Корейцы Казахстана: взгляд из США

Журналист издания Michigan Daily Иэн Джу рассказал американцам об одной из крупнейших диаспор Казахстана – корейцах. Предлагаем материал в авторизованном переводе «КН».

Как Феникс из пепла

«Почему Хон Бом До похоронен в Казахстане?» – спросил я отца. Я всегда считал, что прах великого корейского революционера должен покоиться в Корее. «Кто виноват в том, что тело Хон Бом До не перевезли на родину?».

«Сталин», – коротко ответил родитель. Не довольствуясь этим коротким ответом, я решил провести свое расследование. История Кореи давно захватила меня – видимо, это связано с моим корейско-американским происхождением. Корейская борьба за независимость, Имджинская война, демократическое движение в Южной Корее – все эти события говорили о том, что, как бы жестоко с нами ни обращались, мы всегда восстаем как Феникс из пепла.

С одной стороны, изучение истории помогло мне сформировать свою идентичность, а с другой стороны, понять, насколько я всетаки мало знаю.

Начал я с чтения научных статей, затем посмотрел документальный фильм «Koryo Saram: The Unreliable People». Так совпало, что режиссер Дэвид Чунг оказался профессором Мичиганского университета, и я поспешил взять у него интервью.

Чунг научил меня правильно произносить слово «Казахстан» и признался, что сам узнал о корейской общине в Алматы от своего казахского друга. Дэвиду всегда казалось, что суровая степь – последнее место, куда мог бы отправиться корейский иммигрант. Но все оказалось не так просто.

Пятая колонна

«Когда я встретился с казахстанскими корейцами, они просветили меня об истории своего переселения в 1937 году, – рассказал режиссер. – Сегодня в Казахстане проживает более 120 тысяч корейцев. У большинства корни уходят в Россию. Массово селиться на Дальнем Востоке корейцы начали в 1863 году: это было спасение от засухи в Корее, а позже – от японской оккупации. Повсюду переселенцы везли с собой собственную культуру: книги, учебники, музыкальные инструменты, одежду. К 20-м годам XX века в СССР сформировались стабильные корейские общины».

Из-за напряженности между Японией и Россией внимание Сталина было в первую очередь обращено на корейцев, которые по документам являлись подданными Японии – так повелось еще до революции. «Отец народов» счел нас пятой колонной и отдал приказ о принудительной депортации в Центральную Азию.

Еще глубже понять события того времени помогла докторант из Казахстана, изучающая международные отношения, Аяулым Садуакас. Аяулым связала меня со своей тетей Асель Чакеновой, наполовину казашкой, наполовину кореянкой, чей дед-кореец был известным журналистом. Деда сначала арестовали, а потом сослали в Казахстан.

Депортация была стремительной. Десять дней на сборы, товарняки, прозванные «поездами-призраками», а дальше голая степь и наскоро слепленные жилища из камыша и глины. Болезни и голод унесли жизни 40 тысяч переселенцев, почти четверть от всех депортированных.

Что выберет малыш

Казахи, несмотря на запрет помогать сосланным, приняли тепло и помогали чем могли. В фильме Дэвида Чунга одна из героинь Декабрина Ким рассказала, что семья местного пастуха уступила ее родственникам собственную юрту. Сами же казахи съехали в деревянный сарай. Местные несли еду, теплую одежду. Если кто-то из детей остался без родителей, степняки без лишних слов забирали их в свою семью.

Казахстанские корейцы получили название «корё-сарам», что означает «люди из Кореи». Правительство не позволяло открывать корейские школы. Если в 1926 году почти сто процентов советских корейцев говорили на родном языке, то сегодня практически все общаются на русском. Однако «корё-сарам» оказались горячо преданы своей культуре, которая временами причудливо соединяется с местной.

Подруга Аяулым Саша Югай, отмечая первый день рождения сына, соединила элементы корейского торжества с казахской традицией «тусау кесер» («разрезание пут»), когда малышу разрезают импровизированные путы на ножках, а после он должен выбрать один из трех предметов. Когда я услышал этот рассказ, я воскликнул: «У корейцев тоже есть такой праздник! Он называется «долчанчи». На малыша надевают ханбок, и он выбирает между книгой, денежной купюрой и ниткой, символизирующей долгую жизнь.

Новая волна

Аяуылым открыла мне целый мир кухни «корё-сарам»: это блюда, вдохновленные воспоминаниями о родине, но с использованием местных ингредиентов. За неимением корня тораджи и пекинской капусты корейцы заменили их морковью – так родилось распространенное в Казахстане блюдо «морковча» – морковь по-корейски. Пользуются популярностью и другие блюда, созданные «корё-сарам»: пегоди, кукси, чимчи, камдича, хе.

Дэвид Чунг с удивлением поведал, что корейцы в Казахстане очень гордятся своим национальным наследием. «Корё-сарам» прославились в республике хорошими урожаями, особенно овощных культур и риса, а также своим трудолюбием. После смерти Сталина корейцы получили возможность учиться в институтах, и многие проявили себя в медицине, юриспруденции и бизнесе.

Сейчас весь мир, Россия и Казахстан в том числе, переживают бум увлечения корейской поп-культурой, так называемой «новой корейской волной». Карина Ян, студентка Мичиганского университета из Казахстана, говорит, что многие молодые люди изучают корейский язык, а часть юных «корё-сарам» рассматривают возможность воссоединения со своей исторической родиной.

Фото с сайтов michigandaily.com

-