Продолжаем наши публикации о криминальных делах минувших дней. В основу этой серии материалов положены сюжеты, связанные с подростковой преступностью. Рассказывает уже знакомый вам действующий криминалист со стажем Сергей ГОЛУБЕВ.
Кто-то был в гостях
Утром 9 марта 1995 года в одном из поселков Убаганского района на территории фермы были обнаружены тела дежурных скотника Н. Смирнова и механизатора А. Зенкевича. Оба скончались, по мнению судмедэксперта Р. Исмаилова, от сильных ударов по голове. Головы мужчин 49 и 53 лет были буквально размозжены металлическим ломом весом около 9 килограммов.
Поселок был взбудоражен столь жестоким злодеянием в отношении крепких мужчин. «Кто мог сотворить такое?». Прибыв со следователем прокуратуры на место преступления и опросив свидетелей, мы представили картину произошедшего. В «гостях» у дежурных рабочих были еще двое мужчин. Об этом говорило количество посуды, кружек и ложек, лежащих на столе в подсобке.
Именно там был обнаружен труп Н. Смирнова. В подсобке царил хаос, табуретки перевернуты и сломаны, на полу разбитые тарелки, пустые бутылки, кастрюля с вареной картошкой, окурки, несколько деревянных поленьев возле печки. Окно в подсобке было разбито. Тело лежало на спине, на старом диване, накрытом стеганым покрывалом. Голова, или то, что от нее осталось, свисала вниз, к полу. Крови было не много, но брызги сукровицы и кровяные сгустки мягких тканей «приклеились» к стене, столу и покрывалу. В углу у стенки подсобки стоял тот самый лом – по всем признакам, орудие совершения преступления.
В помещении фермы в центре коровника – трактор МТЗ-80 с прицепом, с которого раздавали корм скоту. Рядом с трактором лежало тело механизатора А. Зенкевича. Дверцы были открыты, из приборной панели торчали провода. У Зенкевича, по словам свидетелей, в тракторе стоял старенький автомобильный кассетный магнитофон. На момент осмотра его не было. «Неужели причиной всей трагедии стал банальный грабеж?»
Мы вышли на улицу из коровника. Светило теплое мартовское солнце. В этом месте ветра почти не было, и снег был рыхлый от солнечных лучей. От входа в коровник к углу здания уходила неровная дорожка следов двух человек. Вдвоем с участковым мы пошли вдоль этой дорожки. Следы были четкие, характерные. Вереница следов довела нас до конца улицы. По пути мы обнаружили строительную рукавицу с засохшими пятнами бурого цвета.
Против лома нет приема
Дорожка следов довела нас до сараев в конце улицы Мира. Возле большой кучи коровьего навоза следы затерялись среди прочих. Но в навозной куче было темное пятно с осыпавшимся снегом. В этой куче был, видимо, не так давно спрятан тот самый магнитофон. Двор в который мы вошли, принадлежал гражданке К. В коридоре на стареньком диване спал сын хозяйки Вячеслав. Парень, несмотря на свой юный возраст (ему было 17) оказался крепким, рослым.
Одежда, в которой он спал – старенькая осенняя куртка — была забрызгана каплями бурого цвета, потеками, и какими-то сгустками явно органического происхождения. В комнате стоял терпкий алкогольный перегар. Разбудить подростка получилось с трудом, и стало понятно, что сразу он не сможет ответить на наши вопросы. Поздно вечером в присутствии прокурора района и социального педагога школы мы снова пытались допросить Вячеслава. Он ничего не помнил и все повторял: «Я не мог дядю Колю… А где Миша, позовите Мишу. Он же видел и знает все».
Нашли мы Мишу. Михаил С. – подросток 16 лет, невысокого роста, полноватый для своего возраста, друг Вячеслава. Заикаясь, он рассказал, как было дело: «Мы со Славой гуляли вечером по поселку. Было холодно. И Слава предложил мне пойти в клуб, но я отказался». А потом Славка сказал: «Может, пойдем к дяде Коле, на базу, погреемся и поедим. Ему жена обязательно что-то приготовила». Но с пустыми руками в гости идти было неудобно, и они взяли в долг в ларьке две бутылки водки.
На животноводческой ферме, в бытовке, сидел дядя Коля и читал какую-то потрепанную книжку. Славка подошел к столу и гордо выставил на него обе бутылки водки. Дядя Коля улыбнулся: «Ну что ж, мужики, теперь и нам можно отметить женский праздник». Открыв дверцы стола, он стал доставать продукты и посуду. Выпивали, закусывали, разговаривали про девчонок. Через какое-то время Славка поднялся и вышел из бытовки.
Что случилось на базе?
Зенкевича за столом с ними не было. Что произошло на базе, Миша не видел и все, что случилось дальше, стало для него полной неожиданностью. «Вдруг Славка рывком открыл дверь в бытовку, в руках у него был большой лом. Сделав пару шагов в сторону дяди Коли, Славка наотмашь, сбоку, ударил его ломом по голове. Я что-то закричал и кинулся к Славке, но он меня толкнул и я упал на спину, ударившись головой о печь».
Сколько прошло времени, он не знал. Потом его поднял Слава и повел из бытовки. Выйдя из нее, уже на базе, он увидел, что возле трактора лежал Зенкевич. «Мне стало плохо и меня стошнило. Потом мы со Славкой куда-то шли. Он не выпускал меня, держа за руку. Привел домой. Дома никого не было, и я как был в одежде лег на диван. Больше я ничего не знаю».
Слава же только на второй день отрывисто, с трудом вспомнил череду событий и дал показания. Рассказал, как он влез в трактор и хотел взять автомагнитолу. «Зачем она тебе была нужна?» – спросил следователь. «Не знаю. Я давно хотел себе магнитофон, – ответил Слава. – К трактору откуда-то подошел дядя Саша и начал ругаться, маму мою оскорблять, что нарожала выродков и нищету». Слава уже не мог ничего нормально соображать после выпитых с дядей Колей двух бутылок «паленой» водки. У стены, недалеко от трактора, стоял большой лом, которым проворачивали транспортерные ленты для очистки навоза. Парень схватил этот лом и с размаху ударил им по голове Зенкевича, потом бил еще и еще. Не переводя дух, двинулся в подсобку. Что там произошло, нам уже известно из показаний Михаила.
Эта история вызвала большой резонанс у чиновников от образования и поставила огромное количество вопросов. В сельскую школу нагрянули с проверками различные комиссии и начали выявлять давно известные недочеты в воспитании подростков. Действительно, эти проблемы известны, актуальны и сегодня. Кстати, после проверки ларьков в поселке, в которых продавали алкоголь, выяснилось, что почти вся водка была изготовлена на основе метилового спирта, который опасен для здоровья.
P.S.: Подростков по приговору суда отправили в колонию для несовершеннолетних ЛА 155/6 в Актобе. В конце 90-х годов в ней содержалось около тысячи осужденных. Колония предназначена для преступников в возрасте от 14 лет до 21 года, совершивших тяжкие и особо тяжкие преступления. Сейчас это Учреждение №11. И в Казахстане это единственная колония для несовершеннолетних. Теперь она находится в Алматы. В ней отбывают наказание менее 40 человек…
Фото предоставлены С. ГОЛУБЕВЫМ
