Осень 1941 года выдалась унылой и дождливой. На остатки неубранных полей сеял мелкий дождик, временами переходящий в снег. Война больно ударила по всем, но особенно тяжело было детям.
А обед по расписанию…
Но разве можно было мальчишкам голодать, когда почти в каждом дворе Кустаная был свой сад или огород? Летом они промышляли овощами, и круглый год кормились с реки. Детская забава стала в некоторых семьях ощутимым приварком к небогатому столу. Жить у реки и не иметь к обеду уху или тарелку жареных пескарей просто глупо. Ловили прямо у города, в районе старой плотины и Малого моста, и далее везде.
И взрослых, и детей огорчали новости с фронтов, все понимали, что армии нужна помощь тыла. И она, конечно, была, даже от самых юных. Но об этом чуть позже. А пока о школе, о занятиях, которые никто не отменял, но поначалу на прогулы смотрели с пониманием. Промышляют, мол, мальчишки, семьи подкармливают. Но когда прогулы стали настолько частыми, что хоть занятия отменяй, власти города обратили внимание на эту тему.
Ребят вернули на занятия самым простым и надежным способом. По принципу «Вы ищете пропитание, мы вам его дадим!». Решением облисполкома от 14 ноября 1942 года №106 был принят документ «Об организации буфетов и горячих завтраков при школах Кустанайской области». Мне довелось разговаривать с человеком, который ощутил эту заботу государства на себе.
Уже ушедший из жизни профессор КИнЭУ Виктор Дейнега учился в то время во втором классе. По его словам, полноценных завтраков организовать тогда не получилось. Но каждый ребенок, пришедший в школу, получал к обеду один пирожок, и этого оказалось достаточно, чтобы вернуть детей в классы. С чем был пирожок? Дейнега сразу не мог вспомнить, скорее всего, с картошкой – с чем же еще?
А в школах города тем временем все активнее становилось движение помощи фронту. В газетах писали о том, как ученики помогают во время уборки на полях – речь о пресловутых колосках. Поля убирали неуклюжим агрегатом под названием «Сталинец». Это был уборочный комбайн, который тянул по полю трактор. Экипаж такого агрегата три человека – настоящий степной корабль. Но колоски, случалось, ронял, и пионеры собирали их.
Печатали не только заметки на эту тему, но и обращения ребят к сверстникам с призывами поддержать своих отцов и братьев, которые сражались с фашистами. Само собой, эти пионерские призывы часто были инициированы властями. Но в этом случае, скорее всего, особых указаний сверху не требовалось: патриотизм в те годы не был показным.
Голоса из глубины времён
До нас различными способами дошли письма и обращения юных кустанайцев из глубины времен. Вот одно из них, написанное Валентиной Чирковой уже после Победы, но о военном времени и отношении школьников к фронтовикам. Здесь для нас любопытен не только настрой современника тех событий, но и описание старого города.
«Я стою на косогоре Абильсайского лога. Тишина. Мостик через лог. Перед глазами пустырь. Это будущая улица имени Джамбула в будущей Наримановке. В этой степи построили первый большой дом. В годы Великой Отечественной войны в 1941-1945 годах в нем располагался госпиталь. Кустанай кормил голодных ленинградцев и принимал массу раненых людей, спасая их жизни. Мне удалось сохранить письмо одного из раненых бойцов: «Я умираю за Родину. Жалко умирать в 24 года, но когда на весах истории миллионы жизней, я тоже отдаю свою». И совсем неожиданная концовка письма: «Мама! Не огорчайся… Жизнь раненого солдата сохранена медиками госпиталя, а письмо досталось нам, и мы читали его в школе им. 20-летия Октября. Много раненых солдат спасли в этом госпитале».
Но вот закончилась война – нашей Победой. В здании бывшего госпиталя снова открыли школу, сначала семилетку, а потом и полную, с 10 классами. Первый выпуск школы состоялся в 1953 году. Вокруг школы вырос парк, а в бывшей степи образовалась Татарская слобода, и остановился цыганский табор. В слободе люди строили землянки, частные дома, работали чайхана, рынок. Это уже Наримановка.
В городе было несколько школ – имени Горького, Павлова, Крупской. Все их пронумеровали, и школа им. 20 Октября получила №15. Это была самая теплая школа, – писала Валентина Чиркова, одна из первых выпускниц памятного 1953 года. К сожалению, в год своего 60-летия школа попала под снос. Со временем здание разобрали, частично просто растащили. Для ориентира примерный адрес бывшей школы: клиника «Жемчужина», рядом торговые дома. Но школа не ушла из жизни бесследно, в истории остались тысячи ее выпускников, и судьба этой школы заслуживает отдельного рассказа.
Валентина Чиркова в центре, 1972 год.
Мал золотник, да дорог
А вот и обращение ребят из моей Кировской, бывшей 10-ой школы, тоже, к сожалению, уже не существующей – в годы перестройки ее присоединили к 12-ой. Очень коротко: выдержки из письма, опубликованного в газете «Сталинский путь» под заголовком «Соберем подарки для раненых бойцов». «Ученики старших классов ездили в колхозы и совхозы, помогали убирать урожай. А мы, помладше, организовали в городе тимуровские команды. Они помогали семьям красноармейцев, пололи и поливали огороды, убирали в комнатах. Наши ребята стали сейчас собирать подарки для бойцов, которые лежат в госпитале. Поговорили со своими родителями и принесли кто полотенца, кто зубные щетки, посуду, ложки. Принесли много книг – классики и современных.
Недавно получили письмо от группы раненых бойцов. Красноармейцы благодарили нас за подарки, писали, что все уже поправляются и скоро снова поедут на фронт бить фашистов. На школьном собрании мы решили продолжить сбор подарков и обращаемся ко всем школьникам Кустаная и их родителям с призывом поддержать нас в этой работе».
Наверное, это сущая мелочь в масштабах войны и помощи фронту. Не буду лишний раз напоминать о вкладе предприятий Кустаная в оборону страны, одеждой, обувью, порохом, огнеметами, продуктами, письмами, которые на фабрике «Большевичка» вкладывали в карманы пошитого в Кустанае обмундирования. Запомнилась даже история про танк, который со снятой башней регулярно приезжал из Челябинска за мороженной рыбой. Рыбу ловили в заповедных озерах Наурзума, и там даже сохранился плес с названием Танковый. Пойманную рыбу тоннами возили для танкостроителей Челябинска, а в Наурзумье ее не стало меньше.
Письма и дела кустанайских школьников из этого же ряда. Пусть невеликая, но помощь фронту, а по душевной теплоте не менее ценная.
Фото из архива редакции
