В специализированном суде по уголовным делам началось главное судебное разбирательство об избиении полицейского.
Серьезное обвинение
На скамье подсудимых трое костанайцев: Руслан Пасичник, Амир Дамирулы и Айнур Арманулы. Двоим по 21 году, они работали экспедиторами в торговом комплексе, третьему — Арманулы – 25 лет, он был заведующим складом в крупном торговом центре и единственный из троицы успел жениться. Их обвиняют по части 6 статьи 380 Уголовного кодекса — угроза или насильственные действия в отношении представителя власти группой лиц. Преступление тяжкое, и наказание законодатель предусмотрел соответствующее – от 10 до 15 лет лишения свободы.
Прокурор Еркебулан Айтбаев зачитал обвинительный акт. Из него следует, что 28 марта в 8 часов 30 минут утра трое молодых людей находилась во дворе дома 60 в микрорайоне «Береке». Они были нетрезвыми, выражались нецензурной бранью, громко спорили, рядом на тротуаре стояла бутылка водки и напиток. В это время из своего подъезда с двумя несовершеннолетними сыновьями вышел Руслан Казиев, инспектор-дежурный управления полиции Костаная. Он был в форме, поскольку предстояло ехать на работу. Полицейский посадил детей в свою машину и подошел к парням. Сделал им замечание относительно их поведения и невозможности распития спиртного в общественном месте. Попросил разойтись. Однако, согласно обвинительному акту, первым неадекватно повел себя Дамирулы. Со словами «Кто ты такой!?» схватил полицейского за рукав форменной куртки и ударил головой в грудь. Парень был невысокого роста и не мог дотянуться до лица Руслана Казиева. Полицейский решил дать отпор, но на выручку товарища бросились двое его друзей. Пасичник дважды ударил Казиева. Тот применил профессиональный прием. Когда полицейский повалил наиболее агрессивного Дамирулы на землю и удерживал его, получил новые удары от Пасичника. Причем, настолько сильные, что полицейский потерял сознание. Дамирулы высвободили, и троица продолжила бить кулаками и ногами по голове и телу лежавшего на земле без сознания потерпевшего. Защитили его появившиеся во дворе свидетели.
На вопрос судьи Ольши Шаньгиной признают ли они свою вину по предъявленному обвинению, все трое подсудимых ответили одинаково: признают частично. Не по части 6, а по части 4 статьи 380: применение насилия, не опасного для жизни и здоровья. Наказание по части 4 значительно ниже. Руслан Пасичник сказал:
— Мы не нападали на сотрудника полиции…
Прокурор расценил такой ответ как не признание вины.
Что рассказал полицейский
Первым в суде допросили потерпевшего Руслана Казиева. Он сообщил:
— 28 марта было обычное раннее утро. В 9 утра у меня развод, заступление на службу. В 8 — 20 я выхожу из дома, отвожу детей в детский сад. Возле подъезда дома увидел трех молодых людей, вначале я не придал им значения, разговаривают и разговаривают. Громко. Может, выпили, может еще что. Я подошел к своей машине, она стояла возле подъезда, посадил детей и обернулся в их сторону. Они стояли недалеко от моей машины. И увидел возле них бутылку с водкой и Кока — колу. После этого я решил сделать им замечание, сказать, что молодым людям следует последовать домой, поскольку уже раннее утро. Когда посадил детей, подошел к ним. Изначально у нас разговор не завязался. Я сказал: следуйте домой, шуметь не надо. Изначально они вроде восприняли это нормально. Пасичник и Арманулы сказали; «Да, хорошо». Но один из них — Дамирулы — начал вести себя агрессивно: «Кто ты такой, иди куда шел…». Я постарался еще раз до них донести: ребята, идите домой, старался как можно спокойнее уладить ситуацию. Но они начали более агрессивно себя вести. Дамирулы начал руками размахивать, попал по сотовому телефону, хватать за руку, отталкивать меня. Выбил телефон, и у нас завязалась борьба. Когда завязалась борьба, в этот момент подключились другие участники. Непосредственно подключился Пасичник и Арманулы. Они по очереди на меня нападали…
Руслан Казиев признался, что многие детали потасовки он рассмотрел уже на видео, снимали свидетели.
— Я их уговаривал: «Успокойтесь, пацаны, — говорил потерпевший. – Пасичник и Арманулы немного успокоились, кидался Дамирулы, поэтому я его и удерживал.
— Вы были в форме?- начал задавать вопросы прокурор.
— Да, в полицейской куртке.
— Что вы им сказали? Была в их адрес нецензурная брань, угрозы были?
— Я сказал: «Ребята, проследуйте домой, время светлое, люди ходят… Ни брани, ни угроз не было. Это в таких ситуациях чревато. Я до этого служил в патрульной полиции. И знал, что с нетрезвыми надо вести себя максимально вежливо, чтобы не вызвать агрессию.
— У вас были с собой спецсредства, наручники, табельное оружие? – задал очередной вопрос прокурор.
— Нет, мы все это получаем при поступлении на службу.
— Вы сказали, что самым агрессивным был Дамирулы. Остальные подключились, чтобы разнять вас?
— Они начали применять в отношении меня силу, поэтому я упал.
— Все были выпившие?
— По внешним признакам, хорошо выпили – запах был и глаза стеклянные.
По словам Руслана Казиева, он не сразу оценил последствия драки. В первый день от госпитализации отказался («Я такой человек, если встал и иду, значит, все нормально»). Когда стало плохо, пошел в поликлинику. Но в итоге все же его положили в стационар городской больницы. До 10 апреля он там лежал, затем больше 10 дней был на амбулаторном лечении. У него было сотрясение головного мозга, закрытая черепно-мозговая травма, множественные гематомы.
— Подсудимые просили у вас извинения?- спросил Еркебулан Айтбаев.
— Во время очных ставок. Потом на работу приходили родители, в частности, мама Арманулы.
— Простили?
— Я бы любые действия простил. Но когда ты без сознания, как можно продолжать человека бить?! Я благодарен Аллаху, что жив остался.
— Могли бы вы по другому поступить?
— Обычно при замечании в таких ситуациях люди уходят, даже взрослые. Но здесь что-то пошло не так.
Защитники подсудимых уточняли у потерпевшего, мог ли кто-то из посторонних нанести удары подсудимым, или, например, приехавшие на вызов полицейские.
— Я не видел, — ответил Руслан Казиев.
— Почему бы вам не сесть в машину и не уехать? Была ли возможность уйти?- спрашивали адвокаты.
— Мог, но не посчитал возможным, — ответил потерпевший.
На следующем судебном заседании будут допрашивать свидетелей.
