Ситуация с тотальным запретом рыбалки в пределах с 13 мая по 10 июня близится к своему финалу. Через неделю о нем забудут. Но осадочек останется.
В общих чертах: мы уже не одно десятилетие живем в условиях, когда в нерестовый период устанавливают понятные всем рыбакам ограничения на ловлю – по видам рыб, по регионам, по конкретным водоемам и срокам. Это как расписание поездов, где за каждой строчкой четкий алгоритм действий. Читай, планируй, пакуй чемоданы.
И вот когда уже щука с окунем на наших водоемах завершили свой цикл нерестового нагула, войдя таким образом в рамки обычного для рыбаков-любителей предмета ловли, с разрешительного Олимпа (комитет при минсельхозе) поступает распоряжение, по смыслу похожее на жестяной тон вокзального рупора: граждане пассажиры, движение поездов по всем направлениям запрещено.
Ключевое слово – запрет. Попытка получить вразумительное объяснение редко венчается успехом. Редко кто из должностных лиц снисходит до перевода с казенного на человеческий язык аргументированного пояснения: почему и чем вызван очередной сбой в логике управленческой парадигмы. А если и поясняют, то выглядит это так: «Рыбинспекция работает по стандартному восьмичасовому графику. Ночью, особенно на отдаленных участках рек, уследить за порядком практически невозможно. Темнота становится идеальным прикрытием для браконьеров, которые маскируются под обычных рыбаков-любителей». Ага. Интересно, а после снятия тотального запрета браконьеры сами по себе вымрут или рыбинспекцию переведут в круглосуточный режим бдения?
«Это было бы смешно, когда бы не было так грустно…», наверняка бы процитировал свои строки незабвенный Михаил Лермонтов, окажись он в положении наших рыбаков-любителей. Но если мы в лице государственных контор действительно печемся о сохранении и преумножении рыбных запасов, то почему эти же конторы абсолютно равнодушны к тому, что сотни тонн карася, щуки, окуня, плотвы, линя у нас дохнут подо льдом так называемых заморных водоемов? Это не вопрос о климате. Это о том, что к рыбному потенциалу наглухо закрыт доступ людей с удочками.
Сами же запреты, освященные подписью и печатью должностных лиц, зияют дырками, как решета. Вот реакция рыбака-любителя, почерпнутая мною из рассерженно-недоумевающих чатов рыболовного сообщества: «Непонятно, можно ли будет рыбачить в придорожных кюветах, прудах садовых обществ, на речных безымянных старицах, котлованах? Используя термин «водоемы», приказ не дает пояснений».
Фото из архива автора
