ТОО «Раскуль» Мендыкаринского района завершило очередной этап уборочной кампании.
Мелкосеменная и высокорентабельная
– Уже пару десятков лет мы выращиваем эту культуру, – рассказывает директор хозяйства Александр Максимов. – Конечно, она требует дополнительных обработок, а значит, и расходов, но получаемые результаты, как правило, всегда радуют. Тем более что это растение оказывает благоприятное влияние на структуру почвы и ее фитосанитарное состояние. В частности, снижает плотность почвы, и на следующий год тут не видно некоторых сорняков.
Все это директор ТОО «Раскуль» говорил о льне, посевы которого, судя по всему, предприятие начало расширять. Допустим, в прошлом году лен разместили на 800-гектарной площади, а нынче этот клин достиг 950 га. Причем два поля уже обмолотили. Осталась лишь 117-гектарная клетка, к которой мы и ехали.
– Предыдущие поля мы убрали раздельным методом, – продолжил Александр Сергеевич. – А вот на третьем оказалось немало зелени. Пришлось провести десикацию, которая выравняла спелость посева и уничтожила сорняки. После чего решили применить прямое комбайнирование. И еще один фактор: несмотря на то, что у нас основную часть уборочных агрегатов составляют роторные «Джон Диры», на поля льна мы отправили два «Вектора». Ведь уступая «американцам» по выработке, эти ростсельмашевские машины гораздо лучше при уборке мелкосемянных культур. Имеется в виду то, что они способны снизить до минимума потери урожая. И, думаю, что в том числе благодаря этому мы в среднем получаем еще один центнер маслосемян льна.
– А какова урожайность в этом году на ваших льняных полях?
– На сегодняшнее утро – 10,3 центнера. Это немного меньше, чем в прошлом году. Кстати, такая разница сложилась у нас практически по всем сельхозкультурам. Допустим, зерновые, которые мы уже обмолотили, нынче дали 24 центнера на круг, хотя их прошлогодний показатель был на 4 центнера выше. Самый большой спад случился на ячменных полях, поскольку именно они сильно пострадали в разгар летней жары. В итоге урожайность этой в общем-то неприхотливой зерновой культуры достигла лишь 14 центнеров с гектара, что в два раза меньше прошлогоднего результата.
Живой ковёр
А вот и льняное поле, которое во время цветения порой поэтично называют «синим морем» или сравнивают его с небесной синью. Да, действительно, в тот период нежные бутоны льна, особенно в утренние часы, создают прекрасную картину, напоминающую настоящий живой ковер. Но затем все исчезает, и осенью на этих полях совершенно неприглядная картина – видим неряшливые космы созревшей сельхозкультуры.
К такой полевой клетке, где уже явно завершались уборочные работы, мы и подъехали. Два «Вектора» под управлением Владимира Хивренко и Роберта Гана «утюжили» оставшийся небольшой участок, а неподалеку стояла «Нива» агронома хозяйства Якова Резе.
– Вы прямо к завершению работ успели приехать, – улыбнулся он. – Но не всех, конечно. Речь о завершении только полевых работ. А если говорить в целом, то лен нам еще надо подработать на зернотоке и подготовить партии для его реализации. Не знаю, по какой цене. Ведь моя задача – вырастить эту культуру. На поля много раз приходится загонять технику. Сначала, разумеется, для закрытия влаги. Потом против сорняков сделали предпосевную обработку глифосатом. Затем здесь прошли посевные комплексы. Летом сделали еще две химобработки против сорняков и одну против вредителей. Осенью на этом поле провели десикацию. Одним словом, довольно большие расходы требует лен. Как, впрочем, и другие сельхозкультуры.
И тут к нашему разговору присоединился директор.
– Яков правильно говорит о немалой расходной части нашего производства, – подчеркнул Александр Максимов. – Тут, к сожалению, нередко создается своеобразный дисбаланс. Допустим, в этом году у нас общие расходы выросли на 15 процентов. Зато цены на продукцию, которую мы выращиваем, снизились. Все тот же лен в прошлом году можно было продать по 225 тысяч тенге за тонну, сейчас же за него пока дают примерно 145 тысяч. Такая же ситуация и по ряду других культур. Поэтому нам приходится ужиматься в каких-то расходах. Но только не там, где экономия может обернуться проблемами. Взять хотя бы тот факт, что в этом году мы купили мощный трактор RSM 2400 (почти 100 миллионов тенге), построили просторный навес для сельхозтехники (65 миллионов) и приобрели джондировский опрыскиватель, пусть и бэушный, за который заплатили 115 миллионов тенге. И это лишь часть обязательных расходов.
Финиш
Да, комбайны полностью убрали поле, выгрузили намолоченный лен в кузов подъехавшего КамАЗа с прицепом и начали «прихорашиваться». Это, конечно, шутка, поскольку речь шла о продувке узлов и агрегатов сжатым воздухом, которым обеспечил комбайнеров наладчик Владимир Кудрин, включивший компрессор своей машины.
Вроде бы пора комбайнам уезжать с поля. Но нет, сюда подъехал УАЗ-«хозяйка» с термосами, поскольку настало время обеденного перерыва. Ведь здесь придерживаются крылатого выражения «война войной, а обед – по расписанию». Поэтому сначала полеводы поели, а уж потом техника пошла на базу.
