Эти строки из стихотворения Ольги Берггольц давно стали крылатыми. Чтобы потомки помнили, какой ценой был завоеван мир, ветеран Великой Отечественной войны, писатель, краевед Иван Дьячков в 1983 году способствовал открытию историко-краеведческого музея в Рудном. Накануне Дня Победы «КН» там побывали.
Пример для поколений
Благодаря усилиям Ивана Дьячкова и его коллег была собрана внушительная коллекция прошедших войну вещей. Это три тысячи экспонатов, тысяча из них отдана музею лично Иваном Дьячковым.
– Он много встречался с однополчанами, собирал военные реликвии. Поэтому зал о рудничанах в годы Великой Отечественной войны был открыт в музее одним из первых, – рассказывает руководитель историко-краеведческого музея Айгуль Жулмухамбетова. – И, конечно, это большая собирательская и исследовательская работа наших сотрудников. Символично, что мы располагаемся рядом с Аллеей Славы. Каждый год у обелиска сотрудники музея и горожане возлагают цветы, организуют тематические экскурсии и выездные выставки «Реликвии Великой Победы». Это личные вещи, фотографии, фотодокументы. Все эти мероприятия – дань памяти тем, чей подвиг остается примером для многих поколений.
За ценой не постоим
Сотрудник музея Александр Кургузкин знает все или почти все о каждой вещи под стеклом в зале. Он живо рассказывает, словно сам прожил то время вместе с каждым бойцом. Когда началась война, Рудного еще не было даже на карте. Располагался лишь поселок Алексеевка. И 200 алексеевцев ушли на фронт. 50 из них не вернулись. Имена тех, кто погиб, высечены в черном мраморе. Причем многие фамилии одинаковые. Погибли отцы, сыновья, братья…
– Вот личные вещи подполковника, начальника штаба полка Алтунина. Шинель, когда он еще был старшим лейтенантом. Вот его фронтовой котелок, прошедший с ним войну. И ложка, – рассказывает Александр Григорьевич. – Когда он уходил на фронт, дед дал деревянную ложку, но во время боя осколок снаряда попал в вещмешок и повредил ее. Ложку заменил на металлическую. На ней солдаты часто вырезали свои инициалы.
Замечаю кисеты ручной работы с вышивкой.
– Моя прабабушка тоже шила такие кисеты, их прадед набивал выращенным своими руками табаком, затем отправлял на фронт, – вспоминает Александр Кургузкин. – Потом приходили письма с благодарностью: «Спасибо, дед, за табачок».
Экспонатов множество. И у каждой вещи своя история. Вот лыжи с примитивным креплением. Из березы. Все они были одинакового размера, прочные. На них можно было взобраться на холм. В небольшой баночке горсть земли из-под Сталинграда. Говорили, на квадратный метр земли приходилось полторы-две тысячи осколков, пуль – такая плотность огня была. Капсула с дезинфицирующей жидкостью для воды – по сути, самая обыкновенная хлорка. «Где во время боя чистую воду возьмешь? – резонно замечает мой экскурсовод. – В речке котелок воды зачерпнешь, но чтобы дизентерии не было, вливали хлорку. Пить было противно, зато безопасно».
Александр Григорьевич обращает мое внимание на один из уникальных экспонатов – блокадный хлеб. Его изготовили пекари по рецепту тех лет по случаю 40-летия снятия блокады. В музей хлеб привез в 1984 году Иван Дьячков.
– Здесь взрослая и детская суточные нормы – 250 и 125 граммов. В таком хлебушке только 10-15 процентов ржаной муки, остальное – обойная мука: по сусекам намели. Часто добавляли муку из листьев. Хлеб был сырой. Когда провожу экскурсии для детей, поясняю, что этот кусочек на весь день. И больше ничего. Одни не верят, а другие удивляются и задумываются. Один мальчик меня даже спросил: «Как же люди выживали?».
Машины и люди
Уменьшенные копии моделей машин времен ВОВ кажутся игрушечными. Они всегда цепляют взгляд мальчишек.
– «Катюша» или ее называли еще «Сталинский оргáн», – поясняет Александр Григорьевич. – Ее выпускали на Кировском заводе, на машине была буква К в ромбе. Оттого и назвали «Катюшей». А вот легендарный Т-34. В роте моего двоюродного деда Ивана Васильевича Кургузкина было девять танков Т-34. После Курской битвы уцелел лишь один – его. Немцы пытались скопировать Т-34, но никак не могли определить сплав. Ил-2. Леонид Беда летал на таком штурмовике. Рассказывают, что к нему подходили перед вылетом и хлопали по плечу. Говорили: «Дотронься до Беды и беды не будет!».
А сколько документов и имен бережно собрано?! Александр Григорьевич часами может рассказывать. Михаил Галин – Герой Советского Союза, Николай Киселев – полный кавалер Орденов Славы. Григорий Дудниченко партизанил. Константин Кузнецов воевал и во Франции, даже получил их правительственную награду.
Александр Григорьевич листает Книгу памяти. Ее сами сделали ученики Рудненской гимназии №2 и подарили музею. В ней рассказы школьников о своих прадедах, воевавших за Отчизну. Их было немало. Из Казахстана на фронт ушло порядка 1,3 миллиона человек. Половина не вернулась…
