В Германии наплыв беженцев, и многие граждане страны стали волонтёрами. Они обучают сирийских беженцев немецкому языку. О том, как сирийцы учат немецкий, нам рассказал наш земляк Всеволод Болгердт.
Всеволод окончил Костанайский пединститут, учился на кафедре английской филологии. Второй язык — немецкий – сейчас для него стал первым. В Германии он живет около года, продолжает учиться. Охотно откликнулся на предложение пройти практику в центре обучения сирийских беженцев немецкому языку.
— Среди беженцев довольно часто встречаются люди с университетским образованием. Некоторые знают русский, некоторые – английский. Но мне не встречались сирийцы, которые хотя бы немного знали немецкий, — рассказывает Всеволод. – А я работаю с группой, которая даже в малой степени не владеет ни английским, ни русским. Подозреваю, что некоторые вообще неграмотные.
На вопрос, как учить людей, которые тебя вообще не понимают, Всеволод ответил так:
— Мы учим буквы, слоги, складываем слова. Группа радуется, когда может прочитать слово по буквам, которые они уже знают.
Всеволод БОЛГЕРДТ: «Учатся сирийцы терпеливо. Радуются, когда могут прочитать слово по буквам, которые уже знают».
Пока ученики никак не могут обратиться к своему учителю. Его имя для них слишком труднопроизносимое – Всеволод. Но сам он их имена знает с первого урока.
— Я выучил имена своих учеников, чтобы расположить их к себе. Никого не путаю: Басель, Ботан, Рушин, Осман, Хозан, Ясин, Ахмад. В группе есть женщина, но к ней я пока никак не обращаюсь, чтобы не смутить ее, а также, чтобы не попасть впросак, так как в мусульманском мире это тонкий вопрос – женщина и мужчина…
Как-то Всеволоду пришлось переводить разговор с арабом, который знает русский. Он приходит на занятия вместе со своим отцом. Однажды отец не пришел на уроки, а к этому организаторы курсов довольно строго относятся:
— Почему не пришел отец? – спросили у сына.
— Он сегодня ушел ко второй жене, — простодушно ответил сын.
Те, кто спрашивал, не нашлись, что сказать. Впрочем, пока сирийцы уроки пропускают нередко. Беженцы проходят медицинские комиссии – это необходимое условие для проживания в Германии. Из какой бы страны ни прибывали люди, на постоянное или временное местожительство, они первым делом проходят флюорографию. Много ли больных сирийцев, сказать трудно. Но если кто-то болеет, принимающая сторона возьмет на себя расходы – человека будут лечить. И учить – тоже.
— Я пришел к выводу, что через время буду хотя бы немного знать арабский, — говорит Всеволод. – Учителю арабов это просто необходимо…
И он рассказал, как однажды услышал в разговоре своих учеников знакомое слово «медресе» — школа. И тут же его использовал на уроке. Медресе – die Schule. Теперь слово «школа» класс произносит с пониманием.
— Учатся они терпеливо. Поэтому я уверен, что мои уроки – труд не напрасный.
По четыре часа пять раз в неделю Всеволод посвящает обучению сирийцев немецкому языку. Паузы делает по своему усмотрению, принимает во внимание и настроение учеников, все они старше, чем он, по возрасту. Ехать на уроки ему довольно далеко. И надо еще подготовиться к занятиям — написать планы, четко знать, каким должен быть урок.
— Я спокоен за свои уроки. Я знаю, что надо делать, как шаг за шагом продвигаться к результату.
К примеру, слово «яблоко» — der Apfel – класс знал на слух. Ни прочитать, ни написать они это слово не умели. Но яблоки – продукт питания, к которому сирийцы привыкли и регулярно покупают в магазинах. Когда учитель на доске написал соответствующие буквы, и класс произнес вслух надлежащие звуки, то результатом все оказались довольны. Яблоко теперь не только на столе, но и в голове, это уже некий инструмент для общения, к примеру, с продавцом.
О миграционной политике Германии Всеволод говорить не хочет. Он не считает, что в этом вопросе есть проблема.
— Мне не приходилось видеть, чтобы кто-то плохо относился к беженцам, — говорит он. – В центре обучения вообще царит атмосфера доброжелательности. Но что касается планов обучения, то никому их нарушать не позволено.
— Меня однажды попросили поговорить с сирийцем, который владеет английским. Точнее, я переводил. Сириец сказал, что он хотел бы изучать немецкий на более высоком уровне, чем предлагают в Центре. Ему было отказано. Во всяком случае, пока он будет учить язык со всеми. Он должен адаптироваться.
Большинство из тех, с кем познакомился Всеволод, хотят именно адаптироваться. Например, русскоязычный сириец сказал, что он хочет найти свое место в Германии, жить, как немцы.
Арабы будут жить как немцы? Германия хочет в это верить.
