Необычное название поселка, напоминающее название каши, привлекло наше внимание. И мы отправились в Фёдоровский район.
Воздух чист, трава густа
Июльская жара не щадила с самого утра, но за городом легкий ветерок был спасением. Остановившись у указателя села, я не могла надышаться степными ароматами. Здесь, в Полтавке, воздух особенный – чистый, густой, насыщенный запахами различных трав до такой степени, что хотелось достать ложку и попробовать его на вкус.
Дома в поселке добротные, у заборов аккуратно подстрижена трава. Но там, где никто не живет, она выше пояса. Стучим в первый же дом. Дамир Елентаев родом из Карасуского района, женился и переехал в поселок супруги. В то время, лет 10 назад, пустых домов в Полтавке не было. Но с годами стала пустеть. Начальную школу закрыли, и семьи с детьми потихоньку разъехались. Дамир тоже планирует года через два, когда ребенку идти в школу, переехать. Долгое время мужчина работал пастухом. Со временем скотины стало заметно меньше. Пошел трудиться в КХ «Бублик».
– Мне здесь нравится. Воздух чистый. Были проблемы с дорогой, но ее несколько лет назад грейдировали. Стало проще добираться до Пешковки, – рассказывает Дамир. – В Полтавке нет магазина, медпункта. Едем за всем необходимым в Пешковку. Вода колодезная, но нам установили и пункт выдачи воды. Газовые баллоны привозят регулярно.
Дружная «пятёрка»
В поселке всего шесть детей. Один в семье Елентаевых, остальные пятеро у Ольги и Алексея Кошевых. Нет, семья из Полтавки не имеет никакого отношения к Герою Советского Союза Олегу Кошевому. К этому вопросу Ольга привыкла.
– Эй, слезайте, обезьянки, с дерева, – шутит женщина. Дети с задором спрыгивают и подбегают к матери. – У меня три сына и две дочери: Алексей, Виктория, Тимофей, Марина, Антон. Все школьники. Старшие в будни учебного года остаются в интернате. Младших возим на машине туда-сюда каждый день. Неудобно: у них разные смены. Хорошо, что на работе мужа понимают. Переживаем, чтобы старенькая машина не подвела. Раньше дорога была плохой. Долго добивалась, чтобы хоть щебнем засыпали.
Ольга работает продавцом в магазине в Пешковке. Семья держит скотину. На заднем дворе замечаем коз. А я отмечаю гигантский чертополох выше меня ростом. Прошу фотокора меня запечатлеть. Ольга машет рукой: нет времени тут травой заниматься. Женщина говорит, что сегодня в Полтавке живут 25-30 человек. Лет 20 назад – в разы больше. Вспоминает свои школьные годы, мол, в автобусе, который возил среднее и старшее звено в Пешковку в школу, дети друг на друге сидели. Дома культуры тогда уже не было. Но дискотеки проводили – в столовой. Сегодня это здание пустует.
Семья Кошевых живет в родительском доме Ольги. Родные давно в Новосибирске, туда же уезжала на ПМЖ и Ольга с Алексеем и детьми. Но вернулись, так как старшему сыну не подошел климат. «Я уже никуда не хочу ехать. Здесь спокойно, тихо», – говорит многодетная мама.
Дом Кошевых просит ремонта. Но на это нет пока денег и сил. Трещины на стеклах кое-где заклеены скотчем, а где и фанерка вместо стекла. Второй хозяин (а дом рассчитан на двух владельцев) давно живет в Костанае.
Старшая дочь Виктория хочет стать стоматологом. Поселок свой любит, но здесь негде и не с кем гулять – подруги в Пешковке. Вот и сидит дома с телефоном. Решила, что после учебы в село не вернется. Младший Антошка в этом году пойдет в первый класс. Марина несет мне свои рисунки, на них – эскизы костюмов и платьев. Девочка поделилась мечтой – хочет стать дизайнером-модельером. Желаю, чтобы мечта сбылась.
Жить можно
Через несколько домов замечаю женщину, собирающую у своих ворот скошенную траву.
– Муж накосил утром, собираю, чтобы овечек кормить. Сейчас их не выпускаем, потому что пастуха нет, – поясняет Юлия Полищук.
Она сама родом из Рудного. Но много лет назад, в 1996-м, горожанка влюбилась в сельского парня и уехала с ним в Полтавку. Сегодня в поселке она работает сторожем, муж – трактористом в КХ. Единственный сын переехал в Рудный. В городе горняков подрастает маленький внучок.
– Не было сложно вам, городскому человеку, привыкнуть к селу? – любопытствую.
– Люди всему учатся, – улыбается Юлия.
– А чем вас так привлек поселок, что не стремитесь уехать?
– Воздух чистый, вода вкусная. Природа красивая. Хотя здесь нет ни леса, ни озера. Жить можно. Держим овечек да кур для себя.
Гвозди бы делать из этих людей
Ее сосед, Анатолий Синькевич, сидит перед домом в инвалидной коляске. Перед ним разложены какие-то только ему понятные железки. Ремонтирует двигатели, и не только. Он коренной житель Полтавки, но не знает, почему поселок называется так. Советует нам поговорить с его мамой. Она старожил поселка.
Заметив в окне чужую машину, к нам выходит супруга Анатолия Светлана.
– У вас такой необыкновенный запах травы, – отмечаю я. – После дождей что ли?
– Нет, у нас всегда такой воздух, – говорит Анатолий Синькевич. – Я работал управляющим в разных поселках, но нигде нет такого воздуха, как в Полтавке.
Переезжать семья не планирует. «У нас спокойно, тихо. Из дома, когда уезжаешь, ничего даже и не закрываешь. Знаем: никто не заберется и чужого не возьмет», – поясняет Светлана.
Женщина обожает цветы. Заходим во двор. Стену украшают вазоны с цветами. Вдоль травяной дорожки, почти газона, синие, бордовые, розовые васильки. Снимаю обувь: так приятно ногам чувствовать прохладу травы. Навес, увитый растением, похожим на дикий виноград, скрывает зону для чаепития и вход в баню. Мы садимся пить чай с молоком. Несмотря на жару, чай пьется с большим удовольствием. Светлана угощает нас вареньем из земляники и земляничным повидлом.
– Толя в лесу сразу ягоду чистит, дома я прогоняю ее через ручную соковыжималку. Потом добавляю из расчета один к одному сахар и варю около часа до загустения, – делится рецептом повидла хозяйка дома.
В семье Синькевичей два сына. Но внуков пока у Светланы и Анатолия нет. Вместе супруги более сорока лет. Оба пенсионеры.
– Грустно, конечно, что школу разобрали, нет и детского сада на две группы. Его в 1980-х открывали. Нет клуба, библиотеки, магазина. Застала то время, когда нам фильмы в клубе показывали, детям – мультфильмы. Остался лишь памятник погибшим в ВОВ. В этом году его к 9 Мая белили.
– А как с медпомощью?
– За ней едем в Пешковку. Хорошо, что есть WhatsApp. Пишем в случае чего врачу. Когда срочно надо – звоним. Приезжают. И за пенсией приходится тоже ехать в Пешковку. Банкомата у нас нет.
Пока Светлана с фотокором делали снимки с цветами, я осторожно спросила Анатолия о его беде с ногами. Оказалось, мужчине было 38 лет, когда у него стали слабеть ноги. Поехал в областную больницу. Там сделали обследование и предложили операцию на позвоночник, но, как выяснилось позже, провели ее неудачно, говорит Анатолий. Ноги отказали. Жена сразу сказала: чтобы ни случилось, буду рядом. Бесценная ныне преданность.
Но вспоминать о том, как он, здоровый молодой мужчина, учился жить заново, не хочет. Сегодня все делает сам. Некоторое время занимался выжиганием, из газет крутил трубочки и плел корзины… В доме он тренируется на турнике. Анатолий показывает мышцы на руках, которым позавидуют молодые.
– Самое главное в жизни – семья, – говорит мужчина. – Было сложно принять, но я представлял себе, что жизнь перешла на другой уровень. В юности мечтал, что у меня будет машина, дом, большие ворота и большая собака. Все это у меня есть. Прекрасная семья, дом с большими воротами, машина. Только собака небольшая. Я счастливый человек.
Здесь тишина
Дом матери Анатолия Синькевича нашли быстро. Нам повезло: женщина только вчера вернулась из Челябинска от дочери, чтобы пару недель побыть дома, за которым за год соскучилась. Даже плакала. Во дворе с охапкой травы замечаем внучку Алесю. Она наводит порядок. Выходит к нам бабушка, опираясь на роллатор. Лидии Даниловне 87 лет. Но она очень красива, с тонкими чертами лица и необыкновенно яркими голубыми глазами. Чувствуется в ней аристократическая порода. И мне трудно представить, что она всю жизнь проработала дояркой.
С ее слов, мама была из богатой семьи, отец – из бедняков. Когда в 20-х годах прошлого века на Украине взялись рьяно раскулачивать зажиточных, 10 семей собрали свои пожитки и отправились в поисках лучшего места. Так и образовался поселок Полтавка в память об украинской земле и Полтаве. Так что селу, как говорит пожилая женщина, под 100 лет. В семье матери было десять детей. У самой бабуси, как ее называет внучка, три сына и дочь, 13 внуков и шесть правнуков.
– Как здоровье?
– Жить хочется. Только ноги болят.
Алеся показала нам и особенность дома – единственный в поселке такого формата погреб. Мой телефон, бастующий против жары и не желающий заряжаться, окунувшись в прохладу, получил передышку. Здесь хранятся с прошлого года несколько банок с лечо. Бабушка до последнего занималась заготовками. Алеся показывает «изюминку» – хранилище для картофеля. Много места, чтобы сохранить для большой семьи «стратегический запас».
Выбираемся на солнце – к цветам, тенистым деревьям. В огороде, среди заросшей зелени, замечаю заброшенный улей. Пчелами, пока был жив, занимался дедушка. А Лидия Даниловна любит вязать.
– Мелкая моторика укрепляет память. Вязание – как раз мелкая моторика, – говорит Алеся Хаустова.
Женщина три года как живет в Москве. За ее плечами медколледж и специальность массажиста. В России она получила образование кинезиолога и остеопата. Мама двух детей тоже родилась в Полтавке.
– После Москвы каково в Полтавке?
– Здесь тишина, нет магазина, школы. Можно отключиться от современного темпа жизни и расслабиться, – улыбается Алеся.
На прощание бабушка подарила нам вязаные подушки, сделанные ее руками. И прибавила: чтобы дольше жили. Когда мы уже сели в машину, перекрестила нас, благословляя. Впервые я уезжала из села с неохотой. То ли аромат трав так действует, то ли искренность и душевность людей покорили мое сердце, но ответ на вопрос, почему люди остаются верными своей земле, мне стал понятнее.
Корреспонденты «КН» пишут свой букварь населённых пунктов Костанайской области, выбирая в командировках точку назначения по алфавиту. Нас интересуют как положительные примеры, уникальные люди, так и проблемные точки региона. Хотите подсказать журналистам направление? Пишите на редакционный WhatsApp «КН» 8-777-442-11-22.
