Костанайские школы устраивают жесткий кастинг для будущих десятиклассников. Выигрывают те, кто силен в точных науках. Разбираемся, почему гуманитарии вдруг стали «лишними» и чем это грозит самой системе образования.
Третий лишний
В редакцию «КН» обратились родители учеников девятых классов школы-лицея №1 Костаная. На первых же родительских собраниях семьи поставили перед фактом: из шести параллельных классов в следующем году останется только два – физико-математический и химико-биологический. Для подростков с гуманитарным складом ума выбор сводится к двум сценариям: либо два года ломать себя ради заветного аттестата, либо экстренно искать запасной аэродром.
При этом речь идет не о троечниках, которым по логике современной школы и раньше было трудно рассчитывать на продолжение учебы в десятом классе (что опять же спорно). Под удар попадают крепкие хорошисты и отличники, которые в будущем видят себя педагогами, историками, филологами, журналистами или переводчиками. Им предлагают искать места в других школах или уходить в колледжи.
Однако на практике оба этих варианта ведут в тупик. Школы в центре города и так трещат по швам от перегрузки, и девятиклассникам приходится с боем выбивать места в собственных десятых классах. Брать «чужих» детей просто физически некуда. Попытки переориентироваться на систему технического и профессионального образования также упираются в дефицит предложений – большинство колледжей заточены под рабочие специальности. Даже, казалось бы, в профильном Костанайском высшем педагогическом колледже на направление «Учитель русского языка и литературы» набора в этом году не было. Наблюдается явный перекос в сторону физиков: гуманитарное звено на уровне среднего образования сжимается, а на уровне колледжей не находит отклика.
Естественный отбор
Как сообщили «КН» в отделе образования Костаная, Приказ Министра просвещения РК от 31 августа 2022 года все же предусматривает три направления для школьников старших классов: естественно-математическое, общественно-гуманитарное и технологическое. Но есть одно «но».
– Конкретный профиль классов в школе определяется на основе образовательного запроса учащихся и родителей, а также кадровых и материальных возможностей организации, – пояснили в ведомстве. – Для выявления этого запроса ежегодно проводится диагностика психологической службой, анкетирование и собеседования с выпускниками девятых классов. Например, в школе-лицее №1 по результатам анкетирования большинство учащихся традиционно выбирает естественно-математический вектор, поэтому 10-11 классы формируются по данному направлению.
Комментируя ситуацию с детьми, чей выбор не совпал с «запросом», в отделе образования заверили, что права всех мотивированных учащихся полностью защищены, а общественно-гуманитарное направление в городе сохраняется. Если в конкретном учебном заведении его нет, подросткам по итогам профориентационного собеседования предлагают места в десятых классах гуманитарного направления в близлежащих школах. В ведомстве подчеркнули, что местами будут обеспечены абсолютно все желающие.
Однако, по словам родителей школьников, никакого анкетирования со школьниками не проводили. Это раз. И, второе – статистика, приведенная отделом образования, наглядно показывает, что выбор у гуманитариев не так уж и велик. К примеру, в нынешнем учебном году в школах Костаная сформированы 57 классов естественно-математического профиля против 21 общественногуманитарного. То есть разница почти втрое. Не говоря уже о том, что классы для «лириков» расположены, как правило, на периферии.
Эффект бумеранга
Если копнуть глубже, профильное «неравенство» в школах – не случайная самодеятельность на местах, а часть глобальной образовательной политики. Министерство науки и высшего образования уже запустило масштабную реформу, согласно которой до 2029 года планирует поэтапно перекроить вузовские программы. При этом под системный удар попадают самые разные направления. Переизбыток кадров зафиксирован как в гуманитарном, так и в естественно-математическом секторах. В «черный список» вошли юриспруденция, финансы, экономика, менеджмент, маркетинг, государственное и местное управление, переводческое дело, иностранные языки, а также информационные системы, вычислительная техника и программное обеспечение, физическая культура и спорт.
Аналогичная чистка затронула и систему технического и профессионального образования. Из программы колледжей планируют исключить 41 рабочую квалификацию, которые больше не отвечают реалиям времени. Часть профессий канут в Лету из-за автоматизации процессов. Вместо них колледжи экстренно открывают подготовку по робототехнике, аддитивным технологиям, наноматериалам и беспилотным системам под государственный заказ.
А теперь взглянем на реальный рынок труда, в котором сохраняется дефицит почти в 96,5 тысячи сотрудников. По данным Минтруда, с огромным отрывом лидирует сфера образования – ей требуется более 24 тысяч специалистов, особенно остро стоит вопрос с воспитателями и учителями начальных классов. Следом идут промышленное производство с показателем в 8,2 тысячи вакансий, строительство, где не хватает 4,6 тысячи рук, и сельское хозяйство с потребностью в 2,3 тысячи человек.
Ирония в том, что на фоне борьбы с «лишними» гуманитариями главным дефицитом в стране остаются как раз педагоги. Те самые учителя и воспитатели, без которых система образования просто встанет. Школы спешно зачищают пространство под инженеров будущего, но затыкать кадровые дыры в самих же школах скоро станет некому.
Комментарий
Учебная тревога
Костанайский психолог Татьяна ЩЕРБИНИНА:
– Если ребенку после девятого класса говорят: «Хочешь остаться в школе – выбирай физмат или химбио», это уже не совсем про свободный выбор образовательной траектории. Дети разные. У них разные способности, интересы, способы мышления и планы на будущее. Кому-то действительно интересны математика, физика, химия, биология. А кому-то ближе языки, история, литература, право, иностранные языки, обществознание. И это не означает, что второй ребенок менее способный или менее перспективный.
Если ребенка с выраженным гуманитарным интересом помещают в профиль, который ему не соответствует, последствия могут быть плачевными. Во-первых, резко возрастает учебная тревога. Девятикласснику и без того приходится принимать довольно серьезное решение о дальнейшем образовании, а здесь к этому добавляется конкуренция за ограниченное количество мест. Во-вторых, ребенок может столкнуться с хроническим ощущением: «Я не справляюсь», «Со мной что-то не так», «Я хуже остальных». Хотя проблема может быть вовсе не в его способностях, а в том, что образовательная среда просто не соответствует его сильным сторонам. В-третьих, это может влиять на мотивацию. Когда значительная часть учебного времени уходит на предметы, которые человеку объективно не близки и не нужны для его предполагаемой профессиональной траектории, довольно легко прийти к мысли: «Зачем вообще стараться?». И особенно важно помнить, что девятиклассник – это еще подросток. Мы не можем ожидать от него взрослой способности спокойно адаптироваться к ситуации, в которой его собственные интересы оказываются вторичными.
И здесь есть еще один важный момент. Мы часто очень узко понимаем перспективность образования: будто востребованы исключительно технические специальности. Но обществу нужны не только инженеры, врачи и программисты. Нужны юристы, филологи, переводчики, специалисты по коммуникациям, журналисты, педагоги, психологи, специалисты гуманитарного профиля. И среди них тоже есть профессии, требующие серьезного высшего образования и предполагающие дальнейший профессиональный рост.
Поэтому задача школы – не просто распределить детей по имеющимся местам. Она должна помочь подростку найти профессию, в которой он сможет состояться, а не заставить его подстраиваться под то, какие классы оказалось удобнее сформировать системе.
ИЛЛЮСТРАЦИЯ СГЕНЕРИРОВАНА GEMINI
