ОБСУЖДАЕМ ТЕМЫ:
1. Турне Лукашенко. 2. Унионизм с прицелом.
ЭКСПЕРТЫ:
1. Петр СВОИК, политик, экономист, кандидат технических наук (Алматы);
2. Габриель ЛАВРИНЧИК, бизнесмен, политический эксперт (Румыния).
П. СВОИК: «История растягивается вперёд»
Почему они союзники?
– Петр Владимирович, телеграфное агентство Республики Беларусь – БелТА – в конце июня-начале июля сообщало об «азиатском турне» президента Лукашенко. Западные СМИ, к примеру, британская вещательная корпорация ВВС, приводят мнения экспертов, что Александр Григорьевич ищет в Пекине противовес Москве, которая якобы вовлекает союзное государство в войну с Украиной. В таком случае, что ищет высокий визитер в Джакарте: из Китая он отправился в Индонезию…
– В Индонезии повестка была инвестиционной. Визиты, сначала в Москву, потом в Пекин, хотя и незапланированные, но их цель на поверхности, не требует никакой конспирологии. Украина потребовала от Лукашенко убрать ретрансляторы, надо было искать совместное решение: с учетом реакции Путина, а затем Си. Почему они союзники, и какого вида этот союз? Украина окончательно – политически и финансово – зависит от Европы. Вся ее самостоятельность – Зеленский, который ведет себя не как «прокси», а как лидер Европы, раньше это называлось «боевой холоп». Так или иначе, но Запад охотно муссирует и «лидерство» Зеленского, и «придаток Китая» – Россию. Старый прием, разделяют и властвуют. Этим же образом компенсируют обиду, что Россия не с ними.
И от Казахстана тоже
– А если объективно: мощь Китая не в пользу России, мягко говоря?
– Мощь Китая – в пользу самого Китая. Зависимость Москвы от Пекина велика, равно как и Минска. Но и Китай зависит от этих стран, и от Казахстана тоже в очень высокой степени. Китай драматично не самодостаточен по ресурсам – он должен получать их с сопредельных территорий и даже с другого конца земного шара. Есть проблемы и с объемом собственного рынка. Большая часть китайской промышленности должна работать на экспорт, соответственно, территории, на которых эта продукция продается, жизненно важны. Вариант подчинения и управления этими территориями совершенно нереален.
– Почему нереален?
– Китай предпочитает партнерские отношения. Си выстраивает их с большинством стран.
– В той или иной мере «плотности»?
– В экономике и геополитике нет ничего равного. Пример: Россия и Украина хотят окончания войны, вопрос в срочности.
С разной степенью желания
– Кому конец войны нужен «срочнее»?
– В белорусском контексте принято решение ретрансляторы не использовать, но и не демонтировать – временная остановка или промежуточный статус-кво. Что до Украины с Россией, то войну хотят закончить обе стороны, но с разной степенью желания и необходимости. Европе и Украине это категорически необходимо и как можно скорее. Скоро зима и там ждут ее с ужасом. На фоне того, что война в Иране, несмотря на меморандумы, продолжается, как и блокада Ормузского пролива. События в этом регионе могут растянуться до конца года, а может, и на годы. Украина, лишившаяся значительной части своей инфраструктуры, Европа, которая очень сильно посадила себя на дорогие энергоресурсы, видят свет в конце войны. Предельное напряжение достало и Беларусь – в агрессивном тоне пообещали Лукашенко бомбить инфраструктуру, если ретрансляторы продолжат свое дело.
– Чего проще – соседи. Огромную Россию дронят вглубь…
– Поэтому России тоже надо бы поскорее заканчивать, но она может тянуть вплоть до того, когда противная сторона все-таки пойдет на ее условия. В этом смысле переход войны на зиму не исключается.
Когда заканчиваются войны?
– Поговорка «семеро одного не боятся» не про Запад и Россию?
– Это самое главное. Война идет не с Украиной, а с США и всем коллективным Западом. Другое дело, что западная коалиция рассыпается, хотя Европа в этой схватке осуществляет свою военную стратегию. В другом регионе США в разборках с Ираном разбираются с Китаем. Войны мирового класса заканчиваются не тогда, когда та или другая армия одержит военную победу, а когда одна из сторон обрушится в политическом, экономическом, идеологическом смыслах, и новые власти, новые правящие элиты, новые системы политического и экономического взаимодействия станут формироваться либо под прямым воздействием победителя или с оглядкой на его интересы.
Потеря устойчивости
– Какая сторона готова обрушиться?
– Американская часть Запада теряет устойчивость. Трамп проигрывает у себя дома, он уже не безусловный главнокомандующий над всем Западом. В Европе тоже разброд, шатания в Англии, Франции. В Германии оппозиция очень серьезно подбирает электорат. Потеря устойчивости налицо. У Путина рейтинг понижается, но прямой угрозы потери власти нет. Тем более в Китае – там арестовывают и даже расстреливают генералов, в преданности и честности которых усомнились – режим не дрогнет. Для этих трех союзников – Китая, России и Беларуси – устойчивость важнее всего. При этом экономическим системам на Западе тоже далеко до крушения. Чтобы выстоять, им нужно закончить военные действия к зиме, о чем мечтают Европа и Украина. Когда-то они закончатся, чего нельзя сказать о противостоянии этих лагерей. То есть история растягивается на сколько-то лет вперед.
Г. ЛАВРИНЧИК: «Я тоже не всё могу сказать»
Реакция на дрон
– Господин Лавринчик, помогите понять Румынию: 85 лет назад власти вашей страны приняли сторону Вермахта и двинулись с немцами на Восток. После Второй мировой войны вошли в Варшавский договор, а вы в школьные годы отдыхали в Артеке и сильно подружились с советскими сверстниками. Эта дружба сделала вас любимчиком в бывшем Союзе, а сейчас в России. Между тем в 1989 году румыны жестоко казнили своего лидера, коммуниста Чаушеску и его супругу. В нынешнем столетии нарастает конфронтация с Россией. Вдруг будет новый «поход на Восток». Что тогда?
– Хотелось бы перевести этот вопрос в шутку, но я скажу всерьез: будет так, как решат в Брюсселе. В мае Румыния закрыла Генеральное консульство России в городе Констанца. Свалили на дрон, влетевший в жилой дом в Галаце. Такова команда из Брюсселя, и не только нашей стране – обвинять Россию, не имеет значения, чей дрон прилетел. В июне был зеркальный ответ: Россия закрыла наше Генконсульство в Санкт-Петербурге. В Румынии живут около 25 тысяч этнических русских, большинство из них являются старообрядцами, которые пришли в XVII-XVIII веках, после раскола Русской Церкви. Граждан Румынии в России около 5,5 тысячи. Постоянно встречаю своих земляков, друзей, проживающих в России. Либо они женились на россиянках, либо работают в международных, особенно итальянских, компаниях. Поэтому консульства нужны в обеих странах. Но, к сожалению, политиков не волнует эта актуальность. Они используют дипломатию как политический рычаг давления.
В 2019 году я был предложен МИД и Посольством России в Бухаресте на должность почетного консула Российской Федерации в Румынии. Этим вопросом занимался бывший посол России в Румынии Валерий Иванович Кузьмин, он многократно обращался в наш МИД, но предложение отклонили. Румынские мидовцы сказали мне, что главным противником был бывший президент Румынии Клаус Вернер Йоханнис.
Ещё один плацдарм?
– Братский молдавский народ, безотносительно к России, не особенно верит румынской верхушке. Недавнее приглашение к унионизму от нижней палаты румынского парламента далеко не все одобрили, были и протесты.
– Это сюжет исторический, наши власти его разогревают, и я знаю почему. Молдову хотят видеть еще одним плацдармом, когда она станет Румынией. Простые румыны и молдаване не хотят этого объединения, каждый народ дорожит своей государственностью. В Молдове многие опасаются обострения на этой почве приднестровского конфликта. Но Евросоюз хочет вплотную приблизиться к России, а в Молдове сильны пророссийские настроения.
– Если вы об этом так смело говорите, значит, свобода слова в Румынии есть.
– У нас не так много, кто смело говорит. И я тоже не все могу сказать.
Фото Mogilev-rik.gov.by
