Семь из десяти казахстанцев уже консультируются по поводу болезней с нейросетями. Выясняем, почему для пациента нейросеть может стать ядом, а для врача – лекарством.
Алгоритм для алгоритма
В Парламенте РК готовят пакет поправок, который определит точную дозировку ИИ в отечественной медицине. В своем Telegram-канале депутат Асхат Аймагамбетов объяснил это тем, что казахстанцы давно консультируются с нейросетями, да и сами доктора активно внедряют их в работу.
Новые поправки четко разграничивают обычный чат-бот для бытовых советов и сертифицированную медицинскую систему. Если человек меняет реальный прием у врача на переписку с нейросетью и в итоге вредит собственному здоровью, цифровое самолечение остается на совести самого пациента. А вот клинические программы заставят пройти жесткую проверку, испытания и биоэтическую экспертизу, после чего внесут в специальный перечень Минздрава. Главное правило поправок простое: нейросеть – это всего лишь высокотехнологичный костыль, но никак не сами ноги. Окончательный диагноз ставит только человек. А значит, и отвечать за ошибку перед законом будет специалист, а не алгоритм.
На что жалуетесь?
По данным международного исследования Health Report 2026, 71% казахстанцев вовсю использует нейросети в вопросах здоровья. Причем смартфонами одинаково активно пользуются и молодежь, и старшее поколение, превращая свои гаджеты в круглосуточные филиалы поликлиник. Причины тренда раскрывают цифры того же исследования. Удовлетворенность отечественной системой здравоохранения в Казахстане на сегодняшний день составляет 43%. Полностью довольны работой медучреждений лишь 2% казахстанцев, зато совершенно не удовлетворен ею практически каждый десятый. Пациентов понять легко – в условиях, когда попадание на очный прием требует времени, ожидания в очередях и записи к узким специалистам за недели вперед, смартфон становится самым доступным «дежурным врачом».
Вот только медиков такой массовый цифровой энтузиазм, скорее, пугает. Человек без медицинского образования не всегда может правильно поставить вопрос программе. Бот выдает вполне правдоподобный ответ, а пациент бежит на прием, устраивая врачу настоящий допрос.
– Но это еще не самое плохое, – комментирует «КН» известный врач акушер-гинеколог, председатель отраслевого профсоюза работников системы здравоохранения SENIM Татьяна Булгацевич. – Плохое начинается тогда, когда люди приступают к лечению. Конечно, для этого есть объективные причины, в том числе ожидание приема, стандартные схемы лечения, не дающие эффекта. Вот люди и занимаются самолечением. Но это опасно.
Четыре уровня интеллекта
Как гласит старейшая медицинская мудрость, все есть яд и все есть лекарство. В руках профи тот же алгоритм действительно способен исцелить. Докторам нейросеть нужна не для гадания по симптомам, а для анализа снимков и поиска того, что человеческий глаз может случайно пропустить.
– Можно условно выделить несколько уровней таких технологий, – говорит Татьяна Булгацевич. – Первый уровень – административные системы искусственного интеллекта. Это самые распространенные и наименее рискованные решения. Они используются не для лечения, а для организации медицинской помощи. К таким системам относятся интеллектуальные регистратуры, распределение записи к врачам, управление потоками пациентов, чат-боты и голосовые помощники, которые могут обзванивать пациентов, напоминать о приеме, помогать с навигацией по медицинским услугам. Элементы искусственного интеллекта также используются в кадровых и управленческих процессах медицинских организаций. Такие системы уже применяются достаточно широко, поскольку не принимают медицинских решений и считаются относительно безопасными.
Второй уровень – это аналитические программы, работающие с большими медицинскими данными. Они проверяют, прошел ли человек скрининг, отслеживают опасные отклонения в анализах и подсказывают терапевту, на что обратить внимание.
Третий уровень – системы прямого медицинского назначения. К ним относятся алгоритмы, вшитые в томографы или аппараты УЗИ, для поиска опухолей, и программы поддержки врачебных решений.
И, наконец, четвертый уровень – автономные цифровые агенты для диспансерных больных. Они связываются с инсулиновыми помпами или датчиками, сами рассчитывают дозы лекарств и следят за состоянием человека.
По словам Татьяны Булгацевич, этот уровень требует самого жесткого контроля и пока работает исключительно в пилотном режиме.
Помощник в леченИИ и не только
Как рассказала «КН» координатор ИИ Управления здравоохранения Костанайской области Диана Майлыханова, в региональной системе здравоохранения сейчас обкатывают три конкретных инструмента. ► Первый – платформа OmniMammo,которую запустили пилотом сразу в девяти медучреждениях. Эта система создана для поддержки ранней диагностики рака молочной железы. Компьютерное зрение анализирует цифровые маммограммы, выявляет подозрительные патологические изменения, после чего выдает готовый результат рентгенологу. Тот уже сопоставляет заключение ИИ со своим вердиктом, оценивая диагностическую точность программы.
► Второй инструмент наводит порядок на самом чувствительном участке – в регистратурах и call-центрах. Система CallBox компании «Синтегра» берет на себя телефонную рутину. ИИ автоматически расшифровывает звонки пациентов, выделяет суть проблемы, избавляя операторов от необходимости вручную забивать данные во время разговора. Руководство клиник при этом получает прозрачную статистику по принятым и пропущенным звонкам, а также контроль сроков обработки.
► Третьим и самым массовым помощником стала система Alima, разработанная группой компаний Damumed. Она работает в двух направлениях – как цифровой медицинский эксперт (выявляет потенциальные дефекты, несоответствия и следит за соблюдением стандартов помощи) и как делопроизводитель, автоматизирующий рутинные действия и ввод данных.
– Эффект от внедрения – снижение количества дефектов до 90% и сокращение времени на оформление приема участковым врачом при неосложненном заболевании с шести до полутора минут, – поясняет Диана Майлыханова. – Автоматизация оформления документации уменьшает административную нагрузку и позволяет врачу уделять больше времени работе с пациентом.
ИИ пригодился не только врачам, но и ревизорам. Когда цифровой глаз просканировал больничные базы данных по всему Казахстану, наружу вылезло много интересного. А именно, около 400 тысяч «мертвых душ», списание которых сэкономило бюджету 31 миллиард тенге. По свежим данным Минздрава, умная проверка стала в 3,5 раза чаще вскрывать приписки и нарушения. Вскрылась и неприятная кадровая изнанка: система вычислила порядка 40 клиник без лицензий и более двух тысяч специалистов с просроченными сертификатами.
ВЗГЛЯД ИИ
Мы спросили у Gemini: сможет ли искусственный интеллект заменить врача? Вот его ответ:
– В обозримой перспективе искусственный интеллект не сможет полностью заменить врача. Главная причина кроется в самой природе медицины, которая не сводится к простому сопоставлению таблицы симптомов с базой данных диагнозов. Сбор анамнеза – это тонкий процесс, где критически важны невербальные сигналы: как пациент держится, каков его эмоциональный фон, о чем он умалчивает или стесняется сказать. Алгоритм лишен эмпатии, эмоционального интеллекта и клинического «чутья», без которых невозможно поставить точный диагноз в сложных или нетипичных случаях.
Кроме того, существуют непреодолимые юридический и этический барьеры – вопрос ответственности за ошибку. В случае фатальной оплошности нейросети ответственность не сможет нести ни разработчик софта, ни сама программа. Поэтому мировое экспертное сообщество едино во мнении: финальное клиническое решение и юридическая ответственность всегда остаются за человеком с медицинским дипломом.
В будущем произойдет четкое разделение труда. Искусственный интеллект станет для медика тем же, чем в свое время стали рентген или стетоскоп, – мощным инструментом, который усиливает возможности специалиста, но не заменяет его.
Иллюстрация с сайта pinterest.com
Инфографика сгенерирована Gemini
