Разговор с Жомартом ТУБЕКБАЕВЫМ был нацелен на недавний юбилей Аркалыка. Оценить перемены, по мнению ведущей рубрики, никто лучше не может.
Чего нельзя забыть
С Жомартом Тубекбаевичем мы познакомились, когда он был совсем молодым акимом Амангельдинского района. И уже в то время он носил в себе проекты, как сделать лучше вверенное пространство. В самом начале 2000-х знакомство продолжилось на почти трагической ноте. Уже как аким Аркалыка, он спасал замерзающий город, а местные врачи спасали его новорожденного сына. Жомарт не разрешил жене уезжать в роддом Костаная или Астаны, чтобы не потерять доверие аркалыкчан. И каждый раз, когда я упоминаю Жомарта Тубекбаевича, вспоминаю тот страшный для него год. И то спасение, которое озарило его семью. Аркалык не замерз. Мальчик Ислам выздоровел, сейчас это красивый образованный молодой человек, дай Бог ему счастья.
В этот раз я застала Жомарта Тубекбаева в пути. Он ехал в Джангельдинский район, где озеро Акколь конфигурацией напоминает кувшин. И где еще недавно было селение Збан, в 2008 году переименованное в Акколь.
Мало ли их, переименованных! Кого волнует возникновение диковинного для Торгая топонима – кто и почему так назвал? Есть такой человек – Жомарт Тубекбаев. Он говорит: слово не тюркское, не монгольское – славянское, точнее, белорусское. Но корни этого слова есть и в польском, и в русском языках, перекликаются они со словом жбан (емкостью для жидкости). Жомарт Тубекбаев уверен, что название села отразило очертания берегов озера. Едем дальше. Наш попутчик, экскурсовод, если быть точным, говорит, что захоронение Сырлытам (цветной, разукрашенный), одна из достопримечательностей региона, было христианским, а не мусульманским.
Вклад академика Сатпаева
Каныш Сатпаев в 1930-40 годах исследовал недра Жезказган-Улытауского региона и совершал экспедиции в прилегающие торгайские степи. Он был не только выдающимся геологом, но и глубоким знатоком степной истории. Поэтому детально описывал встречающиеся памятники. Сатпаев одним из первых назвал Улытау и Торгай колыбелью древней металлургии и культуры. Разрушающиеся средневековые мазары он вносил в свои описания, определял их возраст по кирпичам – какой они были формы и каким способом их обжигали. Сатпаев спас от гонений археолога Алькея Маргулана – направил его изучать степные памятники. А тот «попутно» открыл Бегазы-Дандыбаевскую культуру.
Мазар Дуана. Предполагается, что он был имамом, проповедовал ислам.
Печь, где обжигали керамику.
Судя по тому, сколько нового я узнала о древней истории Джангельдинского района, Жомарт Тубекбаев давно ездит, ищет и пытается спасти остатки оставленных нам «подсказок». Каныш Сатпаев по кирпичам определял возраст мазаров. Вот и на нашем маршруте оказалась печь, где обжигали не просто кирпич, а керамику. Даже разрушенную печь иначе, чем печью не назовешь. Другой вопрос: можно ли отличить разрушенную печь для обжига кирпича от печи для обжига керамики? Наверное, можно, потому что это разные печи. Физико-химический процесс схож: надо удалять влагу и спекать глину. Но требования к температуре и конструкции печей отличаются кардинально. При этом, в обоих случаях температуры очень высокие – от 700 градусов для кирпича и 1200 градусов для изразцов, фаянса и т.п. То есть, сама печь тоже должна быть мощной, сделанной уверенно, мастерски.
Нет в реестре истории
В открытых источниках мне не удалось найти подтверждение того, что Каныш Сатпаев говорил про когда-то украшенный керамическими панно Сырлытам в Торгае. В Казахстане есть еще, как минимум, два Сырлытама, якобы о них шла речь: Жанадарьинский Сырлытам в Кызылординской области, эпохи Золотой Орды, и здесь же Инкардарьинский Сырлытам, датируется примерно 1298 годом по мусульманскому календарю. Торгайский Сырлытам, выходит, более поздний и простой, относится к эпохе Казахского ханства и родовых захоронений. Утверждается, что здесь нет следов дорогой глазурованной плитки. При этом никто не отрицает, что стены имели «искусную фигурную кладку, а внутреннее убранство могло было быть украшено росписью…».
Уступает или нет торгайский Сырлытам своим южным аналогам, сказать трудно. Жомарт Тубекбаев говорит, что здесь копают все, кому не лень, за исключением ученых. Ни печь, ни Сырлытам не числятся в исторических реестрах Костанайской области.
В следующем выпуске «Евразии» Жомарт Тубекбаев пояснит, почему торгайские панорамы – это Марс на Земле и как «рифмуются» красные торгайские колеры с одинокой красной горой Улуру в Австралии. Только на зеленом континенте и только в Торгае есть такие места – больше нигде.
Фото предоставлены героями материалов
