В июле этого года аким области Кумар Аксакалов вручал памятные часы школьному учителю Сергею ВИНИЧЕНКО (на верхнем снимке). Это был финал конкурса «Патриот-2026», где в номинации «Наука» награда досталась выходцу из Пресногорьковки. Двумя годами раньше ситуация была почти такой же: тогда аким вручал грамоту Президента РК.
По Чехову
Обычно наша журналистская братия представляет в своих работах Сергея Николаевича как историка, писателя, педагога, краеведа. И это абсолютная правда. Человек с двумя высшими образованиями – учительским и сельскохозяйственным, – он в 274-летней Пресногорьковке, что на севере Узункольского района, человек видный. С тем феноменальным сдержанным терпением, которому, по Чехову, «чужд пафос». Эти люди несут груз своего таланта, не требуя взамен для себя особого отношения. На празднествах они будут стоять в последних рядах фотографирующихся. Они не лезут с речами по поводу и без. Их личная жизнь вне пересудов.
Я не назову это скромностью: слишком обще. Это, скорее, врожденный навык людей, которым фатально повезло на способность раздвигать рамки профессии до уровня просветительства. Что, как сказано в словаре, «есть деятельность по распространению научных знаний, культуры среди широких масс для улучшения общества и развития человека». Думаю, человек, написавший больше дюжины книг по истории своего села, создавший уникальный школьный музей, десятилетиями поучающий ребятишек родину любить – это как раз о нем, о Виниченко.
Занавес опущен
Таких немного. Отвлекусь, чтобы вспомнить другого – Валерия СТАРОДУБА (на нижнем снимке). Тоже педагог (математик), тоже краевед, издавший подробную книгу по истории Сарыкольского района. Параллельно с учительством создал и на протяжении более 40 лет руководил Народным театром, официально внесенным в список Минкультуры сначала КазССР, а затем и РК. Режиссировал спектакли, сам актерствовал, выступая как на поселковых сценах, так и на подмостках областных театров. Я не раз был у него в доме – обычном сельском жилище, в котором ранее утро начинается с кормежки скота и подбрасывания уголька в каменную печку. Тут же богатая, во всю ширь стены, библиотека. Стародуб, сколько помню, никогда ни на что не жаловался. Его кругозор был потрясающе широк: театр, живопись, школа – он мог говорить о них на любом профессиональном языке…
Валерий Васильевич умер зимой, в последний день уходящего 2023 года. Сердце подвело. С уходом Стародуба умер и народный театр. Хотел бы подобрать другое слово, менее трагичное, но конец всегда есть конец. Потеряло ли в лице Стародуба местное краеведение? Если брать за точку отсчета некую высшую отметку, то да. Однажды я присутствовал на конференции в Костанае, на которой столичные ученые по итогам экспедиции в Сарыкольский район разбирали накопленный историко-археологический материал. Стародуб, из всех наград имевший знак «Отличник образования», смотрелся среди остепененных кандидатов и одного академика, как свой среди своих. Чтобы в такой среде выглядеть на равных, Стародубу потребовались годы тщательного погружения в историко-краеведческую тему. Его никто не назначал сюда. Это был выбор самого просветителя. «Светить всегда, светить везде…».
Плоть от плоти
Виниченко и Стародуб, конечно же, редко, но встречались. В основном на учительских годовых конференциях. Больше их ничего не связывало. Каждый в своей ячейке. За большими столами по поводу каких-то событий подолгу не задерживались. Не чураясь общественных нагрузок (а уж у педагогов таковых с вагон и маленькую тележку), они все же оставались сами по себе одиночками-исследователями.
Тридцать лет он через историю родного края создает нематериальное патриотическое наследие, а на тридцать первом году оказывается, что передать его некому.
Июльская награда Виниченко в номинации «Наука» выглядит весьма закономерно. Не скажу, что я прочитал всю дюжину его книг, но открывая очередной документальный очерк, я находил очень плотный по фактажу материал, в котором практически каждая строчка несла хронометрически выверенный заряд информации. Так пишут, когда человек берет на себя чрезвычайную ответственность за историческую наготу фактов и событий. Когда не за красных и белых, а о времени, в котором и те и другие были лишь человеческой массой, пропущенной через мясорубку равнодушной к ним эпохи.
Сережа (по возрасту он для меня именно такой) Виниченко – плоть от плоти своей Пресногорьковки, от школы, куда он пришел в первый класс и преподавал там же до седых волос. Он собирал свою историческую мозаику с тщательностью ювелира, для которого не существует второстепенных деталей. Вот прочитайте: «С 1936 по 1951 год в школе преподавали Абрам Наумович Аксельрод и Тамара Давидовна Гольдшейн. Глава семьи был арестован во время ленинградских «чисток» после убийства С. Кирова. За ним с маленькой дочерью приехала и жена Тамара. Абрам Наумович руководил школьным театром. Тамара Давидовна преподавала физику. Была классным руководителем знаменитого выпуска 1941 года. В нем учились будущий лауреат Ленинской премии, крупный военный ученый-инженер в НИИ космодрома Байконур Михаил Журавлев». И так крупица за крупицей, событие за событием Виниченко, словно в долгу перед прошлым и обязанностью перед нынешним поколением, воссоздает архитектуру человеческих судеб.
Ставок нет
Ну что мы все о прошлом да о прошлом? С Сергеем Николаевичем я общался по телефону – он за пределами страны. Говорили все о том же: текущих делах. Привожу текст Сергея без купюр.
О книгах. «Трудно издаваться. Год назад в издательстве Кургана (РФ) отпечатали двести экземпляров двухтомника из пяти книг под общим названием «В лабиринтах времени». Всего 1157 страниц + 700 фото. Вышло шесть миллионов тенге. Буду ждать денег».
Об истории. «По идее, для развития интереса к истории края и малой родины в бюджет области нужно закладывать средства, исходя из которых компетентные историки будут решать, нужно ли публиковать книги краеведов. Только так возможно сохранение памяти. Иначе все уходит безвозвратно и вместе с носителями информации перемещается на погосты».
О музее и не только. «Музей жив, пока в нем есть душа. Пока я был, музей работал. В принципе, все на месте: стенды, экспонаты, а экскурсии вести некому. Музей используют для внеклассных мероприятий завучем-организатором, снимают видео и пр. Я только в апреле все классы проводил при подготовке ко Дню Победы – патриотическое воспитание. Летом вообще не вылазил, столько было приезжих. За 30 лет подобной работы не получил ни копья. В районе мне стабильно отвечали, что никаких ставок и часов нет. Теперь остался только треск в ушах от этих эмоций. Сейчас много людей мне пишут, но, честно говоря, мне это поднадоело. Дочь за альтруизм называет меня Бонифацием».
Слова и дела
Никоим образом не утверждаю, что в области нет других энтузиастов краеведов. Занятие это, как правило, тихое, вне должности, вроде как хобби. Но здесь я пишу о людях, которых давно знал/знаю. Виниченко переписывается с академиками, с людьми из дальнего зарубежья, экземпляр его малоформатной книги с мизерным тиражом кто-то выставил на продажу в интернете за 26 тысяч тенге. Тридцать лет он через историю родного края создает нематериальное патриотическое наследие, а на тридцать первом году оказывается, что передать его некому. Что двести экземпляров книг, зависших в издательстве, это, Сергей Николаевич, твои личные проблемы. Сказали же: «Ставок нет».
Фраза «невосполнимый ресурс» пришла к нам из природоведения. О нефти, которая не сегодня-завтра закончится, значит, надо придумать альтернативную энергию. Придумали – ветряки, солнечные батареи… С талантливыми человеческими наработками, особенно там, где предмет неподвластен арифметике, значительно сложнее. Не потому, что нет продолжателей. Хуже – нет заинтересованности у тех, кому проще устраивать бесконечные словесные конференции о патриотизме, чем конкретно поддержать людей, из года в год этот самый патриотизм предметно взращивавших.
ФОТО ИЗ АРХИВА АВТОРА
