У государства нет термина «время» – есть «сроки». Но цель по Конституции – люди. Энная их часть отправляет «коту под хвост» не один час и не один день. Какие пропорции потерянного времени вредны для государства и для человека?
Где пик счастья?
Вопросы раздала тем, кто работает. Ответили не все, хотя обещали – затруднились. Обрадовалась, что не было цитат из песен типа «не думай о секундах свысока» – гениально, но уже не проймешь. Хотя классикой пренебрегать нельзя. Проведенного впустую времени, по науке, у человека должно быть от двух до пяти часов. Его называют «золотой серединой». Меньше – грозит выгоранием и стрессами. Если болтаться из угла в угол больше пяти часов в сутки, падает ощущение смысла жизни и моральная устойчивость. Сон, еда, душ, сериал – время полезное или по крайней мере НЕбесполезное.
Всеведущие американцы (ученые) пик счастья узрели между двумя с половиной-тремя с половиной часами, когда можно поболтать ни о чем с друзьями, полежать на диване или погладить собаку не против шерсти. Наверняка пик счастья наступает после пика работы.
Крутится колесо, тянется нить
Наталья Сальникова живет в районе Беимбета Майлина. После долгого перерыва выписала на 2026 год «Костанайские новости», разносит газеты и другим подписчикам. На вопрос о времени попросила время подумать.
– В молодости не задумывалась, а сейчас мне катастрофически не хватает времени. Я такой человек, который не может сидеть просто так. Смотрю телевизор – руки надо занять, достаю спицы. Когда на душе тяжело, выручает прялка. Это занятие молодому поколению скоро совсем не будет понятно. Крутится колесо, тянется нить, и сразу успокаиваешься. А еще я люблю читать книги, газеты, журналы. Выписала «Костанайские новости» – интересные материалы.
Рудимент, да и только?
Бумажная трудовая книжка устарела. В интернете пишут, что в странах бывшего СССР, включая Казахстан, еще сохраняется такой документ, но везде активно переходят в цифровой формат. Неизбежно и субъективно вредно: нейросети нарисуют хоть 300 лет стажа. Наверное, это не так сразу. А пока на вопрос о потерянном времени Булатбек Жакыпович Есетов, заведующий ветеринарным пунктом в сельском округе имени Омара Шипина (Алтынсаринский район), прислал фото бумажной трудовой книжки своего отца, замечательного педагога Жакыпа Есетова.
Удивительное дело, заглянула в нашу предыдущую переписку: ровно год назад, 9 апреля 2025 года, Булатбек Жакыпович ответил на мой сегодняшний вопрос – год назад я спрашивала его мнение, кого можно считать влиятельным человеком. Прежде чем на него ответить, извинился: «период работы такой, идет обработка животных, не хватает людей и времени». А еще раньше рассказывал, что после окончания средней школы хотел учиться на экономиста, но не прошел, и отец сказал: «Значит, получай другую профессию, нельзя терять год времени». Тогда Булатбек и выбрал ветеринарию: «С радостью – дома хозяйство было большое, с животными умел общий язык находить. Поступил в техникум в Заречном, в 1996 году окончил его с красным дипломом. В институте учился заочно, никогда не жалел о своем выборе. Работа тяжелая, но мне нравится. Наша работа без выходных, круглый год, ночью вызывают, когда скот болеет. Поэтому наш отпуск проходит на работе».
Учителя Жакыпа Есетова мне приходилось видеть и слышать в то время, когда журналист обходился без диктофона: не было у нас в обиходе такой аппаратуры. А какой коллектив собрался в Маяковской средней школе – местные учителя и гости, в том числе поэт и политик Василий Шалабаев. Многие познавали грамоту еще в интернате Ыбырая Алтынсарина. Цвет нации – это не только столицы, не только Костанай. Цвет нации я увидела в самой глубинке: интеллигентных, владеющих словом, красивых, умных, с высочайшим уровнем эрудиции людей. Они знали цену и суть времени.
Выдающиеся сельские педагоги: отличник образования КазССР, учитель русского языка и литературы Жакып Есетов (слева) и учитель истории, поэт и политик Василий Шалабаев. Алма-Ата, 1990 г.
– Моего дедушку звали Есетов Нургамыс, бабушку – Даметкен Бұқарбай кызы. Отец один у родителей рос, поэтому хотел большую семью. У нас было десять детей. Мы слышали от старших, что надо учиться – и учились, надо работать – и работали.
Форс-мажор спешит за нами
– Все по классической схеме, готовимся к посевной, – «пишет» в моей анкете Вадим Крысин, представитель второго поколения знаменитых крестьян Крысиных. – Проблемы все те же, ежегодные, все дорожает к полевому сезону, нормами распределения горючки не довольны. Потому что учитываются только посевная и уборка, а то, что проводится еще масса мероприятий, таких как химобработка – опрыскивание, использование фунгицидов, инсектицидов по защите растений, обработка почвы, также заготовка кормов – этого никто не учитывает. На животноводстве техника работает 365 дней в году – на подвозке и раздаче кормов, на очистке от навоза и т.д. Из этого, между прочим, складывается цена говядины. Но чем это доказывать, лучше делать свое дело.
Время для Вадима Владимировича укладывается в четкий план:
– Это наша жизнь – время, в нем мы проявляемся, кто хорошо, кто плохо, каждый сам выбирает. Наша семья расходует время рационально, это однозначно. Рабочий день планируем заранее. Хвататься за все подряд нельзя – получится хаос. В СССР был план на пятилетку, был план на год, был план на квартал, то есть привязка в работе – это важно. Мы вышли из той эпохи, поэтому планируем. К сожалению, не всегда удается действовать как расписано. Форс-мажор спешит за нами. Поэтому не всегда бываешь доволен рабочим днем. А иногда наоборот случается…
Вадим старается говорить без пафоса, но чем он особенно доволен, легко угадывается:
– Иногда запланируешь два-три пункта, что обязательно надо сделать, но выпадает удача, и огромный кусок работы с плеч долой. А насчет отдыха понимаем: надо отдыхать, давать себе разгрузиться. Но крестьянин спокойно никогда не отдыхает. Где бы ты ни был, все равно переживаешь. Если в хозяйстве есть животноводство, ты в тонусе зимой и летом, весной и осенью. Но и без фермы такой же режим. Посеял – убрал, это не в наших понятиях.
Подумав, Вадим Владимирович говорит:
– Городские живут иначе. Офисная работа, завод – это не круглосуточно. Знаю людей, которые считают дни до отпуска, уже купили билеты на самолет, мечтают о пляжах, потому что надоела рутина. У крестьян абсолютно другая рутина. У нас есть возможность, физическая, улететь, и мы время от времени улетаем. Но всегда на связи с теми, кто дома, кто работает, пока мы отдыхаем. И есть еще нюанс: мы каждый день на свежем воздухе. Какой нам еще нужен отдых? Мы о нем забываем.
Чем сделать своё – лучше купи
Пора делать выводы. Наши респонденты говорили о времени, неразрывном с работой. Но все мы знаем, что огороды зарастают, сараи со скотом уходят в прошлое, и даже школьники перестали убирать свои классы. Все это, как говорят шпионы, «под прикрытием». Этап за этапом села лишились пастбищ. И зачем оно, это молоко, в городе его навалом – привезем. А с картошкой зачем возиться? На базаре ее сколько угодно. В школах (и не только в школах) клининговые компании наводят чистоту – культурно и рабочие места в активе МИО. А то, что весь этот «клининг», наряду с полками готовых изделий, взращивает ленивые поколения потребителей, может, и понимают наверху, но там нужно уложиться в сроки. Нужны налоги: с подсобного хозяйства их ноль целых и ноль десятых. Может, я упрощаю в деталях. Но не в главном. У государства нет термина «время» в его глобальном понимании, которое зовется человеком.
О любви
Много лет назад в одну из командировок в Карасуский район выслушивала женщин, которые хотели объяснить мне, почему им живется плохо. Нет света, нет денег, угля не хватает, обувь износилась… А одна женщина сказала: нет любви, никаких отношений, ради чего жить? Конец 80-х плюс 90-е – время без любви. Когда я написала, женщины присылали письма в редакцию, звонили. Время без любви непереносимо. Но любовь – не вздохи на скамейке, это жизнь. Работа и любовь – это настоящая жизнь во все времена.
Иллюстрация dzen.ru. Фото предоставлены Б. ЕСЕТОВЫМ
