Беседуем с депутатом Сената Парламента РК второго и третьего созывов, ответственным секретарем Министерства сельского хозяйства РК в 2009-2013 гг., первым заместителем акима Костанайской области в 2013-2015 гг. Евгением АМАНОМ.
Продолжение. Начало в номерах за 3 и 24 сентября.
Всё начинается с земли
– Евгений Иосифович, сегодня в законодательном поле Казахстана понятие «земельный пай» не найти. По крайней мере в том виде, какой «протаранил» сельскую жизнь в 90-е. Начиналось как в поговорке, «за здравие», и не после, а до августа. 28 июня 91-го был принят Закон Казахской ССР «О земельной реформе» – базовый документ, старт преобразования совхозов и колхозов. В марте 94-го Правительство независимого Казахстана утвердило своим Постановлением «Порядок уступки права на земельную долю (пай)». Тогда же официально была утверждена форма свидетельства на пай. И уже после этого сельчанам массово стали выдавать документы на доли (паи). Все революции начинаются с раздачи земли крестьянам. Например, в 1917 году Ленин издал декрет «О земле».
– Ленин вообще отменил частную собственность на землю, в то время как реформа 90- х, наоборот, ориентировалась на внедрение рыночной капиталистической модели. В 17-м землю отдали не крестьянам – от частников она перешла государству. Главными положениями Декрета о земле 1917 года, помимо частной собственности, была передача ее во всенародное достояние безвозмездно. Декларативно земля переходила в собственность тех, кто ее обрабатывал лично или семейно, главное – без батраков, без наемного труда. Также все недра, леса и воды передавались в пользование государства. Тех, кто в 17-м году испытал эйфорию от ленинского Декрета, сегодня нет, но какие события происходили в последующие годы, мы знаем. Была кровавая борьба и за власть, и за землю. В 90-х, к счастью, обошлось без этого.
Потерянный клад
– Для этого и раздали земельные доли? Чтобы не было протестов? А сегодня можно слышать, что это была «законодательная ловушка». Земля без средств производства – потерянный клад. Очень скоро паи оказались у бывших директоров совхозов, потом и вовсе пошли «по рукам».
– Законодательство тех лет не обязывало наделять пайщиков минимально необходимым объемом средств производства. В декабре 1995 года был принят Указ Президента РК, имеющий силу Закона «О земле». Исторический, как потом говорили. Никакой ловушки Назарбаев не планировал, это точно. Институт условных земельных долей Указ закрепил, сельчане получили право передавать паи в аренду, вносить в уставный капитал ТОО или организовывать крестьянские хозяйства.
Почему директорам совхозов дали «льготную» долю – 20 процентов? Почему отдельно, зачастую на закрытых аукционах, шла приватизация элеваторов, складов, нефтебаз сельхозтехники, сельхозхимии и тому подобного? Правительству нужны были профессиональные, как минимум опытные люди, которые бы дали ума свалившемуся на них богатству. В 17-м была эйфория, и в 90-х она тоже имела место и не прошла без последствий. Президент и правительство почувствовали опасность оставить страну голодной. Вполне реальные риски. В моем родном Федоровском районе вместо десятка крепких совхозов появились сотни мелких хозяйств – проект руководителя района, ныне покойного. Его инициативу сначала мощно пропагандировали, идеализировали, но результата в итоге не увидели. Хотя крестьяне, конечно, хотели быть фермерами, как в Америке или в Европе.
Американская провинция
– На рубеже конца 80-х – начала 90-х вышел документальный сериал «Американская провинция». Фермеры уже тогда работали с компьютерами. Их элеваторы, техника – все было другим. Но несмотря на огромную разницу, наши люди тоже вдохновились. США, Канада имеют посевные площади не меньше, чем в Казахстане. В Канаде и дороги, где-то читала, не лучше наших. Но за 35 лет, как я считаю, наш АПК не догнал американцев, а также их соседей.
– Наших людей больше всего поразило обилие мощной техники у американцев. Но в сериале показали не мелких, а крупных фермеров. Мы увидели как они живут: просторные коттеджи со всеми удобствами, гаражи для нескольких автомобилей и тому подобное. Американский фермер заработал это тяжелым крестьянским трудом и при хорошей поддержке государства. У нас в 90-е была нищета. У государства не было возможности даже пенсии платить. За какие средства можно было создавать МТС или наделять сельчан техникой, кредитами на ее покупку? Лучшего варианта не было, как просто раздать землю, а дальше – куда кривая вывезет. Один рабочий трактор собирали из двух-трех нерабочих, так же с комбайнами. Государству нечем было помочь новоявленным арендаторам земли. Фокус сместился на старых, проверенных временем руководителей.
«Я не знала, шо таке «безвозмедно»
– Были и непроверенные, которые преуспели. В «КН» 20 ноября 2001 года был опубликован материал о сельском сходе в селе Новоалексеевка Алтынсаринского района. Замечательный человек, бывший рабочком, потом председатель сельского совета, потом аким Николай Павлович Морозов сказал, что Новоалексеевка, «наверное, единственное село на весь Казахстан, в котором людей оставили без паев». Их подарили руководителю ТОО. Если совхоз сеял 34 тысячи га, то он – 12 тысяч га. Про пайщиков забыл, потому что паев у них уже не было. Акиму района написали 150 заявлений, что директор забрал паи обманным путем, наняли адвоката, чтобы судиться. Жительница села тетя Шура сказала на сходе: «Я не знала шо таке «безвозмездно». Но что-то менять было поздно: директор и паи получил, и трубы выкопал, где было центральное отопление и водопровод. Новоалексеевцев от вымирания спасла «Иволга».
– В прошлом выпуске мы вспоминали массовую миграцию. В этом контексте этнические немцы, которым еще в 41-м было предписано жить не в городе, а в деревне, где они и жили в своем большинстве, бросали свои доли и уезжали. Важный нюанс: доли потому и назывались условными, что никто не ставил «колышки», где земля Иванова, Ахметова или Шмидта. Было не до этого.
Как у нас квартиры приватизировали? Один жил в благоустроенной, городской, трех-четырехкомнатной квартире, с паркетным полом и двумя балконами. Другой – в «хрущевке», третий – в криминальном районе, куда даже милиция не заглядывала. Под общий знаменатель никого не подгоняли. Газеты и ТВ бушевали, также и в Парламенте: почему государство спихнуло весь ЖКХ на жильцов? Почему не отремонтировало жилой фонд, прежде чем отдать в собственность? Почему протекают крыши, подвалы залиты сточными водами, а лифты не работают? Потому что сначала надо было выжить.
Человеческий фактор
– Выжили не все. И в городе, и в деревне.
– Человеческий фактор всегда играл огромную роль. Если вернуться к земельным наделам, то одни директора ТОО распорядились ими по-хозяйски, дали владельцам паев жить по-человечески. «Красные директора» оставили хороший след в истории нашей области. «Асфальтовые» же бросили село как место жительства, перебрались в город, наезжали, чтобы собрать дань. Напомню, в 2003 году пайщиков поставили перед выбором: надо было до 1 января 2005 года либо выкупить пай в частную собственность, либо оформить самостоятельную аренду у государства, либо передать в ТОО или крестьянское хозяйство. У того, кто этого не сделал, права на условные доли прекращались. Естественный отбор был жестоким. Многое вышло наперекосяк. Но на постсоветском пространстве только Лукашенко удержал сельское хозяйство. Белорусский лидер не пошел на шоковую приватизацию совхозов и колхозов, не стал делить землю на доли или паи, избежал разрухи, какая постигла наши сельхозпредприятия и села. В остальных республиках было не лучше, чем у нас в Казахстане.
Продолжение следует
Фото предоставлено Евгением АМАНОМ и из архива редакци
