И это не ирония. Для многих казахстанцев процедура банкротства – единственный способ остаться на плаву. Костанайский экономист Андрей КОВАЛЬ рассказывает о том, кто и как может освободиться от долгов и какой ценой достанется эта свобода.
В долгах, но в шелках
Современный человек живет в условиях диктатуры успеха. Соцсети и агрессивный маркетинг ежедневно внушают нам: ты состоялся как личность, только если держишь в руках смартфон по цене крыла самолета, сидишь за рулем премиального авто и носишь брендовые вещи. Под этим давлением люди совершают хаотичные траты, абсолютно несоразмерные с их реальными доходами, и сами себе роют долговую яму.
Тем, кто не может самостоятельно выбраться из нее, государство готово подставить лестницу. Принятый весной 2023 года Закон «О восстановлении платежеспособности и банкротстве граждан Республики Казахстан» дал проблемным заемщикам реальный шанс обнулить свои обязательства. Процедура стала жестким, но необходимым ответом на закредитованность населения. Впрочем, кандидат экономических наук, начальник Управления науки КРУ им. А. Байтұрсынұлы, член Общественного совета Костанайской области Андрей Коваль призывает не питать иллюзий относительно природы спасательного круга:
– Банкротство физических лиц в Казахстане – это механизм, позволяющий гражданам, неспособным исполнять долговые обязательства, списать долги или восстановить платежеспособность, но чаще всего он предусматривает борьбу с последствиями, а не с причиной явления.
Кредитное ярмо
В социальных сетях любая новость о банкротстве вызывает массу негатива. Люди пишут о том, что государство готово протянуть руку помощи тем, кто бездумно набирает кредиты, при этом напрочь забывая о тех, кто тянет свою лямку честно. Однако, по словам Андрея Коваля, все не так однозначно. Экономический анализ выявляет несколько причин, превращающих обычных заемщиков в банкротов.
На первом месте стоит внезапная потеря работы или резкое снижение доходов. Экономические неурядицы, оптимизация штата, сокращения мгновенно лишают человека возможности платить за кредиты. Сюда же можно отнести падение реальной заработной платы на фоне инфляции потребительской корзины. Львиная доля семейного бюджета уходит на продукты питания и коммуналку.
Второй фактор – проблемы со здоровьем. Необходимость экстренного дорогостоящего лечения и внезапная нетрудоспособность выбивают почву из-под ног даже у самых дисциплинированных плательщиков.
Третья причина кроется в банальной финансовой неграмотности и непрозрачности кредитных продуктов. Заемщики часто подписывают договоры, не вникая в запутанные формулировки. Особенно ими грешат микрокредитные организации, где до недавнего времени ставка могла достигать грабительского 1% в день. Доступность «быстрых денег до зарплаты» притупила у населения чувство опасности.
Изнанка финансовой свободы
Действующее законодательство предлагает заемщикам три сценария спасения, исходя из масштаба бедствия. Самый популярный – внесудебный порядок. Это экспресс-вариант для граждан, чей долг перед банками, МФО или коллекторскими агентствами не превышает планку в 1600 МРП (в 2026 году это порядка 6,9 миллиона тенге). При этом у человека не должно быть никакого зарегистрированного имущества, а период просрочки должен превышать 12 месяцев. Подать заявку можно через eGov, ЦОН или мобильное приложение e-Salyq Azamat.
Второй путь – судебное банкротство. К нему прибегают, когда сумма обязательств перешагивает лимит в 1600 МРП, либо если среди кредиторов значатся обычные физические лица или юрлица, не являющиеся финансовыми институтами. Здесь процесс переносится в залы суда, а имущество должника (если оно есть) выставляется на торги для частичных расчетов под контролем финансового управляющего.
При всей внешней привлекательности институт банкротства не такой уж легкий способ уйти от ответственности. Закон накладывает на гражданина жесткие долгосрочные ограничения.
– Получив статус банкрота, человек на ближайшие пять лет полностью лишается права брать новые кредиты и займы, – поясняет Андрей Коваль. – В течение трех лет его расходы и доходы будут находиться под пристальным наблюдением контролирующих органов. Кроме того, повторно подать заявку на банкротство можно будет только через семь лет.
Поэтому многие выбирают третий путь – восстановление платежеспособности. В этом случае суд утверждает индивидуальный пятилетний план реструктуризации долгов. Человеку предоставляют легальную передышку без начисления пени и штрафов. Обязательства не аннулируются, но выплачиваются в максимально щадящем режиме.
Дашь списать?
Минувший 2025 год продемонстрировал резкий рост популярности процедуры банкротства. По официальным данным Комитета государственных доходов, во внесудебном порядке за год банкротами признали 32640 человек – это больше половины всех успешных кейсов с момента запуска реформы. Общая сумма прощенных долгов составила 64,4 млрд тенге.
На этом фоне судебное банкротство выглядит штучным продуктом: за весь 2025 год его применили всего в отношении 140 граждан, их совокупный долг потянул на 18,9 млрд тенге. Еще 439 человек решили сохранить финансовое лицо и вошли в процедуру восстановления платежеспособности с общей задолженностью в 5 млрд тенге.
Свежие цифры Комитета госдоходов, озвученные в этом месяце, впечатляют. На сегодняшний день суммарно по двум процедурам признаны банкротами 66600 человек, 250 млрд тенге подлежат списанию. Сумма выглядит внушительно, но не отражает полной картины проблемных кредитов. С марта 2023 года казахстанцы подали свыше 378 тысяч заявлений на внесудебное банкротство, однако порядка 72,8% из них получили отказ. Главные причины – выявление скрытого имущества, несоответствие жестким критериям по суммам, отсутствие непрерывной 12-месячной просрочки или банальное нежелание должника предварительно провести процедуру урегулирования спора со своим кредитором.
Понять и простить
Понимая, что система нуждается в гибкости, законодатели планомерно ее шлифуют. В 2024 году в законе прописали, что копеечные платежи (менее 1 МРП) не могут прерывать срок просрочки. С 2025 года должникам разрешили отзывать заявления без объяснения причин, а также аннулировать те обязательства, которые банки «забыли» внести в базы кредитных бюро. В 2026 году из обоймы внесудебного банкротства вывели ломбарды. Для людей, чья просрочка длится более пяти лет, а долг не превышает 1600 МРП, процедуру сократили с шести месяцев до одного. Более того, на днях объявили о грядущем запуске проактивного механизма – система будет сама рассылать SMS-сообщения подходящим под условия должникам с предложением пройти процедуру финансового очищения.
– Таким образом, банкротство в Казахстане эволюционирует от крайней меры к инструменту финансовой реабилитации, но требует дальнейшего баланса между защитой прав должников и интересами кредиторов, – резюмирует Андрей Коваль.
Несмотря на все жесткие ограничения, государство сохранило главное – человеческое лицо процедуры. У банкротов не отнимут крышу над головой, если это единственное незаложенное жилье, не заберут социальные пособия и предметы первой необходимости. Но каждому, кто решается на этот шаг, важно понять – по крайней мере на ближайшие пять лет вам все же придется отказаться от привычки жить в долг.
Иллюстрация kz.kursiv.media. Инфографика Марии ДАВЫДОВОЙ
