который дал бы мне все. Сначала отец. Потом Владимир Евгеньевич Ковалев. Когда я пришел в Костанайскую область, он поддержал меня и вывел на хороший уровень. Важным был этап с Сергеем Васильевичем Тишковым – с ним я попал в сборную Казахстана, стал выезжать на этапы Кубка мира, на чемпионаты мира. Был период работы с Юрием Михайловичем Каминским, российским специалистом, когда он был главным тренером сборной. Мы поработали недолго, но очень плодотворно. Каждый из них дал свой импульс, свои знания и свое понимание спорта.
«Люблю бежать по «каше»
– С какой целью вы едете на Олимпиаду?
– Конкретная цель – пробежать максимально достойно. Попасть в топ-30. Сейчас главное – хорошо подойти, не заболеть, найти лучшую кондицию и довести реализацию до ста процентов. На таком уровне решают не только ноги, но и то, в каком состоянии ты подошел к старту – здоровье, восстановление, психология.
– Как вы настраиваетесь перед стартом?
– Всегда стараюсь оставаться спокойным. Разумно делаю разминку, правильно, не забывая ни об одной группе мышц. Это тоже часть профессии – не перегреться, не «перестараться», войти в гонку в нужном состоянии.
– Где вы сейчас готовитесь и как проходит финальный сбор?
– Сейчас мы находимся под Алматы, в Солдатском ущелье. Это наш крайний сбор перед Играми. Он не объемный и не тяжелый: это этап подводки. Интервальные тренировки, силовая работа в тренажерном зале. В горах задача – не устать, найти лучшие кондиции, набрать хороший гемоглобин. День начинается в 7.20-7.30 с зарядки. Потом завтрак, немного отдыха. В 9.30 выезжаем на первую тренировку – она длится до 12.30-13.00. Затем обед, сончас. В 16.00 выезжаем на вторую тренировку, она продолжается до 18.30. Такой ритм держится каждый день. Здесь важна не только работа, но и восстановление – сон, питание, режим.
– Чем вы живете вне сборов?
– Все зависит от состояния и настроения. Могу остаться дома, лежать, отдыхать, смотреть телевизор. Могу съездить на рыбалку с Виталием Пухкало. Могу сходить в баню, приготовить что-нибудь поесть. Все по самочувствию. По книгам – сейчас буду читать «Путь Абая», который нам подарили в акимате. В основном интересуюсь методиками подготовки спортсменов, анатомией, биографиями атлетов.
– В какую погоду и на каком снегу вам бежится легче всего?
– В основном мне нравится бегать в среднюю или теплую погоду. В мороз не люблю: сильно мерзнут пальцы рук и ног, дыхание становится тяжелым, есть риск заболеть. В мягкий свежий снег могу бежать с душой и показывать хороший результат. Я функциональный спортсмен, мне подходят трассы, где нужно максимально включать выносливость. Поэтому мягкий свежий снег, «каша», слякоть – такие условия мне подходят.
Инвентарь равен телу
– Что в гонке самое трудное?
– Самое сложное – концовка. Сил остается очень мало, и многое зависит от формы, кондиций. Если они не на уровне, то финишная часть может сильно просесть. А именно там секунды самые драгоценные.
– Что вы вынесли из старта на Азиатских играх?
– Тот день был тяжелым, как и любая гонка на таком уровне. В тот раз получилось немногое. Лыжи тогда сработали не должным образом. Со спуска я отставал, приходилось больше толкаться, компенсировать силой. Эту гонку я в актив себе записать не могу. Но такие старты и нужны: они показывают, где ты находишься. Всегда есть над чем работать, куда расти и развиваться.
– Олимпийский отбор вышел напряженным. Расскажете о нем?
– Мы бежали четыре гонки, и каждая была очень важной. Боролись за очки, которые могли принести квоту. Отдельно отмечу 30 километров классикой. Я могу хорошо бежать классику, но тогда мы немного не попали с колодкой – лыжи ехали не лучшим образом, и я остался с «деревянной» медалью. В целом 30 и 50 километров мне подходят – работоспособность и функциональность у меня на уровне, на таких дистанциях могу показывать максимум. После каждой гонки было непонятно, кто набирает, кто нет. Мы шли практически вровень – восемь–десять человек. До последнего старта ничего не было ясно. Самой решающей стала «десятка», где все и сложилось. Коньком я заработал очки и квоту.
– Что значит «не попасть с колодкой»?
– Колодка – это подготовка лыжи под конкретный снег. Если не попасть, лыжи или не держат, или не едут. В тот день на 30 километрах они ехали плохо – на спусках я терял, приходилось больше работать руками и ногами, тратить силы. В итоге остаешься без запаса на финиш. Здесь инвентарь равен телу – он либо помогает, либо забирает результат.
«Мне ближе длинные дистанции»
– В какой момент вы почувствовали, что форма та самая?
– После скиатлона. Я стал вторым и понял, что могу хорошо бежать. Самой тяжелой оказалась вторая часть – четыре круга по 2,5 километра коньком. В первые два круга было тяжело втянуться, ноги работали не так, как нужно. Потом отпустило, стало легче, и на финишной развязке удалось хорошо навалиться. – В чем для вас разница между классикой и коньком? – Классика требует терпения, ритма, умения долго держать темп. Конек – больше про мощность, про работу на высокой интенсивности. Мне ближе длинные дистанции, где можно раскрыть функциональность и выносливость. Там я чувствую себя увереннее.
– То есть вам ближе классика?
– На длинных дистанциях чувствую себя комфортно. Средняя скорость и мощность отталкивания у меня на уровне. Спринт мне подходит меньше – комплектация больше под длинные гонки. Но в этом сезоне спринт получался неплохо – два седьмых места. Для меня это хороший результат.
– Что вы чувствуете сейчас, перед Олимпиадой? Азарт, волнение, беспокойство?
– Сейчас идет подготовительный период. Конкретных ощущений пока нет. Дальше будет и волнение, и азарт. Это максимальный ранг соревнований. На Олимпиаде уже не бывает «проходных» стартов – каждая гонка как экзамен. Да что там – второго шанса и пересдачи здесь не будет. Да и второй шанс попасть на Олимпиаду уже вряд ли выпадет. А без азарта на трассу выходить нельзя. Без него и бежать смысла нет.
