Звание «Прапорщик» в армии больше не присваивают. В воинской части 6697 Национальной гвардии Александр ЛИТВИНОВ остался один.
Редкая фигура
Александр Литвинов держится спокойно, без лишних движений. Лицо смуглое, плотные скулы, темные глаза – южные черты читаются сразу. Он родился в Армавире, вырос в Джамбульской области. «Моя бабушка чеченка», – отвечает Александр на вопрос о корнях.
На нем полевая форма Национальной гвардии – камуфляж мультикамовского типа – размытые пятна без четкой геометрии. На груди куртки две прямоугольные нашивки на липучках.
Справа – нагрудный знак различия. Две звезды прапорщика – отдельная категория между сержантским составом и офицерами. Слева – группа крови: AB (IV) Rh-. Такая комбинация встречается примерно у одного процента населения Земли. Редкость и справа, и слева. Александр родился в 1980 году. Скоро он уходит на пенсию. После этого в воинской части 6697 прапорщиков больше не будет. Во всем Казахстане их остались единицы.
Прапорщик в советской и постсоветской армии – это целый корпус со своей ролью и важной инерцией. Это якорь подразделения. Офицеров переводят по службе, срочники вовсе менялись через короткое время, а прапорщик оставался – на одном месте, в одном подразделении. На нем держалась оружейная и склад, техника и ее исправность, караульная служба, учет и выдача, подготовка людей «в поле». В армейской формуле это звучит так: «Офицер знает, как должно быть по уставу, прапорщик – как это работает на деле». Он закрывал разрыв между приказом и исполнением, накапливал практическую память части и передавал ее следующим.
В начале нулевых Казахстан стал переходить на контрактную систему и эту функцию перераспределили. Звания прапорщика перестали присваивать в 2006 году, а роль носителя практики и повседневной управляемости передали контрактному сержантскому составу. Сержант второго класса – наиболее близкая функция.
Ко мне, Мухтар!
Александр – кинолог. Мы идем в кинологический городок воинской части 6697 в Костанае. Вольеры, учебные места, старые машины для тренировки досмотра, покрышки, трава. Лай – постоянный фон. Умные собаки привыкли к форме и распорядку. На мою гражданскую одежду реагируют сразу: чужой силуэт.
– Я еще в детстве собак домой приносил, – рассказывает Александр. – Родители ругались, а мне нравилось воспитывать, учить. А в 8 лет посмотрел фильм «Ко мне, Мухтар!». След, поиск, задержание, дружба. Вот тогда это был как удар – стану кинологом.
В 1999 году Александра призвали в армию, и так он оказался в Костанае. В учебке сказал, что работал с собаками и хочет к ним. Его назначили вожатым в кинологическое подразделение.
Главная задача вожатого – варить еду и кормить собак. Александр получал субпродукты, крупу, морковь, картофель. Все это нужно было мыть, чистить, резать, готовить, остужать и кормить. После – мыть котлы и миски. Позже он стал заступать с собаками на службу. Караул, патрулирование, досмотр. Первые навыки дрессировки.
– Вот здесь я и провел годы срочной службы, – обводит руками Александр. – Многое изменилось. Сейчас корм готовый, сухой, специально для служебных собак. Времени больше остается на тренировки и занятия.
Александр служит в Житикаре, во 2-й стрелковой роте ВЧ 6697. Подразделение охраняет «Черный беркут» – учреждение, где расположен единственный в Казахстане корпус для пожизненно осужденных. Это отдельный режим – максимальный контроль, конвоирование, сопровождение внутри корпуса. Даже на прогулку заключенные не выходят без кинолога с собакой. В Костанае мы встретились с Александром во время его командировки. Ежеквартально он приезжает в областной центр сверить материальную часть.
– Вы упомянули фильм с Юрием Никулиным. В гвардии у вас другой профиль. Но, может, были случаи, когда ваша собака помогла раскрыть преступление?
– Да, РОВД Житикары нас нередко просил о помощи. В 2005 году в «старом городе», в частном секторе убили женщину и ее отца. Тогда у меня была немецкая овчарка по имени Малыш, очень умный пес. После убийства прошло около четырех часов. Для собаки важна погода, сухая земля, температура, ветер. Но важнее всего, чтобы место не затоптали. Собака берет последний след, а не тот, который нужен следствию. Малыш пошел через частный сектор, прошел около трех километров, остановился у дома. Начал шкрябать дверь. Мужчину задержали, а через десять минут он уже давал признательные показания.
Ищи!
Александр берет поводок у Дениса – солдата срочной службы, вожатого. Собака Санга из местного подразделения. По нашей просьбе Александр показывает работу. Денис надевает защитный рукав фигуранта на руку, уходит к учебной яме и прячется.
Санга сразу входит в состояние возбуждения – тянет поводок, поскуливает. Это игровая мотивация, на ней построена вся работа. Цель – не «взять человека», а «достать предмет-игрушку», с которым связан запах.
– Хорошо… Хорошо, – тянет Литвинов, удерживая возбуждение в рабочем коридоре. «Ищи!».
Собака уходит в поиск. Берет след, на секунду теряет, возвращается, снова «цепляется». Литвинов не вмешивается, только поддерживает голосом:
– Хорошо… Еще… Хорошо.
Пес выходит к яме и дает обозначение лаем – точка найдена.
Крышка ямы приподнимается. Денис подает руку с рукавом.
Собака берет плотный хват.
– Хорошо, держи… Молодец.
Александр не дергает и не обрывает. Дает собаке «доработать» – это важно для закрепления. После правильного действия должна быть положительная развязка. Пес получает возможность потаскать рукав, «выиграть» эпизод. Только после этого команда «Дай». Кинолог – это человек, который вместе с собакой идет по следу и доводит до результата. Это прямо внутренняя логика профессии. Прапорщик устроен также – не довел, отвечаешь. Денис вылезает из ямы, отряхивается.
– Сколько до приказа?
– 48 дней.
– С прапорщиками работал?
Денис качает головой и улыбается.
– Уже немного поработал, – говорю… – Можно занести в историю…
Армия справится
– А вы анекдоты про прапорщиков знаете?
Александр смеется:
– Приличные не вспомню.
– А вот Шматко, из «Солдат»? Похож на реальных?
– Что-то есть. Но у меня на срочной службе другие были. Я даже думал, что они вообще не улыбаются. Скорее, как Дыгало и Погребняк из «9 роты». Короткие команды, жесткая дисциплина, без лишних разговоров.
Мы идем к контрольно-пропускному пункту. Дорожки выложены ровно. Линии сходятся под прямыми углами. В армии все держится на порядке и повторении. Александр идет тем же ровным, выверенным шагом. 27 лет службы – это уже не время, а характер.
С супругой Татьяной Александр познакомился через службу – в РОВД, где она проходила практику. Сейчас в семье взрослеет дочь София – оканчивает школу, дальше планирует поступление в Костанае. С этим Александр и связывает жизнь после пенсии. Переезд, поиск нового гражданского занятия. Будет больше рыбалки – Александр вспоминает судака на три с половиной килограмма. Но опыт и навыки он хочет оставить в работе – заниматься воспитанием собак. К нему и сейчас постоянно обращаются за этим. Возможно, получится выстроить свое дело. Прапорщик поменяет не звание, а среду.
– А армия что-то потеряет без прапорщиков? – спрашиваю напоследок. Александр не задумывается.
– Армия справится. Она для этого и создана, чтобы справляться.
